Страница 108 из 120
Несомненно, Никсон с прицелом на новые президентские выборы пошёл на дипломатический прорыв: поскольку завершить войну во Вьетнаме никак не получалось, он попробовал покончить хотя бы с холодной войной. Теперь ему было что противопоставить своему сопернику-демократу Джорджу Макговерну. К тому же в конце апреля консервативный журналист Роберт Новак опубликовал взрывную статью, в которой говорилось, что на самом деле программа Макговерна заключается не в прекращении войны во Вьетнаме и установлении для граждан США гарантированного минимального дохода, а в амнистии, разрешении абортов и легализации марихуаны, и если средние американцы, в особенности католики, об этом узнают, ему конец. (Новак ссылался на некоего сенатора, пожелавшего остаться неизвестным, поэтому его обвинили в том, что он всё выдумал. Однако в 2007 году журналист назвал имя своего информатора, к тому времени уже умершего: им оказался Томас Иглтон, который был кандидатом в вице-президенты! Правда, Иглтона потом заменили на Сарджента Шрайвера — когда стало известно, что он лечился от депрессии электрошоком). Республиканцы тотчас переформулировали программу демократов: «Амнистия, аборты, анаша». Тем временем всеми этими вопросами в штате Нью-Йорк занимался республиканец Нельсон Рокфеллер — разумеется, по-своему.
Девятого сентября 1971 года в тюрьме «Аттика» заключённые захватили один блок и взяли в заложники 39 надзирателей. После четырёх дней переговоров комиссар Расселл Освальд из Департамента исправительных учреждений согласился выполнить большинство их требований, но отказался предоставить полную амнистию участникам беспорядков и уволить директора тюрьмы. Переговоры зашли в тупик, жизнь заложников была в опасности, и тогда губернатор Рокфеллер приказал нью-йоркской полиции и войскам Национальной гвардии восстановить порядок. Во время штурма тюрьмы 13 сентября погибли 43 человека, включая десятерых заложников, ещё около восьмидесяти получили ранения. Как выяснилось позже, почти все погибшие были застрелены Национальной гвардией и полицией и только трое заключённых убиты сокамерниками в самом начале мятежа. Оппозиция возлагала вину за жертвы на Рокфеллера, отказавшегося ехать в тюрьму и вести переговоры; сторонники губернатора, включая многих консерваторов, ранее публично выражавших несогласие с ним, оправдывали его действия необходимостью поддержать закон и порядок и преподать урок на будущее. В телефонном разговоре с президентом Никсоном Рокфеллер сказал по поводу смертей: «Такова жизнь». В следующем году Джон Леннон выпустил альбом «Однажды в Нью-Йорке», в который вошла песня «Государство Аттика», исполненная им вместе с Йоко Оно. Там есть слова: «Пресса винит заключённых, / Но убивали-то не они. / На курок нажимал Рокфеллер — / Так считают люди». Джазовый композитор Чарлз Мингус откликнулся на это событие сочинением «Вспомни Рокфеллера в Аттике»...
Реформу законодательства об абортах Нельсон поддерживал ещё с 1968 года, выступая, правда, не за полное снятие запрета, а за расширение списка исключений из него: ради сохранения здоровья матери или в случае обнаружения патологий у плода. Эту реформу провести не удалось, но в 1970 году законодатели приняли закон о разрешении абортов, и Рокфеллер его подписал. А два года спустя наложил вето на новый закон — о восстановлении запрета абортов. «Я не считаю правильным, когда группа людей навязывает свои представления о морали всему обществу», — пояснил он своё решение.
По вопросу же о наркотиках он со временем занял жёсткую позицию. Новый закон, принятый в 1973 году, предусматривал пожизненное заключение без возможности условно-досрочного освобождения или выпуска под залог для употребляющих сильнодействующие наркотики, наркодилеров и тех, кто совершил жестокие преступления под действием наркотиков; за информацию о лицах, подсаживающих на иглу, полагалась награда в тысячу долларов; от сурового наказания теперь не мог уберечь даже юный возраст правонарушителей. Общественность по-разному воспринимала эти меры, да и результаты не были однозначными. Одним лишь кулаком всего не добьёшься: Нельсон учредил Комиссию по контролю над наркозависимостью и дал денег на исследования о лечении наркоманов метадоном в рамках программы реабилитации.
Разумеется, этим его деятельность не ограничивалась. В правление Рокфеллера Университет штата Нью-Йорк стал крупнейшей системой государственного высшего образования в США: вместо 29 кампусов и 38 тысяч студентов он теперь включал в себя 72 кампуса и насчитывал 232 тысячи студентов на постоянном обучении. На территории Пёрчейз-колледжа, основанного им же в 1967 году, Нельсон построил художественный музей по проекту Филипа Джонсона, чтобы разместить там более пятисот картин из коллекции своего давнего друга Роя Ротшильда Нойбергера[89] (родившегося в США и к европейским Ротшильдам никакого отношения не имевшего). Музей Нойбергера открылся в 1974 году. Губернатор настоял на приобретении частного Университета Буффало, который вошёл в состав Университета штата Нью-Йорк, а в 1971 году добился создания колледжа для взрослых с программами заочного обучения. Финансовая помощь начальной и средней школе увеличилась вчетверо; в государственные школы стали принимать детей-инвалидов, а на местном телевидении впервые появился образовательный канал.
