Повороты судьбы (ЛП)

— Я не могу. У меня много работы, — упрямо ответил Люк, а про себя уныло подумал:

— «Хотя сначала неплохо бы выяснить, где нахожусь, хатт побери!..»

— Люк, пожалуйста, вернись. Я серьезно говорю! Корусант небезопасный город для прогулок, особенно сейчас, каким бы могущественным ты себя ни считал! Ситхи, очевидно, знают о твоем присутствии здесь. Ты находишься в опасности, и можешь навредить другим людям своими трюками! — продолжил увещевать его Энакин, но уже без всякой злости.

«Ну, в чем-то отец отчасти прав», — неохотно признал Люк и нахмурился. Его удивило то отчаяние, которое он услышал в голосе отца, словно он не знал, что делать, если с Люком что-то случится. Это имело смысл, поскольку он был отцом Люка, но также не имело смысла, потому что он не знал, что Люк был его сыном.

— С чего вдруг такая забота? Ты едва меня знаешь! — резко спросил Люк, решив узнать, почему тот так реагирует.

— Ну и кто же в этом виноват? — сердито возразил отец. — Ты, вот, кажется, знаешь обо мне очень много! Но когда я начинаю задавать тебе вопросы, то ничего кроме загадочных ответов, я не слышу! Ты даже хуже, чем мастер Йода!

— Нет! Это не так! — огрызнулся Люк, испытывая странное чувство, что он спорит… сам с собой. Сила, это было как тогда в храме, когда он впервые узнал, что, по-видимому, унаследовал остроумие своего отца. Это казалось нереальным. Он тряхнул головой, и добавил: — Я намного лучше Йоды! Я ведь рассказал тебе, что случилось с твоей матерью, не так ли? Посмотрел бы я как ты это вытянул бы это из зеленого гоблина!

— Сила! Ощущение будто я спорю с Падме! — вдруг воскликнул Энакин, а потом между ними повисло ошеломленное молчание.

Внезапно над головой мальчика проплыл корабль. Люк резко поднял голову, чтобы посмотреть. Хотя он и не узнал корабль, что-то подсказывало ему, что внутри находится его мать. С этой мыслью Люк бросился бежать. Он никак не мог бежать так быстро, как корабль, но в своем сознании он цеплялся за присутствие матери, и это вело его по тенистым улицам и помогало ориентироваться на извилистых дорогах, в тоже время все более испуганно думая, что отец вот-вот его раскроет. Казалось, сама Сила хотела, чтобы старший Скайуокер узнал правду. Но Люк точно не знал, так ли это, поэтому продолжил препирательство, саркастично воскликнув:

— Неужели? И часто Падме спорит с тобой? Потому что для того, у кого вроде как есть практика в спорах, ты полный отстой в этом. Кстати, о чем ты вообще думал, женившись на политике? Они ведь рождены для того, чтобы спорить.

И, к сожалению, это также объясняло, почему он редко выигрывает спор с Леей. «Ну, почему у меня мамин рост, а не ораторские способности? Лея вот получила и то, и другое. Это так несправедливо!» — возмутился про себя Люк, продолжая, не глядя вокруг, бежать по улицам Корусканта.

— Да, да, — нетерпеливо ответил отец на предыдущие замечания Люка, — я слышал это от нее больше раз, чем могу сосчитать.

И вновь между ними повисло изумленно молчание.

«Дерьмо», — поморщившись подумал Люк. Кажется ложь не была его стезей. Вообще. Ему лучше заткнуться сейчас, пока он не дал отцу еще больше доказательств своей связи с Падме Наберри или с ним самим.

Проклятие!

Тут его отец вновь подал голос и стал умолять его вернуться в храм. Люка беспокоило то, насколько искреннее беспокойство на самом деле было в голосе его будущего родителя. Тот даже зашел так далеко, что предложил показать Люку лучшие рестораны в галактике, если только Люк вернется в храм, что, хотя и звучало довольно нелепо и весело, было в тоже время весьма трогательно. Какое-то время Люку удавалось держать себя в руках, но через некоторое время это стало уже слишком. Его собственный отец умолял его позаботиться о себе. Конечно, Энакин не знал, что он был его отцом, но все же, было что-то очень неправильное в этой ситуации.

