Страница 12 из 22
— Мобилы подождут. Покажи девайсы, что ты вчера сделал.
— Не, я только разобрался, как они работают.
Мы прошли в вестибюль. Справа от входных дверей, на стене, висел, ну очень похожий на обычный домофон, девайс, только с камушками на трубке и базе. Провода не было.
— На ворота я повесил такой же комплект, они парные. Все как у нас, только без электричества.
— Ясно. А с почтой что? Тоже как у нас? Странные они, канализации и водопровода нет, а домофон и почта есть!
— С почтой все интереснее. Смотри, Аня.
Коля показал на конторку, расположенную слева от дверей. Там стояли два ящичка из черного дерева, красиво инкрустированные красными камнями. На крышках сияли лиловые звезды, только одна звезда еще и мигала.
— Где мигает звездочка, это принимающая шкатулка, другая — передающая. Но я не смог открыть. — расстроенно сказал Коля.
Информатор в моей голове тут же выдал — они не работают. Э нет, подумала я, это ты, Катрин, ленивая была. Я погладила звездочку и крышка открылась. Боже мой, сколько там было истлевшей бумаги. Надо все очистить, все работает. Но как же отправлять письма. Надо все — таки чаще читать гримуар.
— Коля, а как ты со всем этим разобрался?
— Так у меня руки прямо зудят, хочется в камнях покопаться и в голове сразу цепочка встраивается, как правильно, что расположить.
— Балда ты, племяш, это же магия твоя проявляется. А ты и книгу в руки так и не взял?
— Нет.
— Давай рысью в библиотеку, все остальное потом, загубишь потенциал свой, не дай Бог.
Когда Николай вышел, я стала осматривать фойе. Сразу на себя перетягивала внимание лестница. Из белого мрамора с золотой прожилкой и будто светящаяся изнутри. По форме она напоминала птицу с широко изогнутыми крыльями. Кончики крыльев смыкались на втором этаже, образуя собой балкон. Перилами лестнице служили маховые перья птицы, вплавленные в стекло. Светильников было очень много, и все они стилизованы под перья этой роскошной птицы.
Потолок имитировал небо бледно — сиреневое, а большое круглое окно изображало Плейону. В целом композиция смотрелась потрясающе, как альбатрос, летящий навстречу утреннему солнцу. Стены и мебель не впечатляли. Чувствовалось множество владельцев у этого особняка.
А потом пришли люди. Оказывается, это Варх выполнил мою просьбу пригласить бывшую прислугу, если кто хочет работать. Я вышла к ним в холл. Пришло семь человек, восьмым был Варх в своем оригинальном наряде. Ещё вчера мы решили, что его возьмём, так как мужичок был доброжелательным, хоть и болтливым, а ещё работящим — в конюшне у него было чисто.
Было четыре женщины, трое мужчин Из женщин выделялась одна — и одета добротно, и заметно, что женщина привыкла распоряжаться, и лицо выражало некую надменность. На чисто интуитивном уровне она вызывала неприятие. А на свою интуицию я не жаловалась. Она и представилась первой.
— Тира Архана — помедлив секунду, добавила — К вашим услугам.
Причем у меня осталось ощущение, что это я к ее услугам.
— Я работала экономкой у тессы Катрин.
Следующей была женщина среднего возраста, полноватая, приятной наружности, но что — то в глазах дамы вызывало настороженность, уж больно хитро поблескивали глазки.
— А я Цема, кухарка я тутошняя!
О как! И она уверена, что останется кухаркой! Ну, уж нет! После отмывания кухни и посуды вчера, я была в этом уверена.
Следующими были две девушки лет по 17–18, очень похожие между собой, смуглые, черноволосые, с большими темными глазами, опущенными густыми ресницами. Такой себе вид восточных красавиц. А вот одеты девчушки были бедновато, невольно жались друг к другу и стояли подалее первых двух женщин.
— Мия. — Мая. — Присели по очереди в книксене девчонки.
— Мия, я на кухне помогала.
— Мая, я горничная.
Девчонки выглядели робко и немного подавлено.
— А вы давно работали у тессы Катрин? — обратилась я к женщинам.
Оказалось, экономка и кухарка работали более десяти лет, а девочки всего неделю, предыдущие работницы уволились. Так, теперь мужчины. Один сразу отрекомендовался:
— Михай, я за садом — огородом смотрел.
