Страница 23 из 26
Отдохните?!
- Серый! - отчаянно закричала она, не веря своим ушам и глазам.
Серёга обернулся к ней, блестя шальной и нежной усмешкой, и Жучка разом вспомнила, как впервые встретила его, тогда совсем ещё пацана, на пороге в доме Королёвых.
- Серый! - снова вскрикнула она, и тут кто-то нерешительно тронул её за плечо. Резко обернувшись, она увидела удивлённые голубые глаза беременной девочки-невесты:
- Чего ты? Пусть споёт. Даже если он и не очень умеет, ничего...
Жучка поперхнулась неожиданным смешком: "Не умеет?!"... и замолкла, глядя, как Серёгины пальцы уверенно сжали гриф чужой гитары. Пальцы другой руки легли на струны, и он с улыбкой сказал в микрофон:
- Хочу поздравить жениха и невесту. Да здравствует любовь!
Все опять засвистели, затопали, захлопали. А потом упала тишина - когда снова возник Серёгин голос:
- Иди через лес
Иди через ягоды, сосновые иголки
К радуге на сердце
Я пойду за тобой, я буду искать тебя всюду
До самой до смерти
Нам сказали то, что мы одни на этой земле,
Мы поверили бы им,
Но мы услышали выстрел в той башне
Я хотел бы, чтобы это тело пело еще,
Но озера в глазах
Замерзают так быстро, мне страшно ...
Свяжи все мои нити узелком
Время поездов ушло по рельсам пешком
Время кораблей легло на дно и только волны,
Только волны над нами, только ветер и тростник
Все, что я хотел узнать, я вызнал из книг
Все, что я хотел сказать - не передать словами
Не высказать мне это чудо из чудес
Знаешь, я хотел уйти с тобою сквозь лес,
Но что-то держит меня в этом городе, на этом проспекте
Я хотел бы, чтобы тело твое пело еще
И я буду искать тебя всюду до самой, до смерти
Сколько дорог ведет из дома домой -
Об этом лишь Бог весть
Сколько камней легло вокруг нас
И вот опять кольцо
Я много курю, но сквозь сиреневый дым
Я вижу мир как он есть
Иногда я вижу твое лицо...
Жучка очнулась только, когда поняла, что девочка-невеста держит её за плечи, тревожно заглядывая в залитое слезами лицо такими же мокрыми глазами.
* * *
Из кафе они с Серёгой вывалились уже к полуночи, хмельные без вина, Серёга - совершенно охрипший, а Жучка - с почти отвалившимися на фиг от бешеной пляски ногами. Гости махали им вслед с крыльца, что-то крича, и они оборачивались и махали в ответ.
Они ничего не говорили друг другу, только хохотали, неистово целуясь обветрившимися губами. Серёга бережно прижимал к себе одной рукой - Жучку, а другой рукой - гитару, которую ему насильно всучил паренёк из кафе - Антон. Серёга неловко отнекивался, но Антон твёрдо сказал - мол, когда купишь другую, эту вернёшь. На том и порешили.
На свой четвёртый этаж они карабкались, так же хохоча, пока на пятом этаже не распахнулась дверь, и скрипучий старушечий голос, разнёсшись по всему подъезду, не проверещал нечто возмущённое. Тогда они зажали друг другу рты ладонями и зашлись смехом, только когда с грохотом ввалились в свою квартиру.
- Серый! - сказала вдруг Жучка, обрывая смех и хватая его за руку. - Надо позвонить Королю! Вот прямо сейчас!
Он аккуратно отставил гитару в сторону и, очень серьёзно глядя Жучке в глаза, взял её лицо в ладони:
- Я давно хочу. Я скучаю. Но... ведь тебе будет больно его видеть. И ему - нас. И этой... его девушке. Она же там, наверное... с ним.
Про Маршу Жучка рассказала ему давно.
- А ты как же? - спросила она тихо. - Ты только про нас, а сам? Ты не будешь ревновать? Не будешь... - Она запнулась на секунду, но всё-таки озвучила то, что частенько крутилось в голове: - Не будешь думать, что ты меня из-под него взял?
Серёга озадаченно похлопал своими девчачьими ресницами и вдруг расплылся в дразнящей ухмылке:
- Из-под него? Да прям! Тогда уж - с него. Чтоб ты - да не сверху?
Она открыла рот от неожиданности, не зная, то ли расхохотаться, то ли врезать ему по зубам, и зашипела:
- Пошляк ты! Обнаглел! А ещё поэт...
Уворачиваясь от заслуженной кары, он выдохнул:
- Для девочки, которая поёт в забегаловках похабные частушки... ой!.. ты удивительно щепетильна... Ой! И это не пошлость... ой! Это констатация фака... то есть факта, факта, я оговорился!!! Не убивай меня, Василиса Ужа... Прекрасная, я тебе ещё пригожусь!