Страница 127 из 151
— Знак Фатум, — подтвердила Тали. — Покажи его сейчас в городском храме богини, и никто не признает. Девочка наполнила его силой, а ведь ей всего шестнадцать…
— Фатум, — я поморщился. — Только её символа мне не хватало для полного счастья.
— Это скорее оберег, нежели символ богини. Это не молитва, где она упоминается, а знак. Скажи мне, Берси, если ты напишешь на сорочке «судьба не властна надо мной», будет ли это символом Фатум?
— В некотором роде, — кивнул я.
— Надень её сегодня, — сказала Тали. — Не бойся, даже ревнивая Уга не будет против.
— Думаешь, он мне понадобится? Что-то будет?
— Не знаю, — она улыбнулась. — Я не могу видеть будущее. Даже не могу сказать, будет он работать или нет.
— А как же «наполнен силой»?
— Мы чувствуем такие вещи. Представь себе, что ты находишься в очень холодной комнате, и рядом с тобой что-то горячее, почти раскалённое. Ты улавливаешь исходящее от этого предмета тепло. Примерно так и мы можем почувствовать вещь, таящую в себе силу. Братик Матео в этом лучше меня. Кольцо, что ты носишь на пальце, струна на запястье, жезл целителя, который буквально обжигает. В нём слились две могущественные силы, обуздать которые можешь, наверное, только ты. Да, я же обещала побить братика за выбор материала для жезла.
— Ты меня совершенно запутала, — сказал я. — Может, ну его, этот символ? Положу куда-нибудь в сундук и…
— Надень, — строго сказала Тали. — Или я пойду вместе с вами на этот прекрасный бал во дворце, буду танцевать и веселиться.
— Хорошо, уговорила. Но если хочешь с нами, мы тебе ещё вчера предлагали.
— Нет, — она покачала головой. — Только если будет что-то интересное и весёлое, тогда зови. У меня ещё много работы дома.
— Кстати, как там жук? Не утащил ещё ларец?
— Вынести ключ из дома нельзя, пока страж жив. А жук — спит. Забрался в ларец, закрыл крышку и дрыхнет. Поток силы успокоился и стал почти как прежде. Зря мы с тобой волновались.
— Предлагаю ларец запечатать, чтобы жук там издох. А то мы его откроем, а там уже два десятка таких же, как он, только злых и голодных.
Тали улыбнулась и вышла из комнаты. Я же положил сорочку с солнцем на костюм, посмотрел придирчиво. Не люблю символы и знаки, особенно на одежде. Уга на рисунок смотрела равнодушно, словно это обыкновенный узор.
Как я и предполагал, колонна из дорогих повозок и карет протянулась едва ли не через всю центральную улицу города. Дворец принимал гостей неспешно, заставляя их мёрзнуть. Кто-то спасался от холода под тёплыми меховыми плащами, кто-то привлекал огненных магов. Но больше напрягал не холод, а утомительный процесс, когда карета немного проезжала по улице, останавливалась на минуту, затем снова двигалась в сторону Имперской площади. В какой-то момент мы увидели яркие огни дворца, и стало понятно, что карета миновала площадь и осталось совсем немного.
— Тихо в городе, — сказала Клаудия, задумчиво глядя в окно. Она сидела с правой стороны и видела не замок, а ряд старых зданий за рекой. — Неуютно что-то.
— Это всё волнения по поводу бала, — сказала Александра, накрыв её ладонь своей. — Отсюда и мысли такие.
— Кристина говорила, что сегодня на храмовой площади люди целый день толпятся, то ли снова ждут, что оракул говорить будет, то ли знака какого-то. Пугает меня это…
Я не стал говорить, что лично видел толпы горожан днём в центре города. Столицу будоражили слухи о демонах. Настолько, что стража работала в усиленном режиме и прогоняла всех, кто пытался баламутить народ. Таких находилось немало, даже в Старом городе. Какой-то старик недалеко от рынка забрался на ящик и почти час вещал, что со дня на день город захватят демоны и горожане должны взяться за оружие, чтобы спастись. В итоге стража его утихомирила, стукнув деревянной дубиной по голове и зашибив насмерть. На фоне всеобщей истерии Зимний бал во дворце смотрелся странно, но отменить его уже было невозможно. В столицу приехали герцоги, а те, кому посчастливилось на этот праздник попасть, готовились к нему месяц, и пусть даже в городе вспыхнут беспорядки, они во дворец приедут обязательно.
Наша карета добралась до дворца и остановилась рядом с ковровой дорожкой. Наконец можно было выйти и размять ноги. Я бы пешком из центра города быстрее добрался. Не знаю, кто придумал традицию морозить гостей, дать бы ему по шее. Зато, когда заходишь с мороза во дворец, тебя словно жаром обдаёт. Маги сегодня постарались, чтобы во дворце было не просто тепло, а по-настоящему жарко. Один из слуг забрал у нас тёплые меховые плащи и умчался с ними в боковой проход. Мы же неспешно поднялись по центральной лестнице в главный зал дворца, где собралось уже довольно много людей. Я огляделся, покачал головой, понимая, что бо́льшую часть гостей, так или иначе, знаю. Справа отдельной группой устроились магистры и члены Совета магов, чуть дальше расположились представители Экспертного совета. Было много военных, к примеру, командующие легионами, которые участвовали в подавлении мятежа на юге. Сколько ещё пройдёт лет, прежде чем я буду знать каждого из присутствующих?
Пока не появился Император, следовало поздороваться с другими герцогами. Первым я заметил Даниеля в компании невысокого пузатого мужчины, носившего пышные усы. Разговаривали они вдвоём, без жён, скорее всего, разговор был важным, и я хотел подождать, но Даниель меня заметил, кивнул. Я деловые беседы затевать не хотел, поэтому пошёл в компании Александры и Клаудии. Со стороны могло показаться, что это не я их веду, а они меня, подхватив под руки, чтобы не сбежал.
— Здравствуйте, — поздоровался я, подходя к ним. — Герцог Блэс, рад Вас видеть.
— Здравствуй, герцог Хаук, — кивнул он. — Позволь представить герцога Конрада Боржеша.
— Рад знакомству, — немного удивился я. — Да, Вы же недавно стали соседом герцога Блэс.
— Ну как недавно, — Конрад говорил с тем же акцентом, что и Гуштав Кейреш, — с того дня, как Император отстранил от власти род Дюран.