Страница 30 из 94
Петух: Не дурак. Уж точно не дурак.
Крот: Насколько я понимаю, тут мы… закончили.
Петух: Одну минуту, ваша честь!
Крот: Нет, не дам я вам минуты.
Петух: Пытки были? (Спросил петух, подбежав к зайцу. Встал в упор, близко до неприличия.) Ну? Ну?! Уже поздно, ни от чего не отвертишься, ко ко ко! Говори!
Крот: Адвокат Петухов! Отойдите от свидетеля! Охрана! Уберите!
Едва не спавший Квакер встрепенулся и пошёл на петуха. Снимает дубинку с пояса — медленно как во сне, намеренно демонстративно.
Петух: Всё, всё, всё! Ко ко ко! Отхожу, отхожу! А ты говори!
Крот: Не должен он ничего говорить! Охрана, не трогайте!
Квакер отступил с облегчением.
Заяц: Пыток не было.
Петух: Что?!
Заяц: Пыток не было.
Крот: Довольны, адвокат Петухов?!
Петух: Как?! Зачем ты лжёшь?!
Волканян: Щас он не лжёт! Он тагда лгал! Не была у нас пытак, понял?!
Петух: Запугали, ко ко ко? Зачем лжёшь суду? Думаешь, хитрый такой?
Крот: Адвокат Петухов! Отойдите от свидетеля. Дальше отойдите!
Петух: Отойду, отойду! А ты всё-таки дурак, кукареку! Трус и дурак!
Крот: Адвокат! Не смейте оскорблять свидетеля! Он своё сказал, а мы почти закончили. Охрана, выведете!
Квакер: Есть, ква!
Волканян: Квакер-джан! Падайди, на ушка скажу!
Квакер: Есть, ква!
Волканян переговорил с Квакером, передал какую-то бумагу и ключи. После, Квакер вывел зайца из зала суда, закрыл за собой тяжёлые двери.
VI
Квакер: Ну что, ква? Пойдём. Будет что сегодня посмотреть.
Заяц: Сегодня же и казнь?
Квакер: Да. Тут же, где фонтан раньше был, ква. Арена. Уже собрались, через час-другой посмотрим.
Заяц: Тогда зачем это судилище?
Квакер: Ты читать не умеешь, ква? Вон, смотри! (Квакер указал на плакат.) Это театр, ква. Был театр. И остался театр.
Заяц: А я зачем?
Квакер: А не зачем. Идём, ква!
Вернулись назад, под землю. На пункте остановились, зайцу заковали ноги.
Одна из жаб: Ну что, ква? Теперь не побегаешь!
Квакер: Не отвалятся лапы-то?
Одна из жаб: Не отвалятся! Раньше шарик мотали, а теперь вот пластинка с дырками, ква. Это как в трусах приспущенных ходить, ква-ха-ха! Только трусы из металла.
Квакер: Ладно, ква. До вечера!
Одна из жаб: Давай, ква ква, расскажешь потом.
Квакер: Да было бы что!
Поднялись обратно в музей. Стало ещё шумнее, на улице опять играли песни, кричали пламенные речи, ура, и ура, и ура… «… и так видимо до завтра». Прошли по серии коридоров, поднялись на (последний) третий этаж, вышли на балкон. «А, тут раньше оперу смотрели!»
Квакер: Вот тут мы и будем лицезреть «истории капризы». Это хорошее место, ква. Тут много балконов — полукругом в рядок, ква — но этот лучший. Точно, ква. Потом будет всё забито, ква.
Заяц: Заковали значит, чтобы из окна не выпрыгнул?
Квакер: Прыгнуть ты можешь, ква. Хоть сейчас. Убежать не можешь.
Заяц: Это да.
Квакер: А знаешь, ква, зачем ты тут?
Заяц: Нет.
Квакер: Мне прокурор сказал, мол, «пусть посмотрит на царя своего в последний раз». Это тебе подарок. Насколько я понимаю прощальный.
Заяц: За что подарок-то?
Квакер: Промолчал же, ква. Не сказал про пытки. А вот в остальном ты… неправильный выбор сделал.
Заяц: Может быть.
Квакер: Хочешь совет, ква?
Заяц: Хочу.
Квакер: Не спи этой ночью. И вообще не спи. Лучше спи тут. Час или два ещё ждать.
Заяц: Ну тогда… спасибо.
Квакер: Вот у стенки, ква. На солнышке.
Заяц сел на указанное место. Прислонился к стенке. Закрыл глаз.
Квакер: Ты не думай, что я друг тебе, ква. Просто… Я хотел бы быть твоим врагом, а не твоим истязателем.
Заяц: Даст Бог лесной, ещё сразимся.
Квакер: Я не верю в Бога.
Заяц: Значит ты уже проиграл.
Квакер: Ква-ха-ха! Ква-ха-ха! Спи, давай.
Заяц лёг на бок и заснул почти моментально. В камере с дикобразом он толком и не спал. Мрачное предчувствие некого кровавого исхода не покидало его ни на секунду. Вопрос был один: когда? Теперь же всё прояснилось. «Наступила определённость». «Покой...»
Покой продлился недолго. Спать под уже осточертевшие раздольерские гимны было просто невозможно. То и дело орали в матюгальники какие-то бессмысленные заклинания. Стучали барабаны, заяц вздрагивал и резался о свои кандалы.
Наконец дождались: началось. Квакер подозвал зайца к краю балкона, к высокой балюстраде с волнистой перилой - «отсюда раньше выглядывали морды с биноклями и лапы с веерами». «А там внизу все лучшие артисты играли примерно такие же сцены. Точно так же казнили кого-то и объявляли о победе точно так же. А зрители смотрели и мечтали. Вот теперь сбывается мечта. Теперь казнь будет настоящей, теперь кровь будет настоящей, смерть будет настоящей. Каждый будет в ней соучастник. Каждый свидетель и судья. Каждый — убийца.»
По началу заяц видел только головы и флаги. Бушевали, гремели, расходились и собирались — как настоящие большие волны в шторм. Потом загудели трубы. Флаги и головы стали теснить по сторонам арены. «Ага, вот они, бойцы!» Показались жабы в доспехах со звёздами. Как корабль прорубали себе путь, мотали дубинками и ослепляли фонарями. «А вот и процессия!»
Квакер: Прокурор идёт, ква. Щас и царя твоего увидим.
За группой Волканяна плёлся медведь, закованный так же, как и заяц. За ним четверо с дубинами, высокими щитами. Щитами прикрывали именно медведя — толпа разорвала бы его в клочья, дай ей такую возможность.
Стена жабья с трудом удерживала агрессивных зрителей — готовы были плохо, невыученны, неслаженны. «Видно, что все новые. Ни один в армии не служил. Эх...»