Страница 9 из 138
У Ильмиминакапи сунсун второй были свои тайные желания и страхи, отличные от Чха-Ун. И даже Аюни, за которой иногда замечал некоторые «подвисания» или странные мерцания глазных огоньков, надеюсь, вызванных не сбоями в работе её повреждённого кристалла памяти, возможно, тоже есть о чём рассказать. Хватало и неразгаданных загадок. Таких, как Самси, королева роя, что обычно держалась скромной тихоней, прячась за спинами остальных. Или её полной противоположности, шумного, деятельного Надира Орсийского, что много говорил, но, в основном только обо мне, а не о себе. Чтобы спутники могли раскрыться, им нужно дать возможность себя проявить. Если не доверять в малом, то нет смысла задумываться о большем.
— Чха-Ун, возьмёшь десяток лахр. Возглавишь атаку на логово разбойников. Твоя задача — уничтожить их. С тобой пойдут Ильмиминакапи и Аюни. Аюни, на тебе и твоих боевых горничных, — а то я не знаю, на что они способны. — спасение заложников. Вряд ли восточные кукольники легко доверятся химерам южан. Будут их слушаться. Защитишь их, пока всё не закончится. Не давай своевольничать. Чтобы случайно не попали под дружественный огонь. Ильмиминакапи, найди и забери у разбойников камни запрета. Нельзя им баловаться с такими игрушками. Мне можно. Две тройки Фалих будут на подстраховке. Самси, на тебе разведка. Я же с Акашей и жрицей останусь с караваном. Если столкнётесь с чем-то, с чем не сможете справиться, подайте сигнал. Отправлю к вам на помощь Акашу и одну маленькую прожорливую змейку.
Такое распределение сил всех устроило. Даже Акашу, не любительницу напрягаться по пустякам.
Чха-Ун ещё раз придирчиво оглядела свой маленький ударный отряд. Пытаясь вычислить, нет ли среди него слабых звеньев, которые её подведут. Опозорят в глазах хозяина, доверившего Чха-Ун важное дело. Она во что бы то ни стало, желала отличиться. Доказать, что заслуженно занимает место подле него, принося пользу, а то с появлением этой мерзкой демонессы складывалось впечатление, что надобность в ней отпала. Как в таком случае отплатить доверчивому, наивному хозяину за доброту?
Амир не просто давал работу, за которую хорошо платил, но что гораздо важнее, ощущение того, что она часть большой семьи. Всегда готов был помочь или выслушать. Интересовался её мнением. Чха-Ун не знала, как выразить ему свою безмерную благодарность. Где-то глубоко внутри, несмотря на рост, лахра всё ещё оставалась маленьким ребёнком, недавно появившимся на свет. Нуждающимся в родительской любви и заботе. В том, чтобы её признали, похвалили. Желая приносить радость, а не огорчение. Всё это заставляло Чха-Ун волноваться по поводу и без, опасаясь расстроить хозяина. Создатель Рандир часто говорил, что она особенная. Беловолосая лахра страстно желала, чтобы то, что видел тогда он, увидел и Амир. Пусть не сейчас, потом, но обязательно увидел.
В груди, под сердцем каждой лахры располагался особый орган, выполняющий роль алхимического «котла». Готовясь к сражению, Чха-Ун разожгла в нём «огонь», вызывая бурные реакции. Добавляя туда различные ингредиенты, сжигая всё больше энергии, она принялась готовить необходимые зелья, чтобы в определённый момент смешать их с кровью, повышая физические возможности своего тела, такие как прочность, живучесть, силу, скорость реакции. Усилить восприятие. Подстегнуть регенерацию. Также из этого «котла» питались её маленькие элементальные симбионты. Становясь особенно энергичными и воинственными. Приходя в сильное возбуждение.
Боясь оплошать, Чха-Ун выбрала высокоуровневые, мощные зелья, дающие взрывной рост характеристик. За что потом придётся расплачиваться повышенной слабостью, голодом, ознобом, возможно, мышечными болями. Да и придётся на них потратить редкие, дорогие ингредиенты, запас которых у неё далеко не бесконечен. Пополнить которые получается не в каждой лавке целебных трав.
Всё же, решительно достав из подсумка на поясе свёрток, в котором находились какие-то корешки, цветочки, кусочки коры, кусочки разноцветных солей и минералов, даже засушенные жуки, отобрала крохотную веточку, единственный имеющийся у неё тринадцати лепестковый цветок необычной раскраски, и шарик, скатанный из жира лилового цвета. Не раздумывая, закинула всё это богатство в рот. Убрав свёрток обратно, тщательно прожевала и проглотила ингредиенты для будущих зелий, не обращая внимание на их специфический вкус. Обильно запив водой.
— Какие будут приказы, старшая? — спросил мужчина лахр.
— Разбиваемся на двойки. Когда хозяин откроет пространственное окно, входим, расходимся в стороны и рвём всё, что шевелится. Ведомым от ведущих не отрываться. Прикрывать спины. Под руку не лезть. Куклы займутся заложниками. Их не трогать. Глава разбойников мой. Столкнётесь с ним, в бой не вступать. Отходите и подаёте сигнал. Я вас услышу.
Чха-Ун, получив возможность расспросить мертвеца, узнала что Эсхен Каменное сердце был очень силён. Заслужив славу жестокого, чуть ли не бессмертного предводителя, пережившего множество смертельных схваток. Сильнейшего заклинателя разбойников. Этого противника она решила прикончить сама, чтобы понапрасну не терять братьев и сестёр. В отличие от них, беловолосая лахра не только владела «котлом», способным выдерживать варку высших алхимических зелий, что сейчас и делала, но и её симбионты значительно отличались от того, что считалось нормой для их вида. Чха-Ун по праву гордилась тем, что смогла пережить слияние с высшим элементалем льда, а уж низших в ней и вовсе поселилось столько, что их хватит на целое море. Образно говоря.
Посмотрев правее, на стоявшую в задумчивости золотистую сиджу, неосознанно теребившую завязки своего халата, Чха-Ун подошла к ней узнать, в чём дело.
— Волнуешься?
— А? Скорее переживаю, что не успею убрать весь тот двуногий мусор, что годами копился в пещере до прихода хозяина. В результате он может обо мне плохо подумать. Но и не выполнить его приказ, сперва заняться камнями, я тоже не могу. Что же делать? — расстроилась Ильмиминакапи.