Повороты судьбы (ЛП)

О Сила, он не мог справиться с этим сейчас!..

— Ангел, — мягко начал он, желая хоть как-то утешить жену, и как можно скорее найти Люка. — Мальчик, с которым я был… Люк… он знает вещи… невозможные вещи! Я должен найти его прямо сейчас. А ты должна идти домой. Я обещаю… Клянусь, что позже приду к тебе сам, хорошо?

— Люк? — растеряно сказала Падме и моргнула. В ее глазах на миг мелькнуло странно изумление, а потом она с любопытством продолжила: — Что значит, он знает невозможные вещи? — тут ее лицо побледнело, и она тихо прошептала: — Ты имеешь в виду…

— Это даже не та часть, о которой я больше всего беспокоюсь, — устало сказал Энакин и снова огляделся, чтобы убедиться, что вокруг никого нет, а потом рассказал ей о предсказаниях Люка, которые до сего момента все сбывались.

— Он всего лишь пятнадцатилетний мальчишка! — воскликнула Падме, когда он закончил.

— Люк утверждал, что Сила привела его сюда не просто так. Мне нужно знать, что это за причина, — настойчиво сказал Энакин,  и куда ласковее добавил: — Иди домой, милая, я скоро приду. Возможно, я даже возьму его с собой, если смогу наконец найти!

— Ты думаешь, что сможешь? — с сомнением спросила Падме. — Судя по тому, что я слышу, способности Люка могут превзойти твои. Они могут даже превзойти Йоду!

Тут Энакин сделал паузу. А что, если мальчик все-таки опасен? Падме ведь была права. Он мог и не сравниться с ним, если все же дело дойдет до драки.

Тем не менее, основываясь на его предыдущих взаимодействиях с ребенком, возможно, Энакину не придется прибегать к таким крайностям. В конце концов тот в основном проказничает, и…

…для начала было бы неплохо хотя бы найти это проклятое отродье!

— Рыцарь Скайуокер! — вдруг окликнул его голос. Энакин резко повернул голову, чтобы посмотреть на говорившего рыцаря, который бежал к ним с другого конца коридора, и как можно незаметнее отошел от жены, чтобы соблюсти видимость просто старых знакомых. — Рыцарь Скайуокер, — вновь сказал джедай, и наконец добежав до блондина, достал листок флимси-бумаги, и протянул его Энакину, после чего немного отдышался, и хрипло добавил: — Канцлера похитили. Вы должны взглянуть на это.

Энакин взял листок, и быстро развернул его, чтобы прочесть послание, ощущая странное предчувствие. Ему пришлось прочитать его дважды, прежде чем слова дошли до его сознания.

А слова были такими:

«Отдайте мальчишку с Татуина. Или канцлер умрет».

====== Глава 7 ======

— Это официально: Император — идиот, — сказал Люк Лее, мчась по улицам Корусанта.

На ту сторону планеты, где он сейчас был, уже опустилась ночь, а улицы были пустынны. Лишь тусклые фонари, горели тут и там, да неоновые вывески.

Сам Люк сейчас предпочел бы находиться в крошечной комнате, которую ему выделили в храме, но возникли новые проблемы. Он очень жалел, что у него нет какого-нибудь спидера или корабля, чтобы путешествовать по местным, не шибко дружелюбным, улицам, чтобы добраться до места своего назначения… но чего нет, того нет.

— Он полностью разрушает мои планы! — продолжить ворчать подросток.

— А ты отвратительно справляешься с своей миссией: «Исправить то, с чем успел накосячить», дубина! — сухо сказала Лея, а потом недовольно проворчала: — Да ты и не можешь отрицать, что все еще надеешься, что наш отец придет в себя и избавит нас от той жизни, которой мы живем сейчас.

— Хммм… Может быть, — не стал кривить душой Люк, — Ведь как я уже сказал, должна же быть причина, по которой я здесь? Конечно, я могу попытаться заставить папу перейти на Темную Сторону, расстраивая его загадочными комментариями… — тут он спроецировал Лее образ их отца в костюме Вейдера, сходящего с ума в храме джедаев, размахивающего своим световым мечем так, как делал генерал Гривус, вращающиеся суставы и все такое, и взрывающего все вокруг, при этом сверкая желтыми глазами и клыками в придачу.

