Страница 2 из 11
– Вот сучка! – прошептала подруга, когда мы снова оказались в полутьме пустого коридора. Сказала, а сама оглянулась по сторонам, не слышит ли кто. – Лиза, прости ты меня дуру доверчивую. Это просто какая-то садистка! Только полугодовые сбережения зря просрала, лучше бы в Тай сгоняла!
Я продолжал молчать до того, как мы сели в мою машину. Нина тоже замкнулась в себе, так что путь обратно проделали молча. Я включила радио и поймала себя на мысли, что хочу закурить. Бросила два года назад, думала, всё, отпустило, а нет, старые грехи не забываются!
– Думаешь, стоит? – спросила меня Нина, когда я подъехала к её дому. – Конечно, я не верю, но зарегистрироваться на сайте несложно.
– Как хочешь, но больше никогда не проси меня пойти с тобой на подобное, – фыркнула я, всё ещё злясь то ли на себя за то, что согласилась, то ли на Нину, что уговорила и сейчас пытается следовать полученным ценным указаниям шарлатанки.
– Ну прости. Не злись. А ты не боишься? – внезапно она повернулась ко мне с затаённым страхом. Так смотрят на покойника, когда боятся, что он сможет ожить.
Если бы! Я бы дорого отдала, чтобы мои родители не погибли в автокатастрофе, хотя это и случилось больше пятнадцати лет назад, а рана всё не затягивалась. Особенно, если учитывать, что виновный выжил и ни капли не пострадал. Ни во время, ни после.
– Я не боюсь смерти. Когда-то боялась, но авария отбила страх, – сказала я совершенно искренне. Нина была одной из тех, кому я могла сказать такое прямо в лицо.
Она знала всю историю моей семьи и то, что я при живом родном дяде, брате моего погибшего отца, по вине которого и случилась авария, оказалась в детдоме. И почти лишилась наследства.
– Давай, спокойной ночи, и прошу тебя, Нина, больше не делай глупостей! – сказала я немного наиграно и с фальшивой улыбкой, надеясь, что в темноте салона это не будет слишком заметно.
– Ок, люблю тебя.
Нина полезла с обнимашками, и я искренне похлопала её по спине. Дома оказалась я уже за полночь, заехала в магазин и купила бутылку шампанского. Конечно, я не верю, что жить мне осталось два дня, но бокальчик-другой никому не повредит!
3
Однако на следующий день события сложились точно таким образом, как и предсказывала Анастасия. Поэтому уже вечером я снова оказалась в её подмосковной резиденции.
Шла, и сама себя ругала. Ну как можно верить?! Наверное, она в сговоре с моим мужем, вот и ответ. Логичный и ясный. И никой мистики.
Сейчас выскажу всё, что думаю, и всё-таки плюну ей в лицо. Меня провели в гостиную, на этот раз абсолютно пустую, те же самые седовласые помощницы приказали ждать, пока Анастасия освободится, и я покорно села. Не для того я проделала дальний путь, чтобы уехать не поговорив.
Вскоре одна из женщин сказала, что я могу проходить туда, где была вчера. Дорогу я знала и даже обрадовалась, что меня никто не провожает. Без свидетелей лучше.
– Сколько вам заплатил мой муж? – спросила я с порога. На этот раз знахарка, одетая и причёсанная, как и вчера, стояла спиной к самому большому зеркалу. Я посмотрела в него, и на миг показалось, что моё лицо абсолютно неживое. Застывшая маска покойника.
Я моргнула, и наваждение исчезло. Надо бы вести себя осторожнее и ничего здесь не пить и не есть. Мало ли что подсыпают клиентам в чай услужливые помощницы этой ведьмы!
– Нисколько.
Ответ был ожидаем.
– Но вы заплатите мне всем, что имеете, Елизавета. Вам оно теперь ни к чему.
Анастасия встряхнула волосами и улыбнулась. Робко так, будто хотела понравиться и извиниться за то, что вынуждена говорить неприятные вещи.
– То есть я умру в любом случае? – спросила я, услышав, как помимо воли дрогнул голос. Смерть сейчас не входила в мои планы, да ещё и такая! Если верить шарлатанке, пора задуматься о том, как всего избежать.
Я не верила. Но задумалась.
