Страница 19 из 83
— Что ж, здравствуй, Гарри, мне сказали, что ты хотел поговорить со мной? Мне тоже хотелось задать тебе несколько вопросов.
— Даже так?
— Именно. Ты довольно сильно изменился с тех пор, как я видел тебя последний раз, Гарри.
— С этим всё очень просто. Тот Гарри, которого вы знали, умер менее полугода назад.
Дамблдор напрягся и даже напружинился, глядя на меня.
— А ты…?
— Нет, это не я его убил. Я умею перерождаться осознанно и занял я это тело уже тогда, когда душа мальчика пошла на перерождение.
— И… — Помона Спраут в шоке закрыла рот рукой.
— Нет, не я ему помог. Я вообще никак не повлиял на его смерть, никак не изменил условий, вообще ничего для этого не сделал. Умер Гарри Поттер полностью сам и без моей помощи. Да и зачем это мне? Мне нет особой разницы, я бы мог выбрать другое тело молодого мага. Да, их не так уж много умирает, но не думаю, что это прямо настолько уникальное событие.
Дамблдор закрыл лицо руками. В его эмоциях была сильнейшая жалость, вина и много других эмоций, причём довольно негативных. Видимо, он сильно винил себя за что-то, и явно за дело. Ведь это всё-таки он подбросил годовалого младенца на порог к ненавидящим магию людям. После минутного замешательства он опомнился.
— Как же мне тебя называть?
— Гарри. Душа сама по себе имени не имеет. Только тело надо как-то обозначать. Но давайте вернёмся к вопросам, ладно? — спросил я, улыбнувшись.
Директор молча кивнул.
— Возможно, вы сможете прояснить несколько вопросов, которые появились у меня, так как вы в них более всего подкованы. Я получил письмо из Хогвартса от вашего преподавателя. Она случайно обронила его, когда пришла ко мне.
Директор сильно удивился и воззрился на меня.
— Так она всё же попала к вам? Мы думали, что были какие-то неполадки с порт-ключом.
— Нет, она телепортировалась прямо перед моим домом.
— Но она сказала, что вышла из аппарации вообще где-то в воздухе.
— Кхм… да, неудобно получилось. Дело в том, что мой дом, который я создал для себя, может летать. Как вы понимаете, догадываться о том, что один из преподавателей телепортируется, наведясь на мой дом, я не мог, а мой дом закрыт от любого проникновения. Честно говоря, я даже не знал, что кроме меня в этом мире есть и другие маги. Ведь их основная масса прячется.
Директор задумался. Очень сильно задумался.
— А профессор Снейп? Зачем надо было оттаскивать его в аврорат?
— Ваш профессор Снейп напал на меня и на моего друга прямо в моём доме. Без всяких объяснений начал ломиться в чужой дом, а потом атаковал нас. Он должен быть очень-очень благодарен за то, что я не стёр его в порошок первым же заклинанием. Обычно я не настолько терпим к напавшим на меня.
— А то, что он говорил на допросе… не думаю, что он бы говорил это самостоятельно.
— Во время допроса он говорил чистую правду и ничего, кроме правды. Печать, которую я на него поставил, заставляет его говорить так же, как ваш веритасерум, однако кроме этого память я ему не изменял и сознание никак не программировал, лишь заставил правдиво отвечать на вопросы и всё. Он действительно совершил все те преступления, о которых рассказал сам. Я вообще не понимаю, как у вас в школе мог работать бандит, убийца и рецидивист. Как можно было его подпускать к работе с детьми?
— Но разве стоило тащить его в аврорат?
— Ну а куда же? Я же изначально не знал, кто он. Я прихожу домой, а моего друга, с которым до этого и жил Гарри, буквально по стенке размазывает какой-то незнакомый маг, и эмоции в нём плещутся совсем не светлые. Если бы он не напал, я бы об этом участке его биографии даже не узнал, и жил бы он себе спокойно, а так… ну пусть вообще скажет спасибо, что жив остался. Обычно я такой терпимостью не страдаю.
Директор тяжело вздохнул, но мне нужны были ответы, а потому я решил слегка поторопить его.
— Скажите директор, вы не знаете, как так получилось, что Гарри оказался у какой-то семьи изуверов? Это семья больных на голову моральных уродов. Они избивали мальца, морили его голодом и всячески издевались над ним. Кончилось всё тем, что, когда ему было пять лет, он сбежал оттуда и скитался по улице.