Но реакция Леи была ровна нулю. Бурные фантазии Люка ее явно не впечатлили.

— …но если папа каким-то образом «прозреет», я не буду жаловаться, — закончил Люк немного обидевшись на сестру, которая не оценила произведение его воображения.

И вообще все это было жутким отстоем. После того, как Совет допросил его (не то, чтобы они получили что-то от Люка, кроме пары легкомысленных комментариев об их внешности и сухого замечания о возможности того, что, он был просто настолько силен, что им и не снилось) Люк решил начать все-таки попробовать хоть что-то исправить.

Во-первых, несмотря на его замечания канцлеру Палпатину действительно нужно было сохранить свои чрезвычайные полномочия. Поэтому сразу после встречи с мастерами он сбежал из храма, чтобы пойти в офис канцлера, хотя сначала он украл маску у несчастного торговца и форму у одного несчастного падавана, чтобы его не узнали.

Его план был прост: избить канцлера до полусмерти.

Это не только встревожит галактику и заставит их осознать, что все еще есть кто-то, кто достаточно силен, что надрать зад даже такой шишке, как канцлер, но и заставит самого Палпо-старину запаниковать настолько, что он может поторопиться с обращением отца Люка в ситхские лорды. Этот план также позволит Люку немного отомстить Палпатину.

«В конце концов, что может быть приятнее, чем стянуть с Палпатина штаны? Конечно же надрать его ситхский зад! Эта идея была лучшей из всех, что приходили в мою голову за… годы!» — довольно подумал Люк, перепрыгнув через одну из луж чего-то явно горючего.

Но, конечно, Палпатин если и был в чем-то хорош, так это в том, что он умело ломал планы других людей, ведь когда Люк добрался до Сената, он как раз успел увидеть, как тот приказал кому-то написать записку, прежде чем покинуть здание, чтобы бы «отправиться» куда-то, но Люк не успел подойти достаточно близко, чтобы узнать куда и остановить старика.

Это было, конечно, не то, что произошло в первоначальной временной шкале.

И это плохо.

Более того, в действиях канцлера не было никакого смысла. О, похищение было легко объяснимо, но условия «обмена» вряд ли были логичными. Никто не променял бы канцлера Республики на татуинского крестьянина; если уж на то пошло, все было бы наоборот. Что же это за повелитель ситхов, который способен на такую глупость?

Вероятно Палпатио.

Тут Лея вздохнула и наконец подала голос:

— Ну, без сомнения, он заклеймил тебя, как угрозу. Угрозу, которую он не может контролировать. Поэтому он начал впадать в отчаяние. Но ты должен тянуть время, ведь все должно начаться, или закончиться, тут как посмотреть, только через шесть недель. Еще шесть недель до того, как все окончательно изменится, Люк! Или, по крайней мере, мы с тобой изменимся, если ничего не исправить!

— Да, я знаю что на кону, — раздраженно сказа Люк и остановился как вкопанный.

За ним следили. Тупые головорезы.

— Лея, у тебя есть какая-нибудь информация о похищении Палпатина после смерти генерала Гривуса? — продолжил разговор он, одновременно отслеживая передвижение своих преследователей.

— Я, конечно, могу проверить, — с сомнением ответила Лея. — Но я не знаю, будет ли новости временной шкалы где ты сейчас, появляться в моей. Дай мне секунду, чтобы проверить. Надеюсь, никто этого не заметит.

Люк перевел дыхание. Бандиты, которые кажется хотели его ограбить, пока отстали, и он мог бы воспользоваться этим коротким периодом, чтобы сделать перерыв. Тут в его голове вновь раздался голос Леи, который был немного рассеянным, когда она начала говорить:

— Я нашла статью о похищении канцлера, но ничего конкретного. Я подозреваю, что это потому, что это новое событие и исход еще неизвестен. О, там сказано, что его отвезли на Мустафар. Какая прелесть.

Последние слова были сказанные с непередаваемым сарказмом.

— Потрясающе, — протянул в тон ей Люк и задумчиво добавил: — Это значит, что я могу писать свою собственную историю. И если канцлер находится на Мустафаре, все, что мне нужно сделать — это каким-то образом заманить туда маму, чтобы ее задушил папа. А может, просто кто-то задушил, не знаю. Да какая разница? До тех пор, пока мы родимся в нужное время, это не так уж и важно, верно?