Страница 10 из 31
Вольно или невольно в это утро Косте и другим ребятам пришлось обратиться к своим товарищам за помощью, клятвенно обещая в душе сегодня же приобрести в магазине необходимые вещи. С асидолом дело пошло лучше, через минуту и в его бляху можно было смотреться, как в зеркало.
После завтрака рота вышла во двор, расчерченный по периметру квадратиками, которые они заметили еще в день своего поступления. Оказалось, что эти квадратики как раз и были предназначены для таких зеленых новобранцев, как они, потому что началась одиночная строевая подготовка, во время которой мальчишкам предстояло научиться правильно не только ходить, но и стоять. Каждое утро в течение нескольких дней до приезда основного состава суворовцев училища, их рота старательно училась строевой подготовке. Уже не молодой капитан Басманов, участник войны, впервые в этом году получивший под командование роту, не хотел ударить в грязь лицом перед начальством, поэтому старался научить за столь короткий срок своих маленьких питомцев хоть чему-то немногому, позволившему бы им не опозориться перед всем училищем на первом же построении.
Глава 7
Общеучилищное построение было назначено на восемь часов утра 1 сентября, распоряжение о котором доставил посыльный штаба училища. Командир роты подтвердил получение, расписавшись в специальной тетради посыльного.
В это утро на подъем прибыли все офицеры-воспитатели, к этому времени назначенные в роту. К большому сожалению многих суворовцев первого взвода капитан Вилько, поначалу проводивший занятия с их взводом, был назначен командиром второго взвода. Командиром третьего взвода был назначен пожилой капитан Рыбин, который, как потом выяснилось, принимал взвод суворовцев уже второй раз, не имея возможности стать командиром роты. Командиром Костиного взвода был назначен совсем недавно прибывший из войск старший лейтенант Лобан, который внешне был мало похож на строевого командира, и, видимо, именно поэтому был направлен служить офицером-воспитателем в суворовское училище. Это был полный, если не сказать рыхлый мужчина неполных сорока лет возраста. Толстые икры ног едва умещались в хромовые сапоги, которые он вынужден был носить гармошкой. Его розовощекое лицо с крупным носом и большими залысинами весьма напоминало физиономию одного домашнего животного, что сразу же было замечено дотошными мальчишками. И по всему было понятно, что он мало походил на образец для подражания. Не очень приятным показался поначалу новый командир взвода и для капитана Басманова, но ему вскоре объяснили, что назначение этого человека пришло из Москвы и поэтому обсуждению не подлежит. Позднее офицеры узнали, что секрет этого назначения был связан с тем, что старший лейтенант Лобан был родом из Белоруссии и был земляком одного из действующих маршалов Советского Союза. Но к выполнению своих обязанностей старший лейтенант Лобан относился добросовестно, по характеру был спокоен, мягок, доброжелателен, поэтому все сослуживцы быстро приняли его в свой коллектив. Сложнее было наладить правильные отношения с воспитанниками, многие из которых были совсем не сахар и не только замечали все недостатки своего командира, но и постепенно стали доставлять ему разные неприятности.
Капитан Басманов построил роту на своем квадратном дворике и повел ее на общеучилищное построение на основной плац перед центральным входом. Туда же ускоренным шагом одна за другой проследовали все роты училища, которые занимали свои места в общем строю в соответствии со своей нумерацией по старшинству. Рота капитана Басманова еще не была введена в строй, поэтому командир роты поставил ее на указанное место вдоль фасада здания перед фронтом всего училища. До начала построения многие офицеры подходили, здоровались с капитаном и поздравляли с назначением на новую должность. Суворовцы других рот, не сходя со своих мест, шумно разговаривали, делясь впечатлениями о только что проведенном летнем отпуске.
За пять минут до назначенного времени раздалась громкая команда начальника учебного отдела полковника Сурова, прервавшая все разговоры:
– Училище равня-айсь! Для встречи с фронта, под знамя, сми-ирно! Знамя вперед!
– «С какого фронта? – подумал Костя. – Война-то давно закончилась, и никаких фронтов уже нет. С какого же фронта надо встречать знамя училища?»
