Страница 10 из 19
Глядя на надутую Лею, Стас расхохотался. Не выдержав, прыснула и она. Отсмеявшись, архимаг ободряюще кивнул:
– А ты молодец! Справилась… почти.
– Почти… – повесила было нос рыжая, но архимаг подмигнул ей: мол, не унывай! И Москва не сразу строилась…
Лея заметно успокоилась, однако пытливый ум, похоже, ни на минуту не давал ей покоя.
– Слушай… а куда они пошли-то? Дом же у них в сказке остался?
Архимаг задумался.
– Похоже, они не заметили, что попали в другой мир. Это и хорошо. Представляешь, какой бы для них шок был? Жили себе в сказке, не тужили, а тут на тебе!
Лея закручинилась пуще прежнего. Вид у неё снова был виноватый, и Стас решил, что сейчас самое время выяснить всё до конца.
– Может, всё-таки скажешь, зачем тебе понадобилось портал создавать?
Лея примолкла надолго. Архимаг уже решил, что опять затаится, но нет…
–Уйти хотела. На ту сторону, – тихонько сказала рыжая. – Насовсем…
– Зачем?? – не сдержался Стас.
– Затем, – не глядя на него, отозвалась она. – От одиночества сбежать решила…
«Ой, дурёха ты дурёха… Да разве ж от себя сбежишь?». Но вслух архимаг спросил иначе:
– А потом перерешила, что ли? Или испугалась?
– Испугалась? Как же… Про родителей вспомнила. Как они тут без меня? Моложе ведь не становятся.
Голос у неё задрожал, так что пора было срочно менять тему… Стас уже подбирал слова, и тут из леса вновь раздался шум. Ломая кусты, на полянку выехала печь.
Глава 10
Печь была настоящая, русская, без дураков: белёная, добротная, вот только чадила немилосердно и безостановочно чихала клубами сизого дыма. На печи восседал простоватого вида мужичишка в кафтане, плисовых штанах и лаптях, обутых на старательно наверченные портянки. Печь выкатилась на середину поляны и… благополучно заглохла.
Мужичок соскочил на землю, побегал кругами, видимо, ища причину поломки сего самодвижущегося агрегата, поохал и похлопал себя по бокам. Не помогло: печь стояла как вкопанная. Прекратив бесполезные метания, запечалился и пожаловался Стасу, молча наблюдающему за его манипуляциями:
– И вот так уже третий раз! Не езда, а морока сплошная… И чего ей не хватает, скажи на милость?!
– Может, дрова сырые? – спросил Стас. Архимаг был автолюбителем со стажем и собрату-водителю (хоть и несколько необычного средства передвижения) откровенно сочувствовал.
– Сам заготавливал! – вроде как и обиделся Емеля (ну, а кто же ещё?). Стас подошёл поближе, осмотрел чудо-печь со всех сторон, заглянул в топку, подвигал туда-сюда заслонку и пожал плечами.
– Может, в трубу чего попало? – предположил он. Емеля хлопнул себя по лбу (звон пошёл такой, как если бы он ударил в медный колокол), добыл щётку, видом напоминающую ёршик для чистки бутылок, пошуровал в трубе и извлёк закопченную ворону. Птица выглядела скверно, но, к общему удивлению, была ещё живой, так что через пару минут (не без помощи архимага, конечно) уже улепётывала во все крылья прочь, на своём вороньем языке матеря Емелю и его чудо-печку… Дым из прочищенной трубы столбом поднялся к небу, печь мягко заворчала, готовая продолжать движение.
– Вот спасибо, браток! – рассыпался в благодарностях Емеля. – Я уж хотел щуку о помощи просить, да неловко: ну, чего баба в механизмах смыслит…
– Да побольше твоего! – немедленно огрызнулась молчавшая до сих пор (невероятно, но факт!) Лея. – Небось сам без подсказки – никуда. Чуть что – по щучьему велению, по моему хотению! А туда же… курица не птица… Вот он, настоящий мужской шовинизм!
Услышав заковыристое словцо, Емеля перекрестился и трижды сплюнул через плечо, а архимаг хихикнул, сообразив, что данная пламенная речь обращена не только к Емеле…
– Ты, девка, того… полегче! – попытался дать отпор осаждаемый мужичок. Его самолюбие было задето, но он не сдавался, решив показать крутость нрава. – Помалкивай, когда мужики разговаривают!
Ох, зря он это… Лея упёрла руки в бока и смерила новоявленного апологета «Домостроя» насмешливым взглядом. Стас опередил её. Наклонившись к мужичку, он шепнул ему на ухо:
– А она ведь ведьма… Смекаешь?
– Батюшки святы! – ахнул Емеля. – То-то я смотрю, норов-то у девки…
Слово «противный» он благоразумно проглотил, но Стас услышал, а Лея догадалась и возмущенно ахнула, но, прежде чем она успела разразиться градом насмешек, ушлый мужичок взмолился:
– Уж прости, матушка, что прогневал тебя! Не со зла, по неразумению…
Вид у него был такой напуганно-смущённый, что Лея глянула на него… и махнула рукой, мол, прощаю, ладно уж!
Емеля вытер со лба выступивший пот и примирительным тоном продолжил:
– А про щуку твоя правда.. Не раз выручала, благодетельница! Вон давеча вздумал я дровишек в лесу наколоть, а меня за воротник: хвать! Оборачиваюсь: стоит мужичина, солдат – не солдат… с виду – вылитый разбойник.
«Местный лесник, похоже», – смекнул Стас.
Почто, говорит, безобразишь, лес губишь?! Так он на то и лес, чтоб рубить… Плати, говорит, штраф! Что за штраф такой, кто его ведает? Дань, видать… А откель у бедного мужика деньги, когда там в кармане только вша на аркане? Пришлось щуку о помощи просить… Еле как отбоярились…
Мысленно представив себе щуку, отмазывающую своего подопечного от сердитого лесника, Стас ухмыльнулся: уж больно занятная представлялась картинка. Емеля между тем задумчиво почесал макушку и изрёк:
– Уж и не ведаю, чем за подмогу тебе отплатить, мил человек…
– Да ладно, чего там… – начал отнекиваться архимаг, но тут Емелю осенило.
– А отведай-ка щец горяченьких! Славные щи, наваристые!
– Тоже по щучьему велению? – уточнил Стас. Не слишком-то он уважал наколдованную еду, предпочитал настоящую, с любовью и старанием приготовленную.
– Чего сразу – щука? – обиделся Емеля. – Маманя варила!. В печке и не остыли поди…
Щи и вправду удались на славу, духовитые, наваристые – аж ложка стояла. Миски и ложки нашлись у запасливого Емели (простоват мужичок, но хозяйственный – этого не отнять). К щам прилагалась краюшка хлеба (видать, тоже маманя пекла) и луковица (архимаг и Лея переглянулись и отказались, а Емеля вгрызся в ценный овощ с удовольствием, так что вскоре от него уже старались держаться подальше).
– