Редкая птица

— Плохо ты знаешь нашу сферу. Если мы в городе работаем, любые новички на виду, торчат, как карандаш в заднице.

— А я и не говорю, что их не заметили. Но Ральф был мужчина занятой, мог поручить разобраться ближнему помощнику какому, вот хоть бы Бесту. Помощник потолковал, смекнул свою выгоду. Доложил Ральфу: дескать, «таможня дает добро», ребята готовы сотрудничать, выплачивать немалый процент и все такое. А на самом деле процент идет мизерный, ребята расширяются и претендуют на главенство в городке. И помощник Ральфов им — не чужой человечек уже.

— Не связывается. Если это помощник, вот хоть бы Бест, — Ларсен хмыкает, — то он знает, что за Ральфом мы стоим. При таком раскладе для него на чужих начать работать — все одно что под «вышку» подписаться. Только без судебных проволочек.

— Связывается. Помощник убирает Ральфа, начинается крутая разборка с чужаками, которую они якобы и затеяли, и тут наш двойничок имеет полную возможность проявить себя: с непритворным рвением отстоять ваши интересы, перестрелять верхушку чужаков и заслуженно занять место Ральфа. А ваши потери компенсируются прибылями от дела, какое чужаки уже поставили на ноги. Красиво?

— Твоя роль?

— Детонатор. Меня подставляют, я начинаю активничать и расшевеливаю обе стороны. Потом меня убирают, а с «жмурика» — какой спрос? И еще: у меня вопрос.

— Ну?

— На кого работает Кузьмин?

— От многия знания многая печали, — вздыхает дедок.

— Кузьмич — правильный мент, — не обращая на дедка внимания, отвечает Ларсен. — Нас он устраивает.

— Так правильный или устраивает?

— Потому и устраивает, что правильный. Беспредела никому не нужно, ни ему, ни нам. Ты закончил?

— Пока да.

— Чайку?

— Хорошо бы.

Закуриваю, прихлебываю чифирек. Чем не милая компания? Мучает лишь один вопрос: как мне с ними расстаться к обоюдному удовольствию?

— Что скажешь, Бест? — спрашивает Ларсен.

— Связно излагает. У меня к тебе, Дрон, тоже вопрос: на кого работаешь ты?

Вспоминаю давнишнее пожелание Кузьмина и отвечаю честно:

— А я не работаю. Отдыхаю.

— Ну отдыхай. Пока. И послушай, что я скажу. Наконец-то молодец разговелся: хлопнул рюмочку коньячку и закусил долькой лимона.

— Все, что ты тут изложил, имело бы смысл, если бы Ральфа убрали тихо и разборка проходила втихую, между заинтересованными сторонами. Скажем, скончался бы Ральф «от сердечного, приступа». А так в разборку замешиваются еще две официальные силы; милиция и служба безопасности. Что опасно и для пришлых, и для нас. И в любом случае — невыгодно. Это — первое.

Второе: кому-то выгодно не просто завязать разборку, а в ходе ее уничтожить все существующие в городе структуры, можешь назвать их криминальными — от этого суть дела не меняется.

Третье: официальные власти вряд ли начнут операцию с убийства председателя горсовета. Но люди, обладающие властью и стремящиеся подчинить себе криминальную сферу с ее источниками доходов, вполне могут нанять человека для этой цели.

Стороннего или своего.

— И нанятый — это я?

— Судя по всему, да.

— Я что, кажусь таким придурком, чтобы встревать в полную безнадегу?

— Деньги.

— Жадность, милок, не одного фраерка сгубила, — встревает старичок.

— Бест, я в городке третий год ошиваюсь, и если бы мне нужны были деньги…

— А я не сказал, что тебе нужны деньги, — обрывает Бест. — Тебе нужны очень большие деньги. Я не знаю твоих раскладов, но, возможно, сейчас у тебя появилось желание отвалить за бугор, а это хорошо делать не пустому. За очень большие деньги и с перспективой отвалить — можно и рискнуть.

— Риск — дело благородное, — вставляет Ларсен. — Да и парень ты, судя по всему, рисковый.

— А в то, что тебя решили подставить, — вовсе ни к чему было тебя же и посвящать.

Излагает он красиво — так, что и самому поверить хочется. А уж про очень большие деньги — так просто приятно. Вот только где они?

— Хорошо, — говорю я, — предположим, меня действительно уломали сумасшедшею суммой, я плюнул на риск и шлепнул мэра. Тогда что я делаю у вас? Мне положено сейчас как минимум отдыхать на борту посудины, мирно плывущей в Турцию, ну а как максимум — в аэроплане по пути в Штаты.

— Все просто: тебе не заплатили. Или всю сумму, или большую ее часть. Ну а поскольку голову в петлю ты уже засунул, есть смысл рисковать дальше, чтобы деньги все-таки получить.

— Ну как тебе такой расклад? — спрашивает Волк Ларсен.

— Не важно, — честно отвечаю я.

Ситуация анекдотическая.

«Владимир Ильич, что будем делать с заложниками?» — «А как вы полагаете, Феликс Эдмундович, что мы должны сделать с этими пгислужниками мигового капитала?» — «Думаю, расстрелять!» — «Агхипгавильно! Вот только сначала напоите-ка их чайком. И непгемснно с сахагом!»