Освобождение

– Вот ты где, гаденыш, спрятался! – Мужчина злобно улыбнулся, вытаскивая мальчика за ногу из-под кровати. – Думал не найду тебя? Иди сюды паршивец.

– А ну, не трошь ребенка! Меня бей, а сына не трошь!

– Не лезь, баба. И ты свое еще получишь, раз просишь. И ему достанется. Сынку моему.

Женщина набросилась на мужчину со спины и принялась его колотить.

– Не позволю, ребенка трогать! Не позволю! Митька, Митюшка, беги. Беги и схоронись, где-нибудь. Беги со двора, слышь? Прости меня сынок, что не уберегла тебя, прости.

Мальчик застыл от изумления и как завороженный слушал крики матери. В ее голоса слышались страшные неведомые интонации, а глаза были полны решимости… чего? Защитить его, маленького мальчика от тирании собственного отца? И за что она просит прощения? Никогда не просила, а тут просит. За что? Какой-то внутренний голос шептал остаться. не уходить и защитить мать от него. Но она так отчаянно кричала и просила его спрятаться, что он в следующую секунду сорвался и побежал, бежал так быстро, как только мог, бежал и не оглядывался, а в ушах стоял жуткий крик матери:

– Беги, сынок! Беги, больше он нас не тронет! Беги.

Мужчина вздрогнул. Ужасы прошлого всегда так близко и так далеко.

– Прости мама, я не сумел тебя защитить. – Он сжимал в руках крохотную фотографию, на которой ему грустно улыбалась красивая женщина. Она никогда не улыбалась ему. Видимо, к тому времени, как он немного вырос она совсем разучилась улыбаться и все время плакала. Она была такой красивой, но он никогда не видел этой красоты. Он видел всегда измученную усталую женщину, которая с каждым годом все более дряхлела и опускалась…

Она не дожила до своего освобождения всего ничего. Жизнь в постоянном страхе за себя и за сына, регулярные жестокие побои сказались на здоровье хрупкой женщины, которая за десять лет жизни в унижениях и страданиях выглядела как старуха, а тюремный срок ее совсем подкосил.

Он тогда был слишком маленьким и слишком напуган и не до конца осознавал происходящего и не сразу понял, что именно он кричит и что именно он бежит вслед за удаляющейся машиной, в которую села мама. И почему у нее руки спереди были связаны? Больше он маму не видел, да и отца тоже. Его самого забрали в большой дом, где жили много детей.

Детский дом. Название ему понравилось. Детский дом – дом для детей. Там его накормили и переодели. Так вкусно он никогда не ел. И одежда была такая новая и теплая. Ему понравилось в новом месте, хотя он и скучал сильно по маме. Но нравилось ему там недолго, пока его не начали поколачивать по углам старшие ребята. Колотили они умело, было больно, но следов на коже не оставалось, не пожалуешься. Хотя по опыту знал, если жаловаться потом поколотят сильнее. И поэтому молчал. Молчал, терпел и злился…

Мужчина со злостью сжал кулаки. Почему эти воспоминания вновь нахлынули, он так старался все это забыть. Он уже взрослый и очень богатый человек, а значит обладает властью и силой и его больше никто не побьет. Он сам с кем угодно теперь может расправиться.