Тут из — за моего плеча высунулась Варя:
— Это как ты смотрел, если бурьян выше забора?
Михай угрюмо молчал. Осталось ещё двое, невысокий мужичок простецкого вида сказал, что он Рим, истопник, ну что где скажут, там и помогает. Бесхитростный взгляд говорил в пользу мужичка. Под руководством наших мужчин он работать будет. Еще один представился Харьяном, сказал, что был сторожем. Интересно, зачем сторож, когда есть и охранные и следящие амулеты?
Надо принимать решение. Однозначно, кухарку и экономку не возьму, так запустить дом, это надо ухитриться. Варха, Рима возьмём. Михая пока с испытательным сроком. Девчонок тоже пока оставлю. Надо будет приглядеться ко всем ещё.
Когда я объявила свое решение, сразу получили два таких ненавидящих взгляда, что едва не задымилась. Харьян выглядел равнодушным. Когда непринятие ушли, Варх сказал, что Харьян муж кухарки. Хорош охранник, помогал воровать. Надо теперь познакомиться поближе.
Варх и Рим оказались семейными, жили недалеко, приходили ежедневно на работу. Михай одинок, жил в старой избушке на краю сада. Девчонки — двойняшки, сироты, жили из милости у тетки, но последнее время, как они подросли и округлились в нужных местах, тетка стала их выгонять, свои сыновья подросли, да муж тот ещё кобель. Вот и нужно им было с проживанием. А убраться хорошо в доме не успели, да и экономка с кухаркой не разрешали.
Видимо, чтобы среди грязи и разрухи не так было заметно их воровство и лень. Все это девчонки бесхитростно вывалили мне в ходе разговора. Решено — оставлю.
Слегка очумев от разговоров, предложила девчонкам идти устраиваться и потом приступать к уборкам — в комнатах на втором этаже и кухне соответственно и пошла к себе в комнаты. Только успела присесть на пыточный стул у стола (родной брат тех стульев из библиотеки), как услышала негромкое шуршание. Повернувшись на звук, я ошеломленно замерла — возле камина стоял маленький человек, одетый как традиционный дворецкий из старой Англии. Я даже моргнула, так показалось, что он скажет — «Овсянка, сэр!» Внешность имел самую благообразную, если бы не маленький рост (мне чуть выше колена), то вызвал бы глубокое почтение, а так — улыбку.
— Мое почтение, хозяйка!
Новые люди, новые тайны.
Голос у маленького существа был на удивление низкий, глубокий. Пока я тихо офигевала и подбирала челюсть с пола, гость продолжил.
— Не удивляйся, Хозяйка, нас Душа дома разбудила, так то давно мы в спячке, прошлая Хозяйка нас не будила. Домовые мы.
Ага, мы, Николай втОрый.…
— Никей я — гость поклонился.
— Аня — растеряно пролепетала я.
— Ты, Хозяйка, не пугайся, мы вреда не принесем, а пользы для дома от нас будет достаточно.
— Да я предупреждена о вашем приходе. А кто все — таки мы? — любопытство — наше все.
— Я, Никей, жена моя Тильда, ещё племянница Милица. Я по дому обхожу, Тильда по кухне работает, Милица дом обиходит. Еще есть Ведар, он с животными ладит, да и так помогает по малости. А по саду — огороду у нас Зорян, он не домовой скорее лесовик, но уже давно с нами живёт.
— А ты чем занимаешься?
— А я всеми руковожу. Координатор, по — вашему. — С удовольствием выговорил незнакомое слово Никей.
— И как вы будете нам помогать? — не отставала я.
— Всю работу выполнять не будем, но помощь будет ощутимой. Вот Милица — убираться не будет, но сделает так, что вся грязь, пыль сама отставать будет, только тряпкой проведи. Или постели перестелить, застелить — только взмахни простыней, а она сама ровненько уляжется. И светильники не пылятся, и цветы в вазах свежие. Тильда готовит отлично, но вот помощь ей нужна, кастрюли большие для нее, посуду мыть, продукты принести, ты вот девчонок наняла, правильно сделала, девчонки хорошие и работать будут исправно. А о тех, что прогнала, не жалей, черные душой они. Сколько хозяйкиного добра вынесли. Дом нам все рассказал. Да не в обиду будь сказано, с ее попустительства, равнодушная она была, неинтересная, вот и нас не будила.