Бывшая любовь

Мы стоим посреди зала с закрытыми глазами в невозможности оторваться друг от друга. Слишком многое нас связывало, и слишком легко мы простились, чтобы сейчас упустить этот шанс.

Наконец, разделившись, мы перемещаемся за столик. Мягкий солнечный свет осеннего солнца проникает сквозь большое окно и освещает его лицо. Да, Сергей и без него, сам светится, не стесняясь разглядывая меня со всех сторон.

– Ты совершенно не изменилась, все так же прекрасна, – делает он скорее вывод, чем комплимент, нарушая нашу скромную тишину, – ну как ты?

– А ты? – отвечаю вопросом на вопрос, не желая говорить сейчас о себе.

– О, я хорошо, – он протягивает руку и накрывает ладонью мою. Теплота обволакивает меня одеялом, но я не отдаюсь ей. Слишком много поставлено на карту. – Взял небольшой отпуск. Скажи, а ты была в Питере осенью? Дождливо, правда, но не сравнится с нашим городом.

Я качаю головой, пугаясь, что отвлекусь от верного направления, поэтому выдаю:

– В чем была суть спора на меня?

Сергей откидывается на спинку стула и чешет лоб.

– Может, поговорим об этом позже? Столько лет не виделись! И я голоден, только с самолета. Официант, – он кивает молодому человеку в фартуке.

Я молча жду, пока Сергей сделает заказ, и снова качаю головой, когда он предлагает купить что-то и мне.

– Расскажи о споре, – я настойчиво повторяю вопрос, как только официант покидает нас.

– Карин… – неуверенно начинает он, но я перебиваю.

– Сереж, ты должен понимать, как это для меня важно. На кону стоит слишком много.

Он хмурит лоб и выдыхает.

– Я думал, мы будем говорить о более приземленных вещах. О том, чем занимались столько лет, что видели, куда ходили. О Мише, например.

– Поговорим. Позже.

Я пристально наблюдаю за ним. Понятно, ему неприятна тема, и он бы рад ее сменить, но видя мою решимость, лишь придвигается ближе и тихо начинает:

– Помнишь тот корпоратив?

Я, затаив дыхание, слушаю.

– И чем он закончился тоже?

Я еле сглатываю.

– Денис пришел ко мне наутро. Злой до чертиков. Он решил, что между нами что-то было, и теперь непременно должен добиться тебя, без остановки бросал мне в лицо ругательства, говорил, что я испортил ему жизнь, и в ответ он испортит мою. И ты просто оказалась разменной монетой. Мне так жаль.

Сочувственное выражение его лица наводит меня на мысль, что все несколько сложнее. Ну и что, что Денис решил отбить меня, это обычная ситуация. Что может скрываться за этим?

Я с тревогой выдыхаю, глядя, как мой собеседник неуютно крутится на стуле.

– А как же ты умудрился испортить ему жизнь?

Сергей отвечает не сразу. Он расслабляет галстук, опустошает стакан с водой и только тогда переводит взгляд на меня.

– Он рассказывал, что случилось с его родителями?

Не понимая, какая здесь связь, я киваю.

– Что именно?

– Ну, – я напрягаю память, – что они разбились в автокатастрофе еще до нашего знакомства. Кажется, ему было восемнадцать лет.

Сергей, соглашаясь, закусывает губу.

–  Все верно. А причина?

Я мотаю головой. Денис обычно избегал этой темы. Когда в начале отношений я спрашивала, он отвечал односложно и слишком уклончиво, и вскоре я перестала задавать вопросы. Если они задевают его до сих пор, то мне не очень хотелось быть той, кто станет бередить старые раны.

– Странно, а я думал, он первым делом сдаст меня.

Мои глаза округляются от удивления. Сережа виноват в смерти родителей Дениса? Я складываю губы трубочкой и выдаю протяжный звук «о». Кажется, этого мало, чтобы выразить все эмоции, но ничего другого на ум не приходит. И как-то вдруг мои собственные переживания уходят на задний план.

– Что ты натворил?