Страница 74 из 120
Глава 19
— Госпожа наёмница, прости, что к тебе обращаюсь, но остальные ещё спят, — низко поклонился слуга, — Или прикажете разбудить кого-нибудь из господ офицеров?
Вика, занимавшаяся в саду на заднем дворе разминкой — какой бы умелой и могучей магиня Тень ни была, но утренняя физическая зарядка ещё никому не вредила — вложила кинжалы в ножны и повернулась к рабу.
— Сначала скажи, в чём дело, придурок, — нарочно хамски и грубо, чтобы не выходить из образа, ответила она, — А там я решу.
Воины и экипаж «Чайки» вернулись в особняк не более пары гонгов назад, и вид у всех был очень уставший. Капитан Сакриф, тот даже с какой-то девкой пришёл. На повелительницу посмотрел виновато, как нашкодивший пёс, икнул, и был прощён. Орден всё же не организация монахов.
— Посыльный из ратуши, ой, из Совета прибыл, — вжав голову в плечи, доложил слуга.
— Из Сове-ета? — уважительно протянула Вика, — Он где? У ворот? Или ты его в гостиную провёл?
Будь гонец невольником, ему конечно же пришлось бы ожидать у ворот, но новые руководители самопровозглашённой республики уважили представителей магини Тень и прислали одного из клерков, представившегося старшим писарем посольского отдела. Судя по его должности, маланские олигархи взялись за дело всерьёз и уже создали подразделение, отвечающее за работу с другими странами.
В гостиной посланник Совета не садился, ожидая встречи с кем-нибудь из орденских флотских офицеров, но дождался лишь нагловатой рыжей абордажницы.
— Я передам капитану, уважаемый старший писарь. Сразу же, как проснётся, — Вика оставила входную дверь открытой, встав сбоку, демонстративно намекая, что гостю пора уходить, — Он допоздна работал с картой нашего дальнейшего маршрута, спать лёг совсем недавно, так что, доложу я ему через три-четыре гонга. Думаю, он приглашение на обед примет.
Попаданка выдала эту тираду, как говорится, на голубом глазу, хотя клерк, без сомнений, был хорошо осведомлён, как Сакриф трудился всю ночь — старшего писаря сопровождали двое стражников, оставшихся во дворе, а уж городские блюстители порядка ситуацию в Иль-Малане контролировали круглосуточно.
— Мне велено лично сообщить…
— Иди отсюда, — грубо, как полагается невоспитанной наёмнице сказала повелительница Ордена, — Пока я не разозлилась. Ответ ты получил? Другого не будет.
Наверное, она переборщила. Или не доиграла. В общем, клерк смотрел на неё со всё возрастающим интересом, и Вика с опаской заметила, как на лице старшего писаря стала расплываться глупая улыбка.
— В полдень будет подан паланкин…
— Я об этом уже слышала, — она сделала полшага к гостю, взяла его левой рукой под локоть, потянув за рукав, качнула чуть в сторону, затем, показала другой рукой в направлении распахнутой двери и слегка толкнула корпусом, одновременно зацепив носком не опорную ногу клерка, — Придёшь, когда капитану пора будет отправляться в Совет.
Старший писарь вряд ли понял, как его вынесло на крыльцо, и почему, чтобы не упасть носом в землю, ему пришлось очень быстро семенить ногами. И все равно чуть не распластался плашмя под ноги городских стражников.
— Аккуратней, — поддержал старшего писаря один из них, — Под ноги смотри, уважаемый.
— Где тебя носит, животное? — грозно крикнула Вика дворовому рабу, — Закрой за уважаемыми гостями калитку.
Выпроводив посланника и его сопровождение, повелительница велела разбудить и привести в столовую капитана Сакрифа — ей с ним надо было много обсудить, касающегося его предстоящего визита в Совет. Ну, и позавтракать. В отличие от моряков и друзей, которые, можно сказать, только что из-за стола, повелительница уже проголодалась. И ведь никто о ней не позаботится, если она сама о себе забудет.
Сакриф появился в столовой очень быстро, не стал заставлять себя ждать.
— Благодарю, госпожа, — низко склонил голову капитан, почувствовав при входе в столовую не только исчезновение похмелья и усталости от ночного разврата, но и огромный приток сил, — Извини, что…
— А «здравствуй» где? — улыбнулась Вика, сидя за пока ещё не накрытым столом, — Я что, должна ещё и вежливости учить?
Открыто сопровождать Сакрифа в Совет попаданка не собиралась. Ей проще будет поприсутствовать на его беседе с руководителями Иль-Малана, находясь в Скрыте. Только — что так, что эдак — возможности выдавать указания своему переговорщику у неё не будет, поэтому, за завтраком и после него Вика подробно обговаривала с капитаном детали предстоящего разговора с местным олигархатом, стараясь предугадать все возможные хотелки маланцев, и что на них нужно будет отвечать.
Но не только ответ революционному Совету её интересовал. Кто о чём, а вшивый о бане. Так и попаданка постоянно теперь думала о том, как насолить святошам Единого. Да, вплотную она этим решила заняться по возвращении в прецепторию Ордена, но не видела препятствий для себя, чтобы кое-какие покости пытаться сделать уже, что называется, по ходу дела.
В одной из телепередач Вика однажды узнала некоторые факты из истории ирландского народа, который был крещён ещё в шестом веке сирийскими миссионерами во главе со святым Патриком, то есть задолго до раскола церкви на западную и восточную. Когда, спустя три века, их соседи англичане тоже приняли христианство, только в виде католицизма, и принялись совершать на ирландцев крестовые походы, стремясь принудить тех сменить церковные обряды, то последователи святого Патрика сопротивлялись этому несколько веков, предпочитая смерть окатоличиванию.
И эта религиозная война длилась до тех пор, пока англичане сами не вышли из подчинения Римскому папе и не принялись искать себе другую веру. Они завтракали католиками, обедали лютеранами, ужинали кальвинистами, а спать ложились пуританами. Кто не успевал колебаться вместе с очередной сменой религиозных обрядов «вешался высоко и коротко». Пока, наконец, не пришли к англиканству — заменив Римского папу в качестве божьего наместника на своего монарха.