Став губернатором, Нельсон наконец-то смог частично осуществить юношескую мечту стать архитектором: занялся созданием и благоустройством парков, собрав на эти цели более 300 миллионов долларов; в штате Нью-Йорк появилось 55 новых парков. Попутно Нельсон поощрял научные исследования в области экологии, запустил программу «Чистая вода»[90], запретил использование пестицидов... Но одновременно он возводил небоскрёбы — офисные центры, торговые комплексы, — что побуждало острословов шутить по поводу его собственных комплексов. «Саут-Молл» в Олбани обошёлся в два миллиарда долларов (в 1978 году новый губернатор Хью Кэри переименует его в «Эмпайр-стейт-плаза Нельсона Рокфеллера»): на территории в 40 гектаров выстроились небоскрёбы вокруг яйцевидного центра искусств, для которого штат Нью-Йорк приобрёл несколько картин и скульптур. Строительство башен-близнецов Всемирного торгового центра тоже было идеей Нельсона. Он же ввёл облигации, обеспеченные моральными обязательствами властей штата, на средства от продажи которых было построено 88 тысяч квартир для небогатых семей и пожилых людей. (Потом некоторые критиковали Рокфеллера: будто бы именно из-за него в финансовой системе США возникла концепция «Слишком большой, чтобы упасть»).
В жилых комплексах и общественных местах стал действовать запрет на дискриминацию любого рода; теперь оказалась вне закона спекуляция недвижимостью, когда риелторы скупали по дешёвке дома у белых владельцев, пугая их, что в этом квартале скоро поселятся негры, а потом продавали их втридорога чернокожим, пытающимся вырваться из своих гетто. Доля афроамериканцев и латиносов среди госслужащих увеличилась почти на 50 процентов; женщин стали назначать на руководящие посты в крупных государственных агентствах и принимать на работу в полицию. Программа медицинского обслуживания нуждающихся в штате Нью-Йорк была самой крупной в стране, зато раздача пособий сократилась: работоспособные должны были соглашаться на предложение работы или проходить переобучение (Джон Д., должно быть, одобрительно кивал внуку с небес). В районах проживания бедного населения детей бесплатно кормили завтраками; власти штата предоставляли ссуды некоммерческим организациям для создания центров дневного пребывания.
Рокфеллер внёс на рассмотрение законодателей первый в США закон о минимальной зарплате, которую за время его правления повышали пять раз. В сотрудничестве с профсоюзами были созданы программы пенсий для бюджетников — учителей, преподавателей, пожарных, полицейских, тюремных охранников. Средства изыскивались разными путями; например, Нельсон внедрил в штате государственную лотерею и внеипподромный тотализатор. Бюджет штата вырос с 2,04 миллиарда долларов в 1959 году до 8,8 миллиарда в 1974-м (но за эти же 15 лет Рокфеллер восемь раз повышал налоги). Государственный долг тоже существенно вырос, потому что Рокфеллер практиковал выдачу облигаций общественно полезными организациями, которых он создал целых 230. Для выпуска таких облигаций не требовалось проводить референдум, а проценты по ним были выше, чем по государственным. Но эта политика привела к налогово-бюджетному кризису 1975 года. В общем, Нельсон хотел сделать слишком много и слишком быстро, что часто ставили ему в упрёк.
89
Нойбергер работал на Уолл-стрит в фирме, продававшей акции Рокфеллеровского центра. В 1939 году он купил первую картину, кисти Питера Хёрда, и предоставил её для устроенной Нельсоном Рокфеллером передвижной выставки американского искусства, объехавшей несколько стран Южной Америки. Впоследствии он собирал произведения Джексона Поллока, Александра Колдера, Стюарта Дэвиса, Эдварда Хоппера, Джейкоба Лоуренса, Дэвида Смита и особенно интересовался творчеством Милтона Эвери, которому помог прославиться. Картины из своей коллекции он никогда не продавал, считая, что это было бы преступлением, потому что все они приобретены «по любви»; зато дарил их и Метрополитен-музею, и Музею современного искусства, и музеям при колледжах и университетах.
90
В мае 1973 года президент Никсон назначил Нельсона Рокфеллера председателем Национальной комиссии по качеству воды, которая должна была определить технические, экономические, социальные и экологические последствия применения норм, содержащихся в поправках к федеральному закону о контроле над загрязнением воды от 1972 года. Комиссия представила отчёт в марте 1976 года, и Нельсон доложил конгрессу о сделанных ею выводах.