Страница 20 из 94
Квакер: Погоди, Квака! Что б два раза не вставать, ква! Дай, перевяжу, ква!
Квака: Есть, ква!
Квака остановился и присел на колено. Квакер перевязал зайцу глаза.
Квакер: Не надо тебе ничего видеть, ква. В камере насмотришься. Ква-ха-ха!
Тугая чёрная лента с острыми краями, оставляющими след на морде. «Куда же меня ведут? Зачем секретность?».
Погрузившись в темноту, заяц тут же потерял сознание. Опять он странствовал по звёздам, наблюдал историю вселенной, перерождался и умирал.
III
???: Бррр, бррр! Ну что? Очнулся, дикий?
Заяц приходил в себя. Противно, мерзко. Холодно, сыро, темно.
«Кто это? Не разобрать.»
Заяц: Ты кто?
???: Не узнал, дикий? Бррр! Это я, твой старый знакомый!
Заяц: Дикобраз!
Дикобраз: Он самый, дикий-дикий! Э-хе-хе! Я устал на тебя смотреть. Хорошо, что проснулся, бррр!
«Дикобраз. Тварь из старого мира. Когда я тут был, ты в город ступить не мог ни за какие взятки! Знал, что застрелю на месте. Но видимо и новая власть тебя не очень ценит. Что ж ты так? Не пригодился? Или разошёлся через край (как обычно у тебя и бывает)?»
Заяц: Где мы?
Дикобраз: А ты не знаешь?
Заяц: Догадываюсь, но хотелось бы уточнить. Вдруг мне только кажется?
Дикобраз: Не кажется. Тюрьма, бррр. Угораздило, брр! Видишь как оно бывает, начальник? А! Что это я?! Ты ж теперь не начальник, а так. По старой памяти разве что.
Заяц: Угораздило, угораздило. Я и не зарекался.
Дикобраз: Это тебе не ссылка в горах, где воздух горный, мясо, вино, источники тёплые и прочие радости горской жизни. И девочек тут нет, бррр!
Заяц: Там их тоже не было. Не в девочках дело…
Дикобраз: А в чём тогда «дело» твоё?
Заяц: А я знаю?
Дикобраз: Не знаешь? Представляешь, дикий, я тоже не знаю! За что сидим, начальник? То есть не начальник, а так.
Заяц: Эх… ты что спросить-то хочешь, я не пойму никак?
Дикобраз: Как же не понимаешь? Ты говори, говори, дикий. Тут-то у тебя секретов нет, брр. Тебя уважали те, кто тебя знал. Те, кто имели с тобой «дело». Но... (как это говорится) «в глазах общественности» ты был сволочью, заяц. Уж прости за реверансы мои. Напрочь коррумпированный ментяра. В своём роде символ прогнившей монархии — так тебя рисовали революционные наши. И теперь ты удивляешься, что тебя такого упекли? Да ты ещё скажи спасибо, что не расстреляли! «Девочек» ему не прислали в горы! Дело-то не в них, ну конечно, бррр!
Заяц: Не беспокойся, дикобраз: расстреляют. Расстреляют обязательно. И тебя расстреляют. Рядом поставят и… читай свои молитвы.
Дикобраз: Что ты про меня знаешь, брр?
Заяц: Всё, что мне надо я про тебя знаю. Знаю как малолетних совращал. Как на грибочки наркотические подсаживал. Педофил и мразь ты, дикобраз. Вот, что я про тебя знаю. А что ты дальше делал меня мало волнует.
Дикобраз: Дикий, брр… Глаза привыкли к темноте?
Заяц: Нет. Я в темноте только по звуку ориентируюсь.
Заяц солгал. Он быстро привыкал к темноте, различал силуэты, движения, чувствовал пространство возможно даже лучше, чем днём. Но дикобразу (ночному животному) лучше этого не сообщать: «пусть будет уверен, что он тут король, пусть не сомневается».
Дикобраз: Придётся на тебя спичку истратить, дикий. Не дыши, когда зажгу.
Заяц: О, даже спички у тебя есть!
Дикобраз: И камушки, и спички. Всё есть, брр. Я тут не первый день. Я отойду сейчас к стенке, бррр. Не боись. Только покажу.
Заяц: Ну покажи.
«И что ты мне покажешь?»
Дикобраз отошёл к стенке, прислонился спиной и стал снимать штаны. Вытащил шнурок — штаны упали на пол. Достал из кармана потрёпанный коробок, зажёг спичку, поднёс к поясу.
Заяц: Ну и что это? (Заяц не понимал на что он должен смотреть.)
Дикобраз: А это то, что осталось… от совращалки моей.
Заяц присмотрелся и ужаснулся. Жалкий скрюченный обрубок висел у дикобраза между ног. И вокруг незаживающие шрамы.
Заяц: Отлинчевали? Нашли-таки?
Дикобраз: Нашли, дикий, нашли.
Спичка потухла. Дикобраз оделся и сел обратно на нары.
Дикобраз: Понимаешь, бррр? Мои счета закрыты. Оплачены. Ты ничего обо мне не знаешь.
Заяц: Ну что ж. И ты обо мне знаешь не всё. Горы, не горы, а 15 лет от жизни своей я потерял. И мои счета закрыты, дикобраз. И мои оплачены. Есть ещё вопросы?
Дикобраз: Вопросов много, бррр. Но торопиться нам некуда. Я о тебе всё знать буду, а ты обо мне всё знать будешь. Потому, что нет у тебя теперь никого меня ближе, брррр! Ха-ха-ха-хабррр!
Заяц: И меня это сильно не радует.
Дикобраз: А будет радовать! Посидишь год в карцере как я и будешь радоваться! А они ещё и разные бывают, бррр.
Заяц: Кто?
Дикобраз: Карцеры. Маленькие такие комнатулички для души. Друзья мои. Я во всех побывал. И в горбатом, и в горячем, и в холодном, и в мокром, и в тёмном. В горизонтальном, вертикальном (самое страшное в вертикальном — не дай Бог). На мне их… тестировали. Ваши. Царские.
Заяц: Я тебя не сажал. Ты мои правила помнишь.
Дикобраз: Помню, помню. Люблю, ценю и уважаю. Но… ты нас оставил. Съели они тебя и выплюнули. А эти новые даже не выплюнут! Просто съедят.
Заяц: Да знаю я всё, знаю. Съедят, казнят, да! Предложения есть?
Заяц ещё не понимал кто перед ним, поэтому старался не выдавать своих намерений. «Избегать любых прямых ответов. Больше задавать вопросов! Наводящих, наводящих! Как-то он… слишком витьевато говорит. Или сумасшедший или...».
Дикобраз мог докладывать «кому надо». Важно было понять какая именно информация его интересует, на что он делает акценты.