Стоунлэнд

Открывать глаза было немного страшно, хотя по доносившимся звукам журчащей воды я уже понимала, что нахожусь там, где хотела оказаться. Стоунлэнд встретил меня лёгким прохладным ветерком и запахом цветущих магнолий.

Я прошла по узкой, усыпанной мелкими серыми камешками тропинке к ручью, где впервые увидела Даню. Казалось, что с того момента минула целая вечность. Вечность, перевернувшая мою жизнь.

– Ты всё-таки вернулась, – внезапно где-то совсем близко прозвучал знакомый голос.

Я резко обернулась, надеясь увидеть стоящего прямо позади меня Даниила, но его нигде не было.

– Даня?

– Я здесь! – отозвалось пространство на расстоянии вытянутой руки.

– Слышу, но не вижу! – разочарованно воскликнула я и в ту же секунду почувствовала на щеке прикосновение его руки.

– К сожалению, время играет не в нашу пользу, – грустно произнёс невидимый Даниил.

– Что с тобой случилось? – почти шёпотом спросила я, ощутив, как слёзы невольно поступают к глазам.

От мысли, что я больше никогда не смогу увидеть его, сердце тревожно сжалось.

– Длительное пребывание в Стоунлэнде истощает моё физическое тело, и из-за этого страдает энергетическое. Я уже утратил визуальную оболочку, а скоро могу совсем исчезнуть, и тогда… Шансов вернуться просто не будет.

Я вспомнила слова Зинаиды о том, что живым в Стоунлэнде места нет. Этот иллюзорный мир, который мне так нравился, который притягивал своей магией, как магнитом, оказался смертельно опасной ловушкой.

– Как жаль, что мы недолго были вместе, Олеся! – голос Дани был пронизан болью и отчаяньем. – Но всё же я благодарен судьбе за каждую совместно проведённую минуту. Если бы я имел возможность вернуться в прошлое, даже зная, как всё закончится, ради знакомства с тобой, я бы ничего не стал менять.

Он нежно провёл рукой по моим волосам, подойдя совсем близко. Я снова закрыла глаза. Так было намного легче воспринимать его незримое присутствие.

– Даня, пожалуйста, не надо! Это невыносимо! – прокричала я сквозь слёзы. – Ты будто прощаешься со мной. Я не могу, я не хочу тебя потерять!

– Не плачь, моя хорошая! – тихо попросил Даня, крепко прижимая меня к себе. – Я тоже надеюсь на лучшее, просто надежда с каждым днём всё слабее.

Не в силах что-либо сказать, я лишь кивнула.

Даниил не выпускал меня из объятий, пока я окончательно не успокоилась. Мы прошли несколько метров вдоль берега и остановились около высокого дерева с раскидистой кроной. Круглый белый камень прямо перед нами медленно оторвался от земли и буквально растаял в воздухе, когда Даня произнёс какие-то совершенно непонятные мне слова. Зато под деревом появилась большая белоснежная скамейка.

– Сидеть гораздо лучше, чем стоять, – уже более весёлым тоном сказал он. – Давай немного отвлечёмся от грустных мыслей? Расскажи, где ты была всё это время? Что у тебя происходило?

Я села на предложенное место и стала подробно излагать события прошедших дней. Периодически у меня возникало ощущение, что разговариваю сама с собой, потому что невидимый Даня не издавал никаких звуков, когда же я закончила, в воздухе просто повисла гнетущая тишина. Он молчал, а я боялась что-либо спросить и не получить ответа, боялась узнать, что его уже нет.

– Да, верно люди говорят, что порой промедление смерти подобно, – наконец, задумчиво произнёс Даниил. – Если бы твоя подруга не вернула камень, то мы больше никогда бы не увиделись. Нужно было сразу рассказать тебе о том, кто я и где живу в реальном мире. Просто мне хотелось, чтобы для начала ты убедилась, что Стоунлэнд – это не плод твоего воображения.

– Ты боялся, что я не стану тебя искать?

– Я боялся, что буду не нужен тебе настолько, насколько ты нужна мне.

Казалось бы, простая фраза – острым кошачьим коготком больно царапнула по моему доверчивому сердцу. Он верит, что я могу помочь ему покинуть Стоунлэнд, но если это не так? Если бы от меня ничего не зависело, была бы нужна я ему? А что, если его чувства ко мне лишь иллюзия? Такая же, как и весь этот мир?

Я впервые ощутила, насколько сильно в него влюбилась и как мне хочется, чтобы эти чувства действительно оказались взаимными. Тем временем Даниил, не подозревая о бушующем океане эмоций, захлестнувших меня изнутри, начал свой рассказ.

– Я никогда не видел своего настоящего отца. До десяти лет мама воспитывала меня одна, а потом в нашей жизни появился Георгий. Он купил туристическую фирму, в которой работала мама, и стал там директором. Их роман начался внезапно, развивался быстро и всего три месяца спустя Георг официально стал моим отчимом. Жили мы достаточно дружно, он не вмешивался в моё воспитание, я тоже сохранял нейтралитет по отношению к нему. В общем, у нас была простая среднестатистическая семья, и я считал себя вполне обычным ребёнком, пока мне не исполнилось шестнадцать.