Страница 28 из 56
Вот и подмога подоспела. Анубис с двумя мечами в обеих руках и Бастет с головой львицы. Да, хороша дикая кошка, ничего не скажешь. Их пришлось прикрыть своим защитным полем от стрел и копий, так как сами они этого делать не могли.
Увидев перед собой такой зверинец, хетты опешили. Чем мы и воспользовались, рванув им навстречу и ворвавшись в их наступающие ряды, как три мощных волнореза. Хетты поняли, что если они не могли со мною одним справиться, то с тремя тем более у них ничего сделать не получится.
И пошла настоящая месиловка. Наши лучники, стоящие на стенах крепости, не боялись нас зацепить. Так как знали на моём примере, что богов стрелы не берут. Поэтому каждый их залп ранил или убивал наповал больше тысячи хеттов. А мы отводили с Анубисом душу, как в битвах с арахнидами. Но это были не арахниды, а более слабые и мягкотелые создания. Поэтому волна наступления, наткнувшись на три несокрушимых каменных мола, затормозила, а потом из ворот нашей крепости вылетели колесницы и тоже устремились к нам на помощь. Их было около двухсот, а за ними неслась конница. Я так понял, что весь гарнизон бросился в атаку на врага.
Вы когда-нибудь видели, чтобы две тысячи воинов атаковали двадцатитысячное войско? Именно это и происходило здесь и сейчас. Окрылённые победой, египтяне были сильнее духом сломленного страхом противника, который превосходил их по численности в десять раз. И хетты сначала замерли, потом дрогнули, а затем стали отступать под нашим натиском. Сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее, после чего просто побежали.
Наша божественная троица догонять их не стала, а просто перелетела всё это бегущее, похожее на толпу, войско и снова встретила их лицом к лицу, только уже с другой стороны. И опять три волнореза рассекли это ревущее дезорганизованное море. Бастет рвала хеттов зубами и отбрасывала в сторону уже мёртвые тела. На это у неё уходило меньше секунды. Она была вся в крови, как и мы с Анубисом. Но я видел в её глазах упоение боем. Похоже, подобное было в ней с самого рождения. Вот именно поэтому в Египте её и боялись, когда она превращалась в богиню-львицу.
Это уже была просто бойня. Я скомандовал своим двум напарникам сместиться вправо и встать на пути организованно отступающих амазонок. Это был единственный отряд войска хеттов, который не поддался всеобщей панике и планомерно выходил из боя. Те сразу поняли, что наша главная цель именно они. Конные воительницы уже видели меня в деле, поэтому знали, что живыми они отсюда не уйдут. Я вытянул вперёд правую руку и всадницы осадили коней, увидев знакомое свечение, которое на их глазах уничтожило без следа все сто хеттских колесниц. Дополнительно к этому я зло крикнул, усилив громкость своего голоса:
— Стоять!
Лошади под воительницами заржали, встали на дыбы и попытались сбросить своих наездниц на землю, так как мой крик поддержал рёв Бастет и грозное рычание Анубиса. Но амазонки, всё-таки, смогли удержаться в сёдлах, потому, что с раннего детства учились управлять лошадьми. Одновременно с этим, они поняли, что сейчас убивать я их не собираюсь. Если бы я хотел это сделать, то их бы просто уже не было в живых на этом свете.
Толпы очумевших от страха хеттов бросали оружие и спасались бегством, огибая со всех сторон нашу застывшую группу. За ними скакали во весь опор египетские всадники вместе с колесницами и рубили убегающих врагов. Заметив нашу троицу, они в приветствии поднимали свои мечи вверх, радуясь за своих могучих и непобедимых богов Ну и за себя, конечно. И за то, что вместо смерти, боги в этот раз даровали им победу. Поэтому они при этом громко выкрикивали наши имена. Я не удивлюсь, если убитых с нашей стороны сегодня вообще не будет. Ведь как таковой битвы для защитников крепости и не было. Они только преследовали противника, который в страхе бежал от них. Всю основную работу выполнили за них мы и они это хорошо понимали.
