Страница 4 из 11
Итак, что же ты теперь такое, Фанэк? Заглавные темы были структурированы по разделам: "Государственные символы", "Право", "Политика", "Госуправление", "Экономика", "Социум", "Культура и образование" и "Прочее". И в каждом разделе было великое множество подразделов, которые разветвлялись еще на бесконечное количество тем. В разделе про государственные символы было, пожалуй, всех меньше информации: флаг, гимн, конституция, валюта, схема власти и типовая форма присяги, под которой обязательно нужно было подписаться для получения гражданства. В разделе о праве была куча законов и кодексов, процесс их создания, обсуждения, принятия и так далее. Под политикой подразумевалась куча информации об объединениях, идеях, движениях и тому подобных формах выражения группового и личного мнения о том, почему везде так плохо и как сделать здесь хорошо. В госуправлении все было четко: министерства, департаменты, отделы, службы, армия, милиция, тюрьма, разведка и так далее -- я никогда не думал, что государству требуется столько органов для управления. Экономический раздел был наполнен отраслями, отрасли объединениями, объединения фирмами, а фирмы профсоюзами. Только я не понял, как они что-то производят, и что продают. Но зато в этом разделе точно работала налоговая. Социальный раздел оказался обычной социальной сетью -- тут большой мир Фанэка разваливался на отдельные личности, которые потом группировались по интересам и постили фотки с котиками и музычку. Культурно-образовательный раздел тоже был наполнен "до отвала" по разным направлениям самовыражения. Но как я понял, здесь не гоняли чужие песни или не цитировали стихи -- всё пространство раздела предназначалось для авторства граждан Фанэка. В разделе "Прочее" был вообще непонятный мне информационный хлам. Если это и есть текстово-визуальная модель государственного устройства, то в этом аду не разобрался бы даже сам его повелитель. Кстати, о повелителе...
Раньше я не знал, что существовала некая компания "Фанэк", так как всегда был уверен, что это имя дано лишь придуманному миру. Поиски в интернете дали неоднозначные результаты. Информации было весьма мало. У фирмы не было своего сайта, что для нашего времени весьма необычно, так как наличие своего сетевого ресурса считается чуть ли не первым признаком респектабельности. Единственным владельцем был погибший Алексей Голубев, он же директором. Судя по данным из регистрационного реестра, основным и единственным видом деятельности было оказание консультаций в сфере планирования, организации и контроля деятельности. Я таких фирм еще не встречал, что бы был один вид деятельности. Сотрудников в фирме не было. А вот информация о финансовой жизни фирмы поражала: для фирмы с одним учредителем в лице директора, одним видом деятельности и без сотрудников многомиллионная выручка и честные налоги казались чем-то нереальным. Очень походило на фирму-однодневку для какого-то разового отмыва, но фирме было уже три с лишним года.
Итак, передо мной "лежало" два Фанэка -- мир и фирма. Что хотят взять под контроль госорганы, а именно в этой цели я не сомневался, я не знал. Единственным известным мне связующим звеном между миром и фирмой, кроме названия, был Алексей Голубев.
-- Глава 2. Трое из ларца.
Но у меня было еще три имени обладателей авторского права на мир Фанэка, упомянутых в моей строй статье. Теперь эту статью можно действительно назвать старой, так как информация в ней была скорее исторической справкой о зарождении, чем о том, что же такое сегодняшний Фанэк.
Еще два тогдашних студента -- Петр Кудасов и Вадим Исупов, и преподаватель Иван Павлович Зорин. И снова здравствуй, интернет!
Но интернет меня на этот раз подвел. Про Кудасова и Исупова не было никакой доступной информации. Точнее, именно про этих Кудасова и Исупова я не смог найти ничего вразумительного, кроме своей же статьи пятилетней давности. Оказалось, кстати, что статью несколько раз цитировали в разных изданиях, естественно, не спрашивая моего или редакционного разрешения. А это уже нарушение моего авторского права. Мысль об авторском праве натолкнула меня на другую мысль. Я полез в открытые реестры и после долгих поисков нашел патент на Фанэк. И каково было же мое удивление, когда в разделах "Автор" и "Правообладатель" я увидел только фамилию Зорина! Как так? Получается, что истинные изобретатели отказались от правообладания?
А вот с поисками Зорина получилось все гораздо проще. Он работал все в том же институте, все на той же кафедре и по сей день. Личных контактов, правда, я не нашел, но зато теперь знал место его работы. Был лишь номер кафедры, но первую встречу я все же решил провести лицом к лицу.
На следующий день я с утра поехал в тот самый институт, где зародилась вся эта история. Без труда найдя нужную кафедру, я поинтересовался, где мне найти Ивана Павловича, но оказалось, что у него идут занятия. Выяснив номер аудитории, я направился на ее поиски, прикидывая, сколько времени осталось до конца занятий.
С момента повторного знакомства с Фанэком меня не покидало ощущение, что я занимаюсь ерундой. Ну или точно занимаюсь не своим делом. Ведь изучение содержания сайта -- это не журналистика. А вопросы контроля его содержимого у нас в стране решаются просто цензурой. Ну или принудительной блокировкой в случае неугодности. Зачем было привлекать журналиста, который просто когда-то написал интересную статью об интересной идее трех молодых людей.
За этими размышлениями меня и застал звонок перемены. Из аудитории повалили студенты, а я все пытался высмотреть в потоке людей кого-то постарше, отличающегося от пестрой толпы подростков. В проем двери я увидел преподавателя, который оставался за своим столом, собирал в портфель бумаги и не спешил покинуть аудиторию.
Иван Павлович был немолод. Я не удосужился выяснить его возраст заранее, но на вид ему было уже около шестидесяти. Когда я писал свою первую статью о Фанэке, а историю ее создания мне рассказывал Голубев, точно помню, что Иван Павлович Зорин мне представлялся молодым и энергичным преподавателем, разделяющим веяния молодежной культуры, так как он увидел будущее в такой нетривиальной задумке. Сейчас я увидел полноватого человека, не спеша убирающего бумаги в старомодный кожаный портфель, и медлительность его движений говорила об ошибочности моих давних представлений.
- Здравствуйте. - сказал я с порога аудитории.
Иван Павлович поднял на меня взгляд и внимательно посмотрел, немного прищурившись. Видимо у него были проблемы со зрением.
- Здравствуйте. - ответил он и слегка улыбнулся. - А я вас помню: вы писали когда-то статью, в том числе и обо мне. Я даже помню, что вас зовут Михаил Плотников.