Страница 35 из 120
Седрик Дитрих замолчал. Лицо его внука Джеймса перекосилось, стало очевидным, что Гирион попал в точку, вокруг которой в семье Дитрихов идут споры.
-Я всегда любил свою дочь, – сиплым голосом прохрипел Седрик. – как единственное напоминание о моей жене которое у меня оставалось. Мои другие дети выросли слишком похожими на меня, а себя сложно любить, особенно в других. Видишь много недостатков. Вот только….
- Что я могу сделать, – грустно продолжил Седрик. – единственное, к чему приведет война с Морроу – окончательное падение моего дома. Смерть не только моей дочери и внука, но всех родственников. Вот в чем проблема. Как бы лозунги мести и чести не требовали отмщения, они остаются лишь словами, и я не могу позволить себе потерять все, что у меня осталось. На моем щите изображен ворон, отнюдь не лев. А вороны – вполне умные птицы.
-А если я скажу вам, что война с Морроу принесет вам возвышение? – с наигранным задором спросил Гирион.
-Я рассмеюсь. Если у тебя нет армии, то весь наш разговор не имеет смысла.
-У меня будет армия. Армия Френсиса Каннского.
Юверн и Седрик переглянулись и вдруг рассмеялись. Это был горький смех:
-Я скорее поверю, что тебе получится достать армию демонов, чем убедить Френсиса пойти за тобой. Он твой враг, и никогда не изменит своего отношения. С чего ему помогать тебе?
- Он поможет не только мне, но и вам. Я всего лишь хочу, чтобы мы заключили небольшой уговор.
- Какой же? – выжидательно поднял бровь герцог Дитрих.
- Если я вернусь с армией, то вы станете ее символом, встаните во главе и объявите претензии на престол.
Теперь рассмеялся даже Нурхаци, до этого сидевший максимально отстраненно.
- Да, конечно. Почему нет. Все равно невозможно. – безразлично пожал плечами Седрик.
- Нет. Мне нужно четкое обещание. Поклянитесь честью и семьей. Ведь это главные ценности для рода Дитрихов.
Седрик внимательно посмотрел на своих сыновей и внуков. Из всех них активно выказывал эмоции только Джеймс, яростно кивая.
- Мы всегда помним зло, Гирион. И месть дело необходимое. При любой возможности ударить по человеку, ответственному за смерть моих родственников, я нанесу удар. Поэтому, обещаю, если ты прибудешь с армией дом Дитрихов объявит претензии на престол.
Гирион довольно улыбнулся.
- Мы останемся на ночлег, а уже завтра я отправлюсь за вашей армией, мой король.
Глаза Седрика выразили молчаливое сожаление о своем обещании.
++++
Вечером, из замка Дитрихов Крер отправился в Севераль. Вернувшись из нее спустя несколько часов он принес плохие вести:
- Моя сестра умерла, – произнес он, войдя в лазарет к Оливии. Оливия спала и еще не услышала весть о своей матери. Рядом с Оливией сидел Грифф и следил за раненой. Последнее время он замечал, что делает наблюдает уж чересчур настырно, но оправдывал сам себя просьбой Гириона.
- Как давно? – спросил Грифф. - мы не успели из-за сегодняшней остановки у Дитрихов?
- Около месяца назад. Мы не могли успеть. Ее уже похоронил, и местные власти распродали имущество. Наша цель оказалась бессмысленной.
-И что ты планируешь сделать? – спросил Грифф. – вы с Оливией вернетесь в вашу деревню?
Крер посмотрел чуть в сторону и холодно начал говорить:
- Грифф я воевал всю жизнь. От момента шестнадцати лет, до своих пятидесяти. Моя бесконечная война закончилась, когда я сходил в степь. Вот только… Она снова нашла меня в лице Гириона. Я солдат, и моя задача – воевать. Самый славный поход в своей весьма несчастной жизни я провел под рукой Гириона. Когда он говорил, мне казалась что ему повинуются даже небеса. Я уверен, что этот человек вернет столицу, и я хочу ему помочь. Но Оливия не военный, не солдат, не воин. Она неплохой целитель, и хорошо чувствует себя в деревне. Как раз ее нужно отослать домой, иначе жизнь моей племянницы быстро закончится. Особо, теперь, когда Гирионова цель стала совсем близкой. До Черногравии осталось идти неделю, и там мы, наконец встретим Френсиса. Но Черногравия – арена бесконечной битвы, и мне бы не хотелось, чтобы ты или Оливия отправились туда.
- Я хочу стать рыцарем, – глядя на безмятежно спящую Оливию Грифф ощутил смелость. – завоевать славу клинком.
-Я тоже хотел. Но вместо славного рыцаря я стал стариком без жены, без детей с целями, которыми мог бы руководствоваться двенадцатилетний мальчишка. Мне кажется, что хотеть стать рыцарем не очень здорово. Не стоит брать примера с таких, как я. Меч очень редко помогает завоевать славу. Чаще только боль и смерть.
- Мой путь может отличаться, –упрямо помотал головой Грифф.
- Да, кончено. Путь крови же такой разный, – иронично ухмыльнулся Крер. – запомни мой молодой друг. До той поры, пока твоя рука не обагрена кровью другого человека ты сможешь изменить судьбу. А на самом деле, любой путь лучше пути убийцы. Но вот как только ты заберешь жизнь, другие дороги будут навеки закрыты. От метки и на крови руках не избавиться, будь ты кем угодно: императором или же обычным солдатом, мужчиной или женщиной, богатым или бедным.
- Гирион же как-то живет, – заметил Грифф
- Не знаю, жизнь ли это, – горько ответил Крер. – ложись спать, мой молодой друг. Я посижу с Оливией и расскажу весть про ее мать. Не думаю, что ей хотелось бы, чтобы ты увидел ее слезы.