Директор совсем сник, а в его эмоциях теперь превалировала сплошная вина.
— Это только моя вина. Это я отдал младенца этим ужасным людям. На тот момент я считал, что поступаю единственно верным образом, но, как оказалось, я сильно просчитался.
— Насколько я смог узнать, у Поттеров полно родственников в магическом мире. Разве нельзя было передать его одному из них? Разве кто-то отказался бы принять в свою семью сироту из дружественного рода?
— Ни в коем случае! — экспрессивно махнул он руками. — Ты должен понять, Волдеморт пал в тот ужасный Хэллоуин, но все его клевреты остались на свободе, а некоторые до сих пор остаются. Гарри могли искать и искали. Очень и очень активно искали. Терроризировали дружественные нам семьи и прочёсывали буквально всех. Его бы и нашли, если бы я передал его в одну из магических семей его родственников, а так они могли спокойно сказать, что ничего не видели и не знают и даже поклясться магией в этом. Пойми, если ты смог найти список своих родственников так легко, сторонникам Волдеморта не составляло никаких проблем сделать то же самое. Да и не в любую семью его можно передать. Есть достаточно семей, которые до сих пор сочувствуют идеалам Волдеморта о чистоте крови, хотя активно в его боевиках не числились. Как узнаешь? Многие поддерживали его только деньгами, многие оказывали ему различные услуги. Совсем не все активные сочувствовавшие состояли в его… хм-м… боевиках. Было весьма сложно распознать, оказывала ли семья поддержку добровольно и с радостью или под принуждением, а иногда и под империусом. Отдать младенца кому-то из магов это колоссальный риск. Им самим бы даже не пришлось ничего делать, просто шепнуть кому-нибудь из известных боевиков Волдеморта и отвернуться в сторону, когда Гарри пришли бы убивать. Кроме того, если семья и была надёжной, передать его в такую семью означало подвергнуть не только Гарри, но и эту семью смертельной опасности. Пожиратели не пожалели бы никого. Нет-нет. Никто даже не подумал искать его в семье его тёти. Именно там, как я считал, ему было безопасней всего.
— Над Гарри там издевались, избивали, относились как к рабу и заставляли голодать. Его тетка просто ненавидит магию и Гарри вместе с ней.
— Я знаю об этом. Теперь знаю. Когда Гарри пропал, я пошёл в эту ужасную семью и узнал обо всём. Я искал Гарри в те дни и чуть с ума не сошёл, но так и не смог найти. Я до сих пор не понимаю, как я удержался оттого, чтобы не взять грех на душу и не придушить этих уродов прямо там. Так относиться к беззащитному ребёнку… Но всё-таки виноват я, ведь это я подбросил им ребёнка. Это я не спросил у них разрешения и даже не уведомил их об этом. Да, я попросил приглядывать за ребёнком мою знакомую, сквиба Арабеллу Фигг, но у неё… кхм… несколько смещено восприятие нормального.
— Она что, ненавидит магов?
— Нет, что ты. Всё гораздо проще. Арабелла — женщина более старшего поколения. Пережила мировую войну и голодные годы после неё. Для неё то, что творилось в семье Дурслей, было… ну, скажем так… в рамках нормального. Гарри ходит в обносках? Ну так не гол и не бос, а одет и обут хоть как-то. В её семье, например, было шестеро детей, из которых три девочки. У них на троих было одно хорошее платье, всё остальное — обноски, оставшиеся от старших. Гарри не кормят разносолами, это тоже для неё нормально. Он ведь не голодал, и ему не приходилось воровать еду, чтобы выжить. Она сама когда росла… было у неё пару зим, когда они все сильно голодали. Особенно после войны. Её маленький братик так и умер от голода в ту зиму. Не выдержал. Да, тётка поколачивала ребёнка, ну так это нормально в семье. Их тоже наказывали за шалости. Ребёнка заставляли работать? Ну так у неё в семье все дети с трёх лет работали. Сыновья помогали отцу на фабрике за еду, а дочери шили платья с мамой. В общем, с её точки зрения, всё было в порядке, тем более Петунья старалась не выставлять своё отношение напоказ. Арабелла выросла и привыкла к такому, а потому мне сложно винить её в том, что она недоглядела, как обращались с Гарри.