— Ладно! Хорошо, я вернусь, ладно? Ради всего святого, я убил обученного ситхом робота, причем уложился за десять секунд, а ты беспокоишься о том, что я один брожу по городу! Мне пятнадцать, а не пять! Просто дайте мне секунду — добраться до хорошего уровня, чтобы я мог выяснить лучший маршрут. Мать банты, даже мой дядя не такой надоедливый! — проворчал Люк, делая очередной прыжок вверх.

А вот теперь отец был явно раздражен, если судить по его голосу, когда тот ответил:

— Ну, извини за то, что вообще забочусь о твоем благополучии, дерзкий юнец!

Внезапно Люк осознал, что только что задел чувства отца. Ну что ж, теперь с этим ничего не поделаешь, и, учитывая конечную задачу Люка, было гораздо лучше, чтобы он поддерживал эмоциональную дистанцию со своим отцом, прежде чем они еще больше друг к другу привяжутся, и его миссия станет абсолютно невыполнимой, или хуже того, Люк в конечном итоге уничтожит всю вселенную из-за неспособности устроить разрушение собственной семьи.

Наконец он поднялся на крышу ближайшего дома, и огляделся, пытаясь сориентироваться на местности. При более внимательном осмотре местности, он понял, что находится рядом с комплексом зданий, где была квартира Падме Амидалы. Однако, оказавшись там, он был поставлен в тупик вопросом, который должен был задать себе еще до этого марш-броска.

Что я здесь вообще делаю?

Ну, он определенно был здесь, чтобы проверить свою мать, но, похоже, она была в полном порядке.

«Она такая красивая», — снова подумал Люк, невольно вспомнив о том, как в близи, в живую, выглядит мать. Одно можно было сказать наверняка: он понимал, почему отец готов был пожертвовать всем миром лишь ради нее.

Тут он почувствовал, как она начала ходить по квартире. Также Люк смог ощутить себя и Лею, что было очень странно. Из любопытства он мысленно обратился к младшей версии самого себя, и тут же понял, что ребенок был слабоумным.

«О», — хмуро подумал Люк. А вот и еще один повод для того, чтобы как можно скорее вернуться в собственное время, ибо раз Люк был здесь, его младенческое я было, по сути, овощем, так как в одном времени мог существовать лишь один из них, и, если он не вернется, эта версия Люка, а следовательно, и он сам, вероятно, умрет.

Потрясающе!.. Сарказм был слышен, верно?

Когда очередной порыв ветра растрепал его волосы, вырывая его из размышлений об отвратности бытия, в частности и путешествий во времени, в целом, подросток вздрогнул.

Ведь ночью здесь чертовски холодно!

Пролетавшие мимо спидеры, как ни в чем не бывало, продолжали свой путь, и никто из пассажиров не заметил подростка, стоявшего на крыше жилого дома. Люк быстро просчитал возможные варианты.

Вариант первый: Палпатин явно хочет проделать какой-то странный трюк, чтобы заполучить Люка. Может даже, он собирался скормить отцу ту или иную ложь о том, что Люк убил Падме. Или скажет, что, убив младенца Люка, отец каким-то образом сможет спасти мать. Или еще что. Хотя у него было еще шесть недель, чтобы убедиться, что все произойдет в нужное время, но…

«Я могу пойти к Йоде», — безнадежно подумал он. Но почему-то Люк сомневался, что Йода захочет помочь ему устроить падение Ордена и Республики. Ну, еще он мог бы пойти к Палпатину, который без колебаний создал бы Империю… Тьфу. Что в голову лезет?.. Люк никогда в жизни не пойдет к этому злобному сухофрукту с ситхских плантаций. Был конечно еще один вариант…

Он мог бы пойти к матери.

А вот это мысль. Падме Наберри была пассивным игроком в его собственной временной шкале. Что довольно иронично, с учетом того, что именно она и была катализатором всего этого, хотя и лично в этой заварухи не участвовала. Почти. А учитывая странное поведение Палпатина, Люка в центре событий, было бы разумно призвать некоторое влияние из совершенно нового источника.

Но как ее привлечь?

Была же ведь причина, по которой его мать во всем принимала лишь пассивное участие. Она была слишком умна, чтобы влезать в такие передряги, и большая часть хаоса и катастроф происходила из-за того, что она оставалась невежественной до самого конца. Люк не мог сказать ей, что произойдет… это помешает ей умереть в нужное время. Он мог бы найти какой-нибудь способ манипулировать ею, чтобы подтолкнуть их отца к Темной Стороне… Хотя, возможно, это было больше в стиле Леи, чем Люка.