Страница 75 из 120
Когда такое случилось, то ирландцы, веками сопротивлявшиеся окатоличиванию, буквально за пару десятилетий стали настолько рьяными католиками, что даже итальянцы или поляки на их фоне смотрелись бледно. Потому что, был Христос единосущен или подобосущен, безграмотные крестьяне совсем не разбирались, а вот то, что все англичане мерзавцы — эту истину каждый ирландец впитывал с молоком матери.
Казалось бы, при чём здесь Викины воспоминания и её враги — святоши? А всё просто — попаданка знала, что императорская власть во всех трёх империях держалась не только на силе, экономической выгоде и аристократическом консенсусе, но и всеобщем убеждении, что эта власть пользуется благоволением и покровительством Единого. То есть, принятие ереси Семибожия в качестве истинной религии даст иль-маланским олигархам ещё одну, и очень даже важную, опору в отстаивании своего права на независимую государственность. А попаданка, если говорить образно, столкнёт с вершины первый камушек, который, вполне возможно, вызовет целую лавину, сметающую враждебную Ордену церковь.
— Только имей в виду, — напомнила Вика, когда они заканчивали разговор уже в одной из гостиных комнат, — Уважаемые члены Совета убеждены, что, раз ты выполняешь отдельное поручение магини Тень, значит, ты особа к ней приближенная. Не забывай надувать щёки. Немного наглости в твоём поведении не повредит. Мало ли, что у каждого из этих крупных торговцев на службе могут быть и по десятку таких капитанов. Ты особенный. Не кому-нибудь служишь, а мне. Ну, вроде бы всё, — закончила она инструктаж, — Буди своих орлов — им же вечером менять своих товарищей на «Чайке»? — пусть хотя бы город посмотрят, а то, кроме кружек и гулящих девок, толком ничего не видели. Тоже мне, туристы-путешественники. И ты не забудь выпроводить свою гостью.
— Да, конечно, а… кто она? — наморщил лоб Сакриф.
Вику разобрал смех.
— Вот это уж ты сам вспоминай, — повелительница поднялась с дивана, — но, судя по вполне ухоженному виду и приличной одежде, она не шлюха, а б. дь, так что, ты не вздумай ей деньги давать. Вон, на тебе браслетов и цепей, как игрушек на ёлке. Не обеднеешь, если один, а то и парочку, подаришь.
Попаданка думала, что за Сакрифом пришлют карету, но Совет распорядился насчёт паланкина, который несла восьмёрка рабов и сопровождали всё те же старший посольский писарь и стражники. Капитану корабля перемещаться в носилках — это дурацкий способ движения, как-то вовсе уж не по мужски. Так Вика считала. Только, не влезать же со своим мнением по каждой ерунде?
К тому времени все орденцы проснулись и обедали, хоть и без аппетита. Исцелять от похмелья повелительница никого из них не стала, даже Дубка с Клойком, смотревшими на неё весьма просительно.
— Пойдём, посмотришься в зеркало, — сказала Вика Барке, — И мне уже пора вас оставить на пару-тройку гонгов. Не думаю, что посещение Совета затянется на дольше. А вечером вместе будем кутить. Пусть считают, что мы сёстры.
Пока попаданка говорила эти слова почти не дышащей от волнения соратнице, они подошли к зеркалу.
— Вика! Госпожа! — не сдержала радости Барка, увидев результат парикмахерских стараний повелительницы.
— Гордись, рыжая, — засмеялась довольная попаданка, — Сама госпожа Тень у тебя визажистом. Не Сергей Зверев, конечно, но, как по мне, очень здорово получилось. И цвет, и укладка. Кстати, краски ещё на раз хватит. Так что, в Акулий Зуб тоже появишься в новом обличье.
Повелительница Ордена решила, что в некоторых вопросах пользоваться служебным положением не грешно. Она обязательно даст команду, чтобы через её агентуру на Тарпеции помимо донесений присылали и чудесную продукцию земляка, а вообще, надо будет и самой организовать подобные производства. Благо, патентное право в этом мире отсутствуют, так что, случись конфликт интересов, пусть Олег жалуется хоть в отсутствующую здесь лигу сексуальных реформ.
— Разреши, мне с тобой? — Барка сияла как начищенный самовар.
— Куда я тебя дену? На плечи, что ли, посажу? Жди здесь меня или иди с друзьями по городу прогуляйся.
Через мгновение Вика, уйдя в Скрыт, переместилась на улицу. Паланкин с Сакрифом уже колыхался в такт шагам носильщиков в полусотне шагов от ворот особняка, и попаданка ускоренным шагом двинулась следом.
Иль-Малан просто потрясал контрастами — соседством блеска и нищеты. Это оказался первый город Алернии, из виденных попаданкой, где столь наглядно демонстрировалась пропасть между отчаянной нуждой и непомерным богатством. Она ещё накануне обратила на это внимание.
Разумеется, нищета присутствовала во всех городах, но гнездилась в отдельных районах, трущобах или пустырях, приспособленных под свалки, здесь же, ужасно воняющую помойку и реально умирающих от голода людей, в том числе детей, можно было наблюдать прямо возле оград роскошных особняков.
И удивительнее всего, уже хорошо познав свой новый мир, Вика понимала, что такая ситуация в Иль-Малане — результат общего добродушия местных властей. К примеру, тех двух маленьких детей, мимо которых она в этот момент проходила, одетых в грязную рванину, тощих, как скелетики, и покрытых струпьями, во Вьеже, Милонеге и прочих городах, гда попаданка побывала, стража уже давно бы отлупила палками и прогнала на окраины, а то и вовсе за городские стены.
Конечно, не бросить на детей толику целительской магии Вика не могла, но дальше уже шла за паланкином, стараясь меньше обращать внимания на людей, а больше — на архитектуру зданий и содержимое уличных прилавков.
Повелительница Ордена ожидала увидеть в Совете республики человек пять-шесть и ошиблась более, чем в два раза. В огромном кабинете на третьем, последнем, этаже ратуши капитана Сакрифа приветствовало двенадцать мужчин и две немолодые женщины, все разодетые в богатые одежды и усыпанные драгоценностями. Причём, мужчины в обилии на себе золота и бриллиантов ничуть не уступали женщинам.