Страница 4 из 40
Люк произнёс это уже не просто с уважением, но с искренним восторгом.
- Когда он вернулся? - с запинкой спросила я.
- Да второй год уже пошёл, - помедлив, припомнил Люк.
Итак, Дэйв Хоук, это исчадие ада, был почти на пять лет младше меня!
- На что же он живёт?
Почему-то я не могла не спросить.
Люк дёрнул острым плечом:
- Да как все. На пособие. Ещё скотину загоняет. - Он ухмыльнулся. - И угоняет помаленьку.
- Люк!
- Чего? - Люк невинно заморгал. - На родео выступает, хотел я сказать. Чего ему, с перьями в жопе перед туристами прыгать, что ли? Он же не какой-нибудь Дядя Томагавк!
Я только рукой махнула.
Дэйв Хоук вновь и вновь возвращался в Пайн-Ридж, потому что здесь была его земля - единственное, что у него ещё оставалось. Но эта земля стала ему мачехой. У половины трудоспособного мужского населения резервации не было работы, и, видя, как подвыпившие парни с сигаретами в зубах, в низко надвинутых шляпах, часами торчат то там, то сям, я ловила себя на чувстве, совсем уж неуместном по отношению к ним, но таком же сильном, как страх.
Жалость.
А между тем у Дэйва Хоука ко мне были свои счёты. Звучало это совершенно смехотворно, но тем не менее. Буквально через две недели после того, как я начала работать в школе и сняла комнату у Кларков, Дэйв и ещё четверо его "чи-бунов" преградили мне дорогу неподалеку от супермаркета, управляющим в котором был мистер Кларк.
Тогда я вся сжалась, как заяц под голым кустом, и сердце у меня забухало где-то в горле. И одновременно - в пятках. Я видела этих парней и раньше - трудно притворяться слепой и глухой, когда тебе свистят вслед и делают похабные жесты, но я как-то ухитрялась.
И вот...
Дэйв, худой и высокий, стоял прямо передо мной, рассматривая меня в упор тёмными раскосыми глазами и чуть покачиваясь на каблуках. И кто только продавал ему выпивку в его неполных восемнадцать, тем более в резервации, где спиртное было запрещено законом! Из-под его распахнутой, несмотря на холод, куртки виднелась замурзанная футболка, черноволосая голова была непокрыта, губы кривились в уже знакомой мне злой усмешечке. Остальные парни тоже ухмылялись и выжидательно молчали.
- Н-ну? - лениво спросил наконец Дэйв. - Доволен Кларк-то?
Странно, но в этот момент, совершенно отупев от испуга, я подумала только о том, как подходит ему это имя - Хоук.
Ястреб.
- Что? П-простите... - пролепетала я.
- Прощаю. - Ухмылка его стала совершенно волчьей. - Я спрашиваю, хорошо ты даёшь Кларку, учительница? Может, и нас чему научишь? А?
Их гогот оглушил меня, из глаз брызнули слёзы. Как он посмел?! Словно во сне, я вскинула руку и изо всех сил ударила по маячившему передо мной наглому лицу, не успев ужаснуться тому, что делаю.
Тут же моё запястье тисками сжала горячая ладонь - так, что кости затрещали. Слёзы полились ещё пуще, но, прикусив губу, я подавила крик, вернее, отчаянный визг, рвущийся наружу.
Через секунду он выпустил мою руку, резко меня оттолкнув, и шагнул в сторону. Примолкшие парни тоже зашевелились, как-то растерянно переглядываясь. Я прижала к груди пульсирующую болью кисть, глядя, как они уходят прочь. Но, пройдя несколько шагов, Дэйв обернулся и негромко бросил, полоснув по мне вызывающим взглядом:
- Увидимся ещё. За тобой должок, учительница. Хейапи!
"Я всё сказал".
Я не представляла, чем вообще могла заинтересовать такого, как Дэйв Хоук. По моему мнению, никто из мужчин, взглянувших на меня однажды, второй раз уже не захотел бы смотреть. Я была невзрачной белёсой мышкой и с парнями не то что никогда не встречалась, но даже не целовалась. Мама говорила, что у меня очень красивые глаза и нежные черты лица, но ведь это говорила мама!
Я никому ничего не рассказывала о происшествии возле универсама. Ни Кларкам, ни Глории Стэндинг, преподавательнице малышей. С Глорией мы немного подружились. Она встречала меня по утрам теплой улыбкой - очень смуглая, коренастая, спокойная женщина с падавшими почти до пояса иссиня-черными блестящими косами. Она была добра ко мне, но всё равно ничем не смогла бы помочь. Я должна была справиться с Дэйвом Хоуком сама. Или уехать отсюда.