Уже позже он узнал, что фронтом в армии называется та сторона строя, которой все военнослужащие обращены лицом. И действительно, три суворовца, один знаменосец и два ассистента, вынесли знамя из парадного подъезда, перед которым и происходило построение училища.
После этой команды оркестр, стоявший на правом фланге, заиграл встречный марш, а знаменосец, высокий суворовец выпускной роты, в сопровождении двух своих товарищей с шашками наголо прошли вдоль замершего строя училища и заняли свое место на правом фланге. Вслед за этим полковник Суров вновь подал команду:
–Училище, смирно! Равнение на середину!
Повернувшись кругом, он, четко печатая шаг, отправился с рапортом навстречу выходившему из парадного подъезда начальнику училища.
Начальник училища генерал-майор танковых войск Марченко вышел на середину строя и поздоровался с личным составом:
– Здравствуйте, товарищи суворовцы!
Строй на мгновение застыл, набирая в легкие воздух, а потом выдохнул:
– Здравия желаем, товарищ генерал!
Начальник училища прошел вдоль строя роты маленьких суворовцев, поздоровался за руку с капитаном Басмановым и приказал:
– Начальник учебного отдела, читайте приказ!
Полковник Суров зачитал приказ о зачислении в состав Ленинградского суворовского военного училища новых воспитанников, затем зачитал приказ о начале учебного года.
Костя, раньше никогда не видевший даже живого суворовца, смотрел на весь этот воинский ритуал восторженно. В этот момент в его душе слилось все: и радость поступления после столь долгого трудного марафона переживаний, и гордость за красные погоны с золотыми буковками на своих плечах, и звонкая медь училищного оркестра, и громкие и четкие команды офицеров, стоящих с ним в одном строю, и величественность алого полотнища знамени в отблесках настоящих клинков, проплывшее перед его глазами. Ему очень хотелось, чтобы его родные увидели его в этот момент, стоящим в этой красивой форме с красными лампасами на брюках в общем строю суворовского училища. Он подумал, что он обязательно напишет им об этом дне в своем письме.
Начальник училища немного поговорил о начале ежедневных учебных занятий, о начале строевой подготовки парадного расчета и необходимости серьезного подхода к этим мероприятиям. После чего личный состав училища вслед за знаменем и знаменным взводом поротно прошел торжественным маршем мимо командования училища и стоящих в строю своих младших товарищей. Костя и его новые однокашники видели, как суворовцы старших рот по общей команде прижимали руки по швам, одновременно поворачивали головы и, четко печатая шаг, выдерживая дистанцию и равнение в шеренгах, под звуки марша проходили мимо них. Им же предстояло покинуть плац последними. Капитан Басманов перестроил роту в колонну по четыре и подал команду:
– Рота, смирно! Равнение направо, шагом марш!
Суворовцы его роты изо всех сил старались стучать подошвами новых ботинок, подражая своим старшим товарищам. Но очень скоро почему-то сбились с ритма марша, который играл оркестр, и зашагали вразнобой, не попадая под бой большого барабана левой ногой. Высокий стройный генерал, стоявший навытяжку, приложив руку к козырьку фуражки, улыбнулся и, обращаясь к ротному, сказал:
– Орлы! Вы, товарищ капитан, используйте время, отведенное для подготовки к параду, для сколачивания коллектива.
– Есть! – ответил капитан Басманов.
А начальник политотдела заметил:
– Пока не орлы, а орлята, но орлами должны стать непременно.
Командиры рот, стоявшие рядом, дружно засмеялись.
С этого дня начались плановые учебные занятия по расписанию, которое висело в каждом классе на доске документации. Занятия в их роте велись по программе шестого класса средней школы безо всяких исключений вплоть до пения и рисования. Большая часть занятий у младших суворовцев проходила в своих же классах, которые находились в помещении роты. Сюда же для проведения занятий приходили и преподаватели. В основном это были женщины, поэтому иногда возникали очень конфузные ситуации. Когда им приходилось проходить через спальное помещение, то иногда им навстречу попадались суворовцы в нижнем белье. Мальчишки, уже привыкшие к постоянному мужскому обществу, стеснялись представать перед женщинами в таком виде, поэтому смущались и прятались, иногда даже падая на пол между кроватями.