Страница 34 из 156
Глава 8
Я поёжилась. История Валентина была… не той, которую я ожидала услышать.
— Мой князь, а разве нет способа…
— Освободить Франциско от клятвы? — спросил Валентин, глядя на пляшущие в камине языки пламени, — Увы, подобно тебе, я озвучил условия клятвы, не особо продумав формулировку. В ней просто нет условия прекращения службы, а значит — нет и способа разорвать цикл.
Князь замолчал и пригубил вина. Я свой бокал вертела в руках.
— А вы бы хотели этого? Разорвать клятву?
Валентин долго думал над ответом, вращая полпустой бокал в изящных длинных пальцах с длинными ногтями. Наконец он промолвил:
— Сложный вопрос — пойми, я не испытывал к нему ненависти даже когда сражался с ним, я понимал что он просто исполнитель. С другой стороны, Франциско не медлил бы ни секунды, появись у него возможность меня прикончить. К тому же, страны, которой он служил, не существует уже более тысячи лет по времени цикла, а по объективному счёты — миллионы, которые он, как и я, пережил в отрыве от остальной реальности. Куда ему собственно возвращаться? Что делать?
— Возможно, он бы нашёл — что. Если бы был свободен, — я вздохнула и подняв глаза на Валентина спросила, — Он вас ненавидит?
Валентин долго думал перед ответом
— Не знаю. Честно — не знаю. Мы очень редко разговариваем. Винит ли он меня в произошедшем? Несомненно. Испытывает ли он ко мне прям-таки ненависть? Кто знает. Он прожил достаточный срок, чтобы свыкнуться с происходящим.
— И всё равно — печальная история.
— Да.
Некоторое время мы оба молчали, погружённые в свои мысли, а потом князь сказал:
— Ладно. Не надо впадать в меланхолию — это для вампира чудовищная пошлость. Пойдём лучше посмотрим, как там дела у Ягена.
Я вскинула брови:
— А он же… вроде должен сейчас обучаться военному делу? Как это происходит вообще?
— О, весьма интересным способом, — Валентин встал, — Пойдём, думаю тебе понравится. Всё равно тебе надо отдохнуть от предыдущего испытания и что может быть лучше наблюдения за тем, как гордеца возят по лицу в том, что он считает своей стезёй?
Я усмехнулась:
— С таким заманчивым предложением я не могу поспорить, мой князь. Ведите.
— Войска находятся в полной боевой готовности, командующий.
Яген одёрнул тяжёлый плащ, скрывавший его доспехи. Повернулся к докладчику.
Немолодой мужчина неопределённой расы смотрел на него с уважением.
«Удивительно, насколько эта иллюзия правдоподобна,» — подумал граф и медленно кивнул:
— Хорошо. Как настроение у парней, Мергер?
— Боевое, мой господин, — мужчина обвёл рукой ряды солдат, стоящих под холмом, на котором Яген расположил свою ставку, — Все хотят как можно быстрее опрокинуть вероломных южан.
Блондин снова кивнул — битва должна была изображать одно из сражений на юге Ребрайваны, которые произошли во время последнего отчаянного выплеска Старой Империи на восток. Собственно, после этого краха, Ребрайвана и начала своё превращение из союза разномастных княжеств и уделов в полноценное государство.
— Что ж, скоро мы это проверим. Трубите готовность.
Мергер кивнул и спустился с холма. Яген же повернулся к своей спутнице. На молодой худенькой девушке было длинное платье с открытыми рукавами. Волосы убраны под ободок, украшенный цветами ромашки. Наряд мало походил на боевое снаряжение — если конечно не знать, что носили волхвы времён Рассветной Войны, как назвали эти события в дальнейшем (назвали, впрочем, только в самой Ребрайване, в хрониках Старой Империи эти события вообще упоминались мельком).
«Что для лягушки — море, то для кита — лужа,» — подумал граф и осторожно взял девушку за хрупкое запястье, чуть ниже росших прямо из бледной кожи членистых отростков. Влияние Аранеи на свою жрицу становилось сильнее, а с ним вместе усиливались и визуальные черты этого влияния.
Тамия открыла глаза, в которых ещё плясали язычки магических энергий. Посмотрела на графа и медленно произнесла:
— Я чувствую… что-то неправильное. Что-то… странное происходит в нитях судьбы… По крайней мере, именно так подсказывает мне Прядильщица.
— Мы в иллюзорном мире, созданном древним вампиром, — улыбнулся блондин, нежно сжимая тонкое запястье — Было бы куда страннее если бы всё было нормально.
— Быть может… и так. Извини, я просто… — девушка помотала головой, — Дезориентирована немного.
Яген кивнул — он уже знал что попытки Тамии воспользоваться своим даром приводят девушку в замешательство. Она сама описывала это так: «Я словно пробуждаюсь ото сна. Во сне всё кажется нормально и естественно, но когда ты проснёшься, реальность словно рассыпается и тебе надо приложить усилия, чтобы вспомнить, что именно я видела». Но всё же в предыдущие разы её дар проявил себя наилучшим образом.
В общем-то Валентин не стал изобретать каких-то сложных испытаний: он просто посылал Ягена, Тамию, Друджи и вернувшуюся в строй Изабеллу в различные иллюзорные сценарии, выставляя против них самых разнообразных противников. Были горы с драконом на вершине, был лагерь гоблинов, были пещеры культистов. Ничего сложного — сам князь говорил, что прежде всего эти испытания нужны, чтобы оценить, чем собственно нужно учить команду графа.
Но сейчас ситуация изменилась. Теперь воевать предстояло не против каких-то иллюзорных болванов, а против друг друга. А именно — Яген и Тамия против Друджи и Изабеллы. Причём не в бою два на два а в симуляции древнего сражения армий. Команды выбирают себе войска из заданного ростера и сражаются. И хоть Яген соглашался, что это всё-таки гораздо ближе к тому, чем им всем предстоит заняться в реальном мире, после того, как они покинут гостеприимные чертоги замка, он не понимал почему разбивка на пары была именно такой.