Страница 77 из 95
Она сказала Ариону, что любит его, и он едва не упал от этих слов. Но теперь, когда он очнется, – если когда-либо очнется! – то окажется в руках врага. Ее же не будет рядом, и он подумает, что она предала его, о мать Изида!
Ей нужно во что бы то ни стало помочь ему. Отец обязательно что-нибудь придумает, и они выручат Ариона. Ведь Арион спас их однажды, а теперь им необходимо найти способ спасти юношу. Арей Дидим, друг римского императора... Скорее всего, он и есть тот самый троюродный брат. Во всяком случае, этот человек выглядел именно так, каким его описал Арион. Да и его имя похоже на имя Ариона. В больших семьях часто используют сходные имена для членов семьи. Может быть, отец слышал об Арее Дидиме от своих новых богатых греческих партнеров?.. Наверняка они говорили ему что-то такое, что сейчас может оказаться полезным. Он непременно постарается помочь Ариону.
Мелантэ, не замечая ничего вокруг, наткнулась на полную женщину, которая несла корзину с овощами.
– Осторожнее! – резко крикнула та, но, приглядевшись внимательнее, участливо поинтересовалась: – Девочка, что стряслось?
– Я потерялась, – выдохнула Мелантэ, прижимая ладони к глазам, чтобы слезы не ослепили ее совсем. – Мне нужно найти отца. Его лодка стоит в гавани на озере Мареотис, но я не знаю, как туда пройти.
Женщина покачала головой, провела ее до следующего угла и показала дорогу к входу в гавань.
Гавань на озере Мареотис выглядела точно так же, как раньше: скопление лодок на причале, суета у товарного склада, люди с тележками и у грузоподъемных машин. Мелантэ торопливо, глотая слезы и всхлипывая, побежала искать среди всех этих барж и парусников стоящую на якоре «Сотерию», но никак не могла ее найти. А потом она услышала, как кто-то позвал ее по имени, обернулась и сквозь слезы, застилавшие глаза, увидела отца, уже спешившего ей навстречу.
– Папа! – закричала она и бросилась к нему.
– Мелантэ! – снова воскликнул он и протянул ей навстречу руки.
Девушка прижалась к нему, судорожно всхлипывая.
– Все хорошо, – нежно сказал Ани. – Все хорошо, моя маленькая птичка-нектарница, теперь ты в безопасности.
«Все очень и очень плохо», – подумала Мелантэ, но у нее не было сил сказать это вслух. Отец обнимал дочь, слегка покачивая, а затем повел ее вдоль дока, за которым и стояла «Сотерия». И вот уже рядом с ней Тиатрес, и ее братья, и все остальные. Они собрались вокруг Мелантэ, вытирали ее заплаканное лицо, поили разбавленным вином, то и дело увещевая друг друга не толпиться вокруг нее.
Но на лодке были не все. Не было Гармия. Когда Мелантэ видела его в последний раз, тот лежал на палубе с разбитой головой.
– А что с Гармием? – спросила она, и повисшее молчание было более чем красноречивым ответом.
Отец сказал:
– Он умер еще до того, как я вернулся. О, девочка моя дорогая, мы так переживали за тебя! – Сейчас Ани говорил с ней на египетском просторечии, что бывало очень редко. – Малышка моя, с тобой все в порядке? Они тебя не обидели?
– Нет, но зато обидели Ариона, – всхлипнув, пробормотала она.
По неловкой тишине, которая вдруг наступила, девушка поняла, что они, по всей видимости, знали только о том, что ее, плачущую и отбивающуюся, похитила шайка разбойников.
– Он... он спас меня, – попыталась объяснить Мелантэ. – Они отвели меня на этот корабль, чтобы потом продать на невольничьем рынке, но там оказался Арион. Он собирался ехать на Кипр на этом же корабле. Он велел им отпустить меня, но они не хотели, и началась д-драка. Аристодема убили. Я...
– Там был Аристодем? – спросил отец, и его лицо помрачнело.
Мелантэ кивнула.
– Он заплатил разбойникам сто драхм за то, чтобы они совершили налет на «Сотерию», и пообещал им весь товар, который находился на лодке. А еще он велел им уничтожить все бумаги, но я их спрятала. Ты ведь нашел их?
– Да, – ответил отец и потрепал ее по плечу. – Ты умная девочка. После ограбления тут повсюду шныряли портовые чиновники. Кто-то послал им письмо, в котором было сказано, что мы якобы привезли краденый груз. Без этих документов у нас были бы большие неприятности. Я сразу догадался, что за этим стоит Аристодем, и сказал им, чтобы они арестовали его. Но эти люди, конечно, не захотели связываться с Аристодемом – он же грек. Так ты сказала, он мертв?
– Они уб-били его, – заикаясь, ответила Мелантэ, содрогнувшись при воспоминании о потасовке на корабле. – Я точно не знаю, как это произошло и что стало с его телом... Он просто открыл рот и затих, а они положили его на пол. Он смотрел и смотрел на меня, а потом я поняла, что он не дышит. Должно быть, его убили ножом. У них были ножи. У Ариона тоже был нож, спрятанный в одежде, который я увидела позже, когда он вытащил его из тела Никократа. – Она вздрогнула и пояснила: – Это главарь тех разбойников. Все было так ужасно... но я обрадовалась, увидев, что Арион убил его. Они с-собирались п-продать меня в п-публичный дом на Кипре. Никократ заставил Аристодема заплатить за то, чтобы продать меня в рабство, вместо того чтобы продать обратно тебе. Аристодем так сильно ненавидел тебя, что готов был заплатить, лишь бы досадить тебе. – Мелантэ нервно сглотнула. – А потом Кинесиад, капитан корабля, сказал, что не повезет Ариона, и велел ему убираться с его судна. – Все еще дрожа от волнения, девушка продолжила: – Сегодня утром, когда мы сошли с корабля, друг Ариона сказал, что Арион хочет убить себя, и попросил меня убедить его не делать этого. Он собирался ехать на Кипр, чтобы жить в каком-то поместье, но из-за этой драки все его планы нарушились. Они говорили, что опасно нанимать другой корабль, а он не хотел впутывать друзей в свои проблемы и поэтому надумал покончить жизнь самоубийством. Друг Ариона намекнул, что мы можем помочь ему, если убедим Ариона вернуться с нами в Коптос. Папа, его друзья могут нанять для него корабль – второй корабль, который будет плавать вместе с «Благоденствием» Клеона. Я упросила Ариона, чтобы он согласился, и он в конце концов сказал, что сначала ему нужно поговорить с тобой и объяснить тебе ситуацию. Мы как раз возвращались на «Сотерию», когда вдруг у него случился приступ. – Мелантэ снова заплакала. – Он упал перед лавкой, и хозяин все время пинал его ногами, пытаясь оттолкнуть к сточной канаве. Собралась толпа, и все плевали на него, называли грязным сумасшедшим и требовали, чтобы я его забрала. Но я не могла этого сделать. Нужна была повозка, а они не хотели дать ее напрокат. И тут мимо проезжал этот богач, и я подумала, что он поможет, но он оказался тем самым троюродным братом Ариона... – Мелантэ всхлипнула. – Он велел своим людям, чтобы они в-взяли А-ариона и отнесли в п-повозку, и я ничего не могла поделать... Они хотят его убить! – Она закрыла лицо руками и зарыдала. – Если бы не я, он бы спокойно плыл себе на Кипр!
– Тише, тише, тише! – сказала Тиатрес, обнимая ее.
– Успокойся, – велел отец. – Вдохни поглубже. А теперь скажи мне, почему ты так уверенно говоришь, что тот человек – троюродный брат Ариона?
Внезапно девушка почувствовала облегчение и шмыгнула носом. «Папа придумает, что можно сделать», – решила она.
– Думаю, что это действительно он, – с жаром ответила Мелантэ. – Он богат. И он – друг императора. Этот мужчина сразу узнал Ариона: когда он увидел его, то воскликнул: «О Зевс, это невозможно, но так и есть!» – и приказал своим людям отнести Ариона в повозку. Он сказал, что его зовут Арей Дидим, а это очень похоже на имя Ариона.
– Арей! – послышалось чье-то восклицание.
Мелантэ оглянулась и увидела, что это был Аполлоний, человек Клеона.
– По слухам, Арей – самый могущественный человек во всей Александрии!
– Что ты знаешь о нем? – быстро спросил Ани. – С тех пор как мы приехали сюда, я слышал, как несколько человек упоминали его имя, но ничего не знаю о нем.
Аполлоний презрительно усмехнулся.
– Похоже, египтяне никогда ничего не знают. Он философ. Раньше он находился при дворе царицы, но никогда не занимал высокой должности. Когда Цезарь Октавиан впервые приехал в город, Арей был рядом с ним в колеснице. Он объявил жителям, что пощадил Александрию благодаря заступничеству Арея. Когда Дидим просил Цезаря пощадить того или иного человека, император никогда не отказывал ему. Каждый хотел бы быть его другом. Сейчас Арей Дидим обладает огромной властью.