– Да, – ответила она так просто, будто речь шла не о человеческой жизни, а лишь о каком-то хозяйственном деле, избежать выполнения которого никак не удастся. – Но я могу дать вам другую жизнь и новое тело.
О, это уже что-то новенькое. Надо бы сразу догадаться, что Анастасия не только мошенница, но и больная на всю голову.
– Нет, благодарю. Мне и этого тела хватает, – произнесла я как можно дружелюбнее и попятилась к двери, не делая резких движений. Поворачиваться к умалишённой спиной не было никакого желания.
Она продолжала стоять и смотреть на меня, прищурив глаза, а потом снова достала из кармана пачку сигарет, подцепила краем ногтя одну, да так и застыла.
– Ты должна выжить. Помнишь, именно это сказала тебе мать за пару секунд до той аварии. Как она цеплялась за тебя, желая прикрыть своим телом? Конечно, помнишь. Это снится тебе каждую полную луну, если не заглушаешь сны антидепрессантами. Уверена, что хочешь уйти? Мне нужно твоё согласие, а тебе – новая жизнь. В этой сделке не будет проигравших.
Анастасия, или как там её зовут, говорила вполне разумно и обстоятельно, рассуждала обо всех рисках и о том, как собирается их минимизировать, с выправкой банковского работника, привыкшего работать с кредитами, выдаваемыми юридическим лицам. Разумеется, если не вникать в смысл её слов.
– Та девушка всё равно решила покончить с собой, так что ты легко займёшь её тело, – заключила она и тяжело вздохнула. Разве что пот с лица не отёрла. Но на диван присела и указала мне на кресло напротив.
– Спрашивай, но не слишком долго, разговоры отнимают у меня силы, а обряд нужно провести уже в полночь. Сегодня.
– И я должна переписать на вас имущество? Квартиру, машину, счёт в банке, дачу?
Я сидела и загибала пальцы, время от времени проверяя, смотрит ли собеседница. Она томно прикрыла глаза и кивнула после того, как я замолчала.
– И как это можно сделать технически? – на всякий случай поинтересовалась я.
– Просто. Нотариус ждёт в соседней комнате.
Понятно, значит, всё-таки не больная на голову, а мошенница. Весьма наивная.
Кто же станет переписывать имущество в обмен на историю о параллельном мире, где живут маги и колдуны. А также прекрасная дева, предпочитающая смерть замужеству с принцем. Прямо скажем, фантастическая сказка.
– Я покажу тебе кое-что. Но на этом всё. Больше уговаривать не стану. Да и не стала бы вовсе, если бы не нуждалась в тебе. Видишь ли, – Анастасия склонила голову набок и улыбнулась. Сейчас она была похожа на Лису Патрикеевну из детской сказки, обольщавшую сладкими речами простосердечных зверей.
– Ты должна была умереть. А смерть не прощает нарушения планов. За тобой тянется шлейф из мёртвых цветов. Ты его не видишь, а я – да. Даже если завтра ты останешься жива, что маловероятно, смерть придёт за тобой в следующем году. Вспомни, после той аварии ты раз в год подвергалась серьёзной опасности.
Об этом я вспоминать не любила и списывала всё на карму, невезучесть и депрессии. Бесконечные пневмонии с осложнениями, раз заболела корью, да так, что почти ослепла, потом мыла окна и чуть не вывалилась из окна.
Многое было. И всегда приходилось на зимнюю пору, поэтому я ненавидела снег, Новый год и всё, что напоминает о холоде.
Никогда не забуду запах ломаного металла, кровь на белом покрывале января и запах гари в морозном воздухе!
И вот теперь смерть решила прийти осенью. Не дождалась первых заморозков!
Пока я раздумывала, Анастасия прошла к шкафу и открыла дверцу. Обычно в таких хранят одежду, но знахарка достала оттуда круглое зеркало, размером с юбилейный торт.
Она обращалась с ним так бережно, несла, вытянув руки перед собой, будто это была не деревянная рама, а корона. Наконец зеркало было водружено с поистине царским апломбом на туалетный столик, стоявший тут же.
– Протяни руку!
Я подчинилась, любопытствуя, что будет дальше, и эта ненормальная кольнула меня цыганской иглой, что прятала в руке. Я вскрикнула и отдёрнула руку, но капля крови пролилась на зеркальную гладь.