Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 11 из 24

Наглость берет города. Вскоре ей надоело убирать настойчивую руку, да и мнение Саши, касательно музыки, она тоже приняла. Нет, Наташа, конечно же, по-прежнему любила танцевать, но вот так сидеть и слушать, отныне это ей нравилось не меньше.

Как-то вдруг начало светать. Короткая и чудесная ночь промчалась безвозвратно. Снова микроавтобусы, дорога, метро. Дом, душ, спальня, сон. Пробуждение, после которого «вчера» станет казаться лишь частью сновидений…

Глава 5

Алексей Волков проснулся в однокомнатной квартире своего брата. Измученное вчерашним «голливудом» тело, покоилось на цивильной кровати лицом вниз и занимало всю ее необъятную площадь.

В квартире стоял стойкий аромат еды, кто-то тихо возился на кухне. Подобный сервис был не предусмотрен во владениях Андрея и его родной брат, только что вынырнувший из мутных картинок похмельных сновидений, сразу же отметил в границах их нынешнего общего жилья присутствие постороннего человека. То, что его ноги лежали на подушках, не удивляло, это издержки вчерашнего, но готовящийся завтрак …или обед! Это уже относилось к вещам, которые выходили за рамки обыкновенного утра в доме № 37 по улице Одоевского, где пару лет назад, Андрей приобрел себе недорогую однокомнатную квартиру.

Одежда Волкова старшего была аккуратно сложена на кресле, и это тоже был факт, говорящий о многом. Впрочем, как и сам Алексей Волков, спящий в костюме Адама поверх легкого импортного одеяла. Дикость какая-то.

Что касалось отсутствия Андрея, здесь все было более-менее ясно. «Завис» у журналистки, поэтому вчера так и не объявился, но вот остальное? Кто ж этот таинственный «Джонсон и Джонсон», заботящийся о здоровье Алексея на маломерной кухне брата? «В любом случае, – здраво рассудил Волков старший, – ничего плохого от такого человека ждать не следует, ведь он так тонко понимает мои запросы…»

Алексей приподнял голову. Евроремонт квартиры брата сверкал привычным великолепием и вкусом, в котором Андрею не откажешь, благо деньги на это у него были. Алексей вдруг ощутил жгучее желание подняться. Опершись на руку, он лениво сменил позу и тут же, моментально сгруппировавшись, соорудил из своих ладоней подобие фигового листка. В проеме двери стояла…, просто какая-то фотомодель.

Все в ней от черного, строгого, делового костюма, дерзкой самоуверенности во взгляде, до стильных, дорогих, импортных туфель сияло блеском благородной строгости и безупречностью вкуса. Темные, видимо, все же крашеные волосы и сияющая сквозь преступное равенство недосягаемого с легко доступным женская красота, заставили Волкова задержать оскверненное похмельем дыхание и сесть:

– Хы-гы, ― вырвался вдруг у него нервный смешок. Глупо улыбаясь, он медленно убрал одну руку из «фигового листка» и, взяв от изголовья подушку, уложил ее себе на бедра.

– Проснулся, Плейбой? – спросила его эта ослепительная, нереальная девушка и Алексей кивнул ей в ответ, отмечая про себя, что голос у нее под стать внешности.

– Кивать-то, голова не болит? Умираешь, наверное, с перепоя?

– Нет, ― пустил «петуха» Алексей, перетрудившимся накануне и пока неготовым к работе горлом.

– Ну, тогда давай завтракать?

– Пить хочу, ― угрюмо пробасил «Адам», проклиная предательский срыв голоса, выдавший его нервоз.

– Все уже готово, ― сказала прекрасная незнакомка, не отводя от Волкова своих бесстыжих, зеленых глаз.

– Мне б одеться, ― неуверенно буркнул Алексей.

Она улыбнулась в ответ:

– Ты с шести до восьми спал на спине, поверх постели и только в восемь перевернулся на живот. У меня было достаточно времени на то, чтобы насмотреться на все твои прелести. Я что-то не понимаю, Плейбой, ты что, комплексуешь?

– Постой-постой, ― начал приходить в себя Волков, ― значит, мы спали …не вместе?





– Нет, ― снисходительно улыбнулась она, ― я пришла только около шести утра. Андрей дал мне ключи и послал за тобой.

– Эх! – с фальшивым сожалением вздохнул Волков, тихо радуясь про себя, что хоть не изменил супруге, и то дело.

– Знаешь, Алексей, ― как видно приняла всерьез этот вздох очаровательная незнакомка, ― ты не мой тип мужчины. У меня, знаешь ли, запросы: 180 сантиметров и прочее, от голубоглазого блондина – до телосложения…

– Не понял, ― не дал ей договорить Волков, ― а что должно быть 180 сантиметров у этого блондина?

– Рост, – ледяным тоном ответила «супермодель», стряхивая пошлость с глупого, на ее взгляд вопроса, – рост натурального блондина, должен быть не меньше 180 сантиметров.

– А, ― изображая внезапную догадку, вскинул брови Алексей, ― ясно. Тогда, я надеюсь, вас, мадмуазель, не стошнит от моих данных…

Он отложил в сторону подушку, спокойно с достоинством встал, и начал одеваться.

«Комплексуешь?» – недовольно повторял он про себя застрявший в его голове вопрос.

Волков старший просто презирал само понятие «комплексы», а презирал только потому, что с детства имел их достаточно много. Всю свою сознательную жизнь он вел с ними необъявленную войну. Пожалуй, если говорить откровенно, то его сознательная жизнь по-настоящему и началась-то только с того самого момента, когда он, преодолев главный из них «комплекс провинциала», уехал с братом подальше от мамкиных харчей, в чужой город, поступать в Культурно просветительное училище.

«Комплексуешь? ― снова повторил он, начиная жалеть эту девицу, которой бог, судя по всему, дал все. Что она видела в своей жизни, кроме довольства и блеска? – спрашивал он себя и тут же отвечал, ― и хорошо, что не видела. И, слава богу, что есть на свете люди, которым нет дела до «неполноценных», живущих в общагах и отдающих всего себя без остатка госслужбе. Такие, как она рождаются в «бобровых» районах столиц или областных центров и сразу с устойчивым иммунитетом к липкому пролетарскому быту. И, слава богу, что рождаются, ура!!!»

Натягивая майку, Алексей бросил короткий взгляд в сторону двери. Девицы, в адрес которой были адресованы его размышления, там уже не было. «Видать, насмотрелась на супермена, – снова заметил про себя он. – Надо же, 180 см. Как глупо. «Измеряются удавы, шестью шесть любого роста», ― повторил Волков фразу из мультфильма, улыбаясь тому, что и он, и Андрей не дотянули до приемлемого дамой стандарта соответственно 5 и 7 сантиметров. Правда, брат-то как раз являлся натуральным блондином, значит, все же рост не главный из предъявляемых ей запросов…

Анжелика терпеливо ждала его на кухне. Алексей, «почистив перышки» в ванной, на правах отсутствующего в данное время хозяина дома, вскоре тоже пришел туда же, молча сел за стол и, жестом предложил девушке приземлиться напротив. «Ничего не скажешь, ― подумал он, ревностно прицениваясь к завтраку, – натюрморт что надо. Даже сухое вино уже открыто. Блеск!»

Он наполнил напитком два элегантно вытянутых бокала чешского стекла, стоящих посреди стола, чокнулся с воздухом и залпом опрокинул кисло-мускатную жидкость, как показалось Анжелике, прямо в пищевод.

– Этикет, ― не без доли наглости пояснил свою выходку Волков, ― дело хорошее, но привычка – лучше. Ну, что, кушаем? Будь, как дома, не стесняйся…

Они долго и молча ели. Откровенно говоря, Анжелика была сыта и присоединилась к завтраку, только по причине того, что просто не хотела портить своим вниманием аппетит, вкушающему пищу мужчине.

Волков ел без ужимок и стеснения, быстро, весело, аппетитно и как-то …дико, что ли. Так, что глядя на него даже у сытого человека руки сами тянулись к вилке. На это хотелось смотреть, хотя сам Волков старался не заострять внимания ни на себе, ни на своем товарище по застолью. С ним было легко и просто обедать, как, скажем, с мамой или папой. Анжелика никогда не видела подобного и смотрела на него со все большим интересом и улыбкой.

Вскоре Алексей добавил «еще винца», снова чокнулся с воздухом, отпил половину бокала и продолжил трапезу.

– Это умение есть, по господину Раевскому, ― вдруг сказал Волков. ― Есть такой хлопец. Интересный мужчина и гитарист классный, это я тебе, как женщине говорю. Хотя он брюнет, а не блондин и, что не маловажно, тоже не 180 см. Я у него «содрал» эту методику кушать «когда на тебя смотрят». Видишь? Кушаю…