Страница 37 из 59
Уже только за одно это профессоров Вышки стоило бы расстрелять или полным составом отправить на пожизненную каторгу.
Помню, как-то мне довелось встретиться с целой группой студентов ВШЭ с тамошнего факультета журналистики. Они хотели побольше узнать о моём уголовном деле.
Мы поговорили, я всё рассказал. Чуть позже мне захотелось выяснить политические убеждён я ребят.
И тогда я толкнул речь примерно такого содержания: «Родина в опасности! Сейчас наше юношество должно сплотиться для того, чтобы вступить в тяжёлую, смертельно опасную борьбу против захватившей Россию чудовищной банды! Пришло время уходить в подполье, арендовать секретные квартиры, закупать оружие и вообще расходовать все на борьбу! Пусть нас всех перебьют, пусть мы все погибнем в «Полярной сове», – лучше умереть стоя, чем жить на коленях!».
Реакция была именно такой, как я и ожидал.
– Ну-у-у… – промычали студент с обесцвеченными перекисью волосами. – Есть разные мнения… Яне хочу зацикливаться на чём-то одном… Так можно стать фанатиком… Во власти тоже есть адекватные люди, которые реально работают. И вообще: я не готов бороться ни за что.
– Знаете, – пропищала низкорослая студентка в круглых очках без диоптрий, – я не одобряю насилие. Я думаю, нам нужен мирный протест, как на Майдане. Тем более, я сама не хочу участвовать во всяком таком. Я читаю, сейчас на курсы рисования записалась. Я стараюсь развиваться как-то для себя. В конце концов, из страны можно уехать. Не обязательно де бороться за что-то.
В принципе, именно таких ответов я и ожидал.
Вот такой он – студент ВШЭ. Да Родину умирать не хочет. Он вообще не хочет ни да что умирать, – ни за Родину, ни за идею. Напротив, он хочет жить жить и жрать, не думая о других.
Помню, был как-то такой случай.
Мы с товарищами пытались создать левую подпольную ячейку из студентов разных вузов. У нас были знакомые в ВШЭ. Они досконально знали всю местную кухню, а потому мы обратились к ним за помощью. Они обещали, что поищут, нет ли на факультетов каких-нибудь леваков.
Месяца два от этих наших знакомых не было ни слуху ни духу. Потом пришла радостная весть: упорные поиски увенчались успехом. В Высшей школе экономики обнаружился аж целый один левак! И ведь не просто какой-то там левак, а самый настоящий маоист!
В приподнятом настроении я поехал на встречу с этим товарищем.
Боже, какой облом меня ждал!
Передо мной предстал сытый щекастый хипстер с длинными как у какого-нибудь хиппана волосами. Его толстая заря просто сияла дурным лощёным блеском!
При одном виде его мне сразу же захотелось вырвать.
Как этого урода увидел, так сразу подумал: «Боже, ну и рожа! Интересно, увидел бы такого председатель Мао, – он бы его сразу расстрелял или подумал сначала? Наверное, сразу!».
При разговоре выяснилось, что молодой человек никакой не маоист, а просто «широколевый». Любит Лакана, психоанализ, феминативы и бодипозитив. Короче, такой типичный левый хипстер.
Я дал ему свои сочинения и флешке. Попросил прочитать и написать мне своё мнение о них.
Больше мы с этим молодым человеком не виделись. Сам он мне так и не написал, на сообщения мои принципиально не отвечал.
Как рассказал мне знакомый, через которого я этого парня нашёл, – тот просто испугался моих сочинений.
Впрочем, история на этом не закончилась. Прошло полгода, и я узнал, что парень этот из рядов левых окончательно вышел (хотя ещё вопрос, был ли он там вообще когда-нибудь), стал либертарианцем и вступил в партию Светова.
Ну, туда ему и дорога.
Так и закончилась единственная на моей памяти попытка распропагандировать студентов ВШЭ левыми идеями.
Думаю, комментарии здесь излишни.
Знаете, иногда в левой среде приходится слышать разговоры в духе: дескать, ВШЭ – это «либеральный» вуз, МГУ – «советско-консервативный», «красно-коричневый», МГОУ – черносотенный, а вот МПГУ – определённо «красный»!
Пожалуй, единственное, с чем тут можно согласиться, так это с тем, что МГОУ – реально черносотенный вуз, где студентам на занятиях рассказывают про жидомасонский заговор, мировое правительство и рептилоидов (к слову, про рептилоидов – не шутка; я знал людей, которые учились во МГОУ, – они соврать не дадут).
Со всем остальным согласиться нельзя.
ВШЭ – это, конечно, ничуть не либеральный вуз. Это вуз неолиберальный. Точнее даже неолиберально-неоконсервативный. Такой весь тэтчеристско-рейганистско-пиночетистский. Неприятное место, я вам скажу.
Но проблема в том, что другие вузы ничем не лучше.
Знаете, как-то моего товарища, студента МПГУ, спросили, есть ли в его университете реакционные преподаватели.
«Они все реакционные!» – ответил на это парень.
То же самое можно было бы сказать о российских университетах. У нас все университеты в стране – реакционные. Все они – черносотенные.
Конечно, ВШЭ – это случай особый. Там уже пробу ставить негде. Но и другие российские вузы не сильно лучше. Даже якобы «красный» МПГУ на самом деле точно такой же неолиберальный, как и все остальные. И его преподаватели точно так же набивают головы молодых людей идеологическим хламом, «трухой гнилых идей».
Известно, что в разных странах и традиции образования разные. В некоторых государствах вузы жёстко делятся по своему идеологическому окрасу.
Так, к примеру, дела обстоят в Бразилии.
Там университеты Сан-Паулу и Рио-де-Жанейро традиционно считаются вотчинами левых. Причины просты: это вузы государственные, а в государственных вузах Бразилии до недавнего времени вообще не было платных мест, – только бюджетные. Так что и учились там в основном бати небогатой провинциальной интеллигенции, – левой в массе своей.
И наоборот, Пресвитерианский университет Маккензи, основанный ещё в 1870-м году, – всегда был бастионом ультраправых. Оно и понятно: обучение там платное (и очень дорогое), сам университет создавался американскими сектантами, а потому там с момента основания велась разнузданная проамериканская пропаганда. Традиционно там учились дети бразильской элиты, – сыновья помещиков и военных.В годы диктатуры студенты этого вуза активно участвовали в травле коммунистов. Многие из них вступали в эскадроны смерти. В этом вузе и сейчас процветают неофашистские настроения. Нынешним его студентам нравятся Трамп и Болсонару.
У нас ничего подобного нет. Точнее, такие университеты, как Пресвитерианский университет и у нас, и на Украине есть. А вот университетов с левыми, революционными традициями у нас в стране нет. Потому что влияние самих левых у нас ничтожно.
На Украине есть Киево-Могилянская академия. У нас – Высшая школа экономики и Европейский университет.