Бывшая любовь

– Карина! – угрожающая интонация его голоса лишь подтвердила мои догадки. Я резко остановилась. Дима за мной. Боже, да скройся ты уже куда-нибудь! Иначе тебе же хуже будет! Но я осталась неуслышанной. Наоборот, поза моего нового знакомого говорила о тревожном волнении и участии.

 – Все хорошо? – уточнил он, подойдя вплотную, словно готовясь защищать меня, когда Денис уже приблизился на расстояние вытянутой руки.

– Да-да, не переживайте, это мой бывший…

– Отвали от нее! – рявкнул Денис, исподлобья изучая соперника.

Дима, однако, не растерялся и не отпустил. Он также сверлил мужа глазами и не планировал сдаваться. Если я сейчас это не прекращу, будет драка! Вот чего только мне не хватало.

Я слегка оттолкнула Диму и встала перед Денисом.

– Давай не будем устраивать сцен, пожалуйста, – попросила я, пытаясь поймать его взгляд, но он не сводил его с Димы.

– Хочу тебя расстроить, приятель, эта шалава и тебе рогов наставит. Поэтому не теряй времени и поищи вариант получше.

Секунда, две, три. Выдох. Рассекающееся внутри негодование парализовало тело. Никогда раньше Денис не позволял себе подобные высказывания в мой адрес. Никогда раньше я не ощущала его гнев на себе. Да мы и ругались всего раз и то из-за дурацкого зеркала. Чем же я заслужила подобное?

Отступая, я ладонью прикрыла рот. Как он смеет так меня унижать? Неужели все то, что между нами было – забыто? Стоящий рядом Дима, лихорадочно раздумывая, блуждал взглядом между мной и Денисом, когда наконец, приняв решение, спешно покинул нас. Но мне было все равно. Я до сих пор не могла поверить, что Денис способен на мое прилюдное оскорбление. Четырнадцать лет жизни бок о бок с человеком и только сейчас открываешь его истинное значение. Ошалеть можно от счастья.

Собрав свои чувства в кулак, я стараюсь успокоиться. Холодная ярость застилает первый шок. Шагаю навстречу, замахиваюсь и раскрытой ладонью бью Дениса по щеке. Звонкий шлепок отзывается неподдельной радостью, и я, не стесняясь, смеюсь. И муж вторит мне, хохоча во все горло. Я хмурюсь, пугаясь его реакции, и снова отхожу на безопасное расстояние.

– Ты думала, я не узнаю? – он достает из кармана телефон и крутит им перед моим лицом. – И давно у вас это? Как ощущения? Тяжело было скрываться?

– У нас ничего не… – начинаю я оправдываться, но Денис перебивает:

– Да-да, я в курсе всех этих отмазок. А еще меня пыталась уличить. Сама-то утонула в грязи. Правильная такая, – он подражает моей позе, захлебываясь слюной как желчью. – А знаешь что? Ты ведь реально до сих пор не догоняешь, – его издевательская насмешка заполняет улицу. – Ты была просто спором. Я, – он бьет себя в грудь, – я поспорил на тебя. И как видишь, выиграл!

Смятение, порожденное бессмысленными словами мужа, разрастается внутри подобно шару. Я пытаюсь изобразить презрение на лице, но горечь и обида не дают мне управлять эмоциями.

– Что ты имеешь в виду? – мой нелепый вопрос виснет в воздухе, пока Денис наслаждается эффектом от произнесенной речи.

– А то! Петрович хотел тебя так сильно, что я просто не мог позволить ему тебя получить. А я… Я никогда тебя не любил. Но ты должна быть мне благодарна, что жила все это время и нужды не знала.

У меня темнеет в глазах. Это неправда. Это ложь. Это нормальная реакция на раздражитель. Ему больно. Он специально так говорит, чтобы задеть меня. Я не верю ему. Этого просто не может быть. Нет.

Обнимая себя за плечи, я качаю головой и неуверенно шепчу:

– Ты врешь…

– Спроси у него сама, – он протягивает мне телефон.

– А Миша? – у меня вырывается стон. – А как же Миша?

Денис сквозь стиснутые зубы шипит в ответ:

– Сына не трожь. Дороже него у меня никого нет.