Внутренний свет

— Мы вообще в какую-то птицу чудовищную превратились, когда объединили энергию впервые, — заржал Алекс. — И очутились в другом мире. Я потом очень долго боялся снова энергию полностью объединять. Тошка, гад такой, все по разным мирам шляться хотел и меня уволок без спросу.

Тони виновато вздохнул:

— Да, я такой.

— Он повернут на магии! Хлебом не корми, а дай позадрачивать на другие миры. Правда, с «иным небом» уже сдрейфил!

— Я не дрейфил!

— Ла-ла-ла, кто не хотел туда ебошить?

— Ладно, ладно, признаю, сдрейфил! Уел ты меня. И вообще, ты у нас босс мафии.

— Тьфу. Опять ты за свое! Ну вот как, как с ним жить, а? — обратился Алекс к уже сидящим за столом Нику и Владу. Те обнимались и целовались. — Я сейчас Эда позову чай пить, может вы немножко пыл умерите свой?

— Мы не можем, — прошептал Ник. — Мы сегодня весь день оба как в тумане ходим.

Алекс только вздохнул. Но и он чувствовал, что Нику и Владу сейчас очень важно проявлять чувства друг к другу, причем под защитой и с поддержкой их учителей. Как и для него было важно до слез целоваться с Тони, ощущая поддержку от них.

— Лёша, — прошептал Влад. — Лёша, прости, но нам надо… Я не могу этого объяснить, просто чувствую…

— Знаю, — вздохнул Алекс. — Нам тоже надо было с Ти. Сердце мое, — обратился он к мужу.

— Заинька, — Тони чуть новый, купленный только сегодня чайник не уронил, наблюдая все это.

Тони еще и энергию посмотрел. Их объединенная энергия с Алексом была сильной и агрессивной, поскольку им очень много и долго пришлось бороться за свою любовь. Но у Влада и Ника… Она была такой нежной сейчас. Только любовь!

— Ал, глянь на них, — сказал он мужу. — Как на энергию. Посмотри! Черт, я разревусь сейчас. Как же я этого раньше-то не заметил?! И куда только смотрел? Они — нечто большее, чем наши ученики. Они — наши дети в магии, хотим мы этого или нет. Мы начали «превращение» Влада и Ника из тех, кем они были, в тех, кем они стали. Без нас этого бы не произошло. Это случилось давно, тринадцать лет назад. Ты совершил перед родителями каминг-аут и знание о твоей ориентации потрясло Влада настолько, что он не смог вернуться больше в свое прежнее состояние, как это чаще всего с людьми происходит в таких случаях, а его любовь к тебе привела его к нам. А я вспомнил о своем отце. Я давно до этого о нем не вспоминал, смирился со всем случившимся и запихал подальше воспоминания об ужасе, который довелось пережить в детстве. Когда встретил Тедди, начал считать его своим отцом, вплоть до того, что фамилию сменил на его, я уже был взрослым, как считал нужным, так и делал. Тедди ничего не сказал, а остальным плевать было. Однофамилец, да и дело с концом. А тут вдруг вспомнил, да еще и… Размечтался, чего уж там. Представил себе на мгновение, что у меня мог бы быть хороший отец, который любил бы меня и поддерживал. И спустя двенадцать лет моя мечта ожила, возродилась из пепла как Феникс, и стала не чудовищем, пожирающим любовь других, а созидающей силой. Посмотри на Ника, он ведь помешан на всем, что с любовью связано, и нам «свадебный подарок» сделал такой, что мы теперь с тобой как во время медового месяца любовью занимаемся. Я в жизни себе представить не мог такого! Помнишь тот вечер?

— Конечно помню, — прошептал Алекс, обнимая любимого. — Ты тогда впервые посмотрел мне прямо в сердце.

— А еще я стыдился и боялся! После всего, после неудачных отношений с девушками я зарекся и о своей семье даже мечтать, смирился, что одиночкой всю жизнь проживу, и тут… Расслабился, смотрел на тебя, как ты с котенком играл и ляпнул. Все, чего так хотелось всю жизнь, но чего не было и что не могло бы случиться.

— И я боялся и стеснялся почти до потери сознания, — вздохнул Алекс и изменил свое восприятие.

— Они — то, чего не могло быть, но каким-то чудом произошло. И даже в другом мире они бы без нас не встретились! А теперь они создали свое чудо и к нам прибежали с радостью своей и любовью, доверились в своем счастье, забыв обо всем, — продолжал Тони.

— Столько энергии, столько любви… — прошептал Алекс.

В кухню заглянул Адриан. Алекс заметил его и приложил палец ко рту, призывая молчать, поманил к себе.

— Ти, толкнем его, — сказал он мужу. — Он должен это видеть, раз пришел.

— Эд, смотри, — тихо сказал Тони ученику, немного успокоившись. — Это новое поколение магов. Твое поколение. Возраст «реальный» тут не важен, в магии они примерно твоего уровня развития, а сейчас и вовсе как дети. Потом отойдут, конечно, вспомнят, что они взрослые, но сейчас их восприятие изменено и довольно сильно. Так что будь осторожен, не травмируй их, отнесись бережно, как мы относимся к тебе и к Марку с Филом.

— Да, учитель, — пробормотал Адриан и увидел.

Нежный, легкий и воздушный, захлебывающийся счастьем и любовью «шарик» окружал Влада и Ника. Хотя «как обычно» это выглядело как два ласкающихся немолодых мужчины.

— Вы не такие, — пробормотал Адриан.

— Да, Эд, мы не такие, — вздохнул Тони. — Нас гораздо меньше поддерживали наши близкие, поэтому мы другие. Если б не помощь учителей, защитивших нас, мы были бы еще агрессивнее.

— Зато вы со злодеями расправляетесь! — непоколебимо очарованный силой учителей, заявил Адриан.

Тони улыбнулся. Видеть, как их с Алексом идеализируют, было очень забавным. Он вспомнил свое ученичество, а потом то, как спорил с Тедди и злился на него, когда «подрос» и становился самостоятельным не только в обычной жизни, но и в магии. Да что там, он еще не так давно «оторванные годы» припомнил учителю, когда Ника и Влада на секс спровоцировал и на «неповиновение» Тедди.

— Давай отпразднуем их «шарик», как они это называют, и проявим уважение к чуду их любви, — сказал он ученику. — Не все так могут, даже будучи энергетически совместимыми людьми. Насколько я знаю, Тедди и Алиса этого так и не сделали, и Фил с Марком тоже, хотя у них еще все впереди. Это редкий дар.

— Да? — удивился Адриан. — Я думал, все пары так могут.

— Нет, — улыбнулся Тони. — Не все. Частично, да, могут. Но так… Я знаю только еще одну пару кроме нас и теперь вот их.

Адриан сидел тихонько за столом и ел пирог, который принесли Ник и Влад. Он почему-то вспомнил Грифа, с трудом выносящего их с Алексом. Сейчас он тоже чувствовал отвращение, смотря на немолодых мужчин, целующихся и шепчущих друг другу нежности, гладящих друг друга по голове, обнимающихся и радующихся точно дети, с сияющими от счастья глазами. Но он уже знал, что так проявляет себя ксенофобия. Он попытался сам изменить свое восприятие и снова увидеть Влада и Ника как энергию. У него получилось!

— Учитель, учитель, — подергал он за рукав футболки Алекса. — У меня получилось самому увидеть! Я… Ну, мне сначала было немного неприятно смотреть на них как на людей и я захотел их снова как энергию увидеть, я запомнил!

— Эд, — сказал Алекс. — Какой же ты молодец! Сам смог свое восприятие изменить!

— Спасибо! Я очень стараюсь, — покраснел от смущения Адриан. — Я Грифа вспомнил и то, как он на нас с тобой посматривал, ну и… Мне стыдно стало, ведь, получается, я Влада и Ника так же, как он нас с тобой, воспринимал. Вот… И я решил увидеть энергию.

— Я буду только рад, если ты «боссом» станешь, — подмигнул ученику Алекс.

— Правда?!

— Ага.

— Я еще маленький.

— Вырастешь, куда денешься, — хмыкнул Тони и продолжил, обращаясь к мужу: — Сердце мое, у нас с тобой отличные дети, пусть и не такие, как «обычно». Но мы же с тобой не ксенофобы, а? — ухмыльнулся он.

Алекс улыбнулся, глядя любимому в глаза.

— Нет.

— Вытри слезы, мой мальчик, и не плачь больше по ночам, не разрывай мне и себе сердце. Для этого нет причины. Наверное, мне стоило раньше обратить внимание на них посерьезнее, но хорошо, что я хоть сейчас сообразил рассмотреть все как следует.

— Ти! — Алекс снова зашмыгал носом. — Ты меня мальчиком много лет не называл!

— А хочешь? — шепнул на ушко Тони любимому, целуя его в мочку.