Поэтому они и славили нас троих. И ещё они считали большой честью для себя сражаться вместе со своими богами. Пусть не плечом к плечу, но рядом. Благодаря чему они будут помнить об этом сражении всю свою жизнь и станут рассказывать о сегодняшней славной победе своим детям и внукам. Ведь в битве за Трою тоже будут сражаться боги и с той, и с другой стороны. За ахейцев выступит Гера, Афина, Посейдон, Гефест, Фетида и Гермес. А троянцев станут поддерживать Афродита, Арес, Аполлон, Артемида, Скамандр (речной бог) и Лето. Но они об этом ещё не знали. Ведь их отделяло сейчас от будущей троянской войны почти триста лет.
Глава 6
«По сообщениям Филохора и некоторых других, Тесей плавал к берегам Понта Эвк- синского вместе с Гераклом, помогая ему в войне против амазонок, и в награду за храбрость получил Антиопу. Но большинство историков — в том числе Ферекид, Гел- ланик и Геродор — утверждают, что Тесей плавал после Геракла, на своем корабле, и захватил амазонку в плен; это звучит более убедительно, ибо ни о ком из его товарищей по оружию не рассказывают, будто он взял в плен амазонку, а Бион говорит, что и та единственная была захвачена и увезена обманом. От природы амазонки мужелюбивы, они не только не бежали, когда Тесей причалил к их земле, но даже послали ему дары гостеприимства. А Тесей зазвал ту, что их принесла, на корабль и, когда она поднялась на борт, отошел от берега».
Плутарх «Сравнительные жизнеописания», Тесей.
Амазонки внимательно смотрели на меня сверху вниз. В коротких кожаных юбках и кожаных топах, сидя на лошадях, воительницы имели очень сексуальный вид. Но сейчас это не имело никакого значения. Они понимали, что главный здесь я и их сексуальность на меня не действует. Поэтому, если они сделают или скажут что-то не так, то они просто исчезнут, как исчезла до этого сотня колесниц хеттов. И уже многие из них догадались, что количество для меня никакой роли не играло.
Самое интересное, что они не считали себя хеттками. Они были наёмницами, которым заплатили за участие в этом набеге на египетскую территорию. Причём только половину оговоренной суммы. Оставшуюся половину им обещали выдать, как только войско хеттов захватит крепость Тхаро.
Но теперь вторую часть они уже точно никогда не получат и первую у них тоже отберут, так как амазонки будут сразу схвачены и взяты в полон теми же хеттами. Поэтому им было вдвойне жалко недополученных и потерянных денег. А плен был еще хуже этого. Их сразу продадут в рабство на потеху тем, кто сможет их купить. Их, гордых, грозных и независимых воительниц. Или был другой выход: погибнуть в бою со своими же бывшими нанимателями. Всё это я мгновенно прочитал в их светловолосых головах, столь редких в этих краях.
— Я не буду отбирать у вас то золото, которое вам заплатили за участие в этом набеге, — сказал я громко, чтобы слышали все. — И в плен я вас брать не стану. Я, египетский бог войны Монту, предлагаю вам всем пойти на службу к Царице Египта.
— А если мы откажемся? — выкрикнула главная воительница амазонок самый жизненно важный сейчас для них вопрос.
— Я вас отпущу. Только спокойно вернуться на родину вам никто не даст, прежде всего сами хетты. И вы прекрасно об этом знаете. Они нынче злы за своё позорное поражение и полный разгром, поэтому отыграются именно на вас, обвинив в измене. Чем это закончится, вы можете догадаться сами. Так что думайте, а мы возвращаемся назад. Если решите служить женщине-фараону, то подъезжайте к воротам крепости и присылайте ваших старших на переговоры, вас немедленно пропустят.
После этих слов мы втроём, одновременно, поднялись в воздух, но улететь нам не дал ответный крик предводительницы амазонок:
— Подождите, мы согласны.
— И это единственно правильное решение, — сказал я, зависнув в воздухе, а Бастет в этот момент сменила внешность грозной львицы на кошачий облик, что тоже было замечено всадницами и воспринято ими в качестве доказательства наших миролюбивых намерений. — Тогда до встречи в крепости. Разбейте свой походный лагерь в пятидесяти метрах от внешней стены. Если вам понадобятся продукты, мы вам их выдадим. Выберите пятерых самых достойных из вас и присылайте к Царице. Она сейчас тоже находится здесь. Но учтите, что долго мы вас ждать не будем. Как наступит вечер, мы улетим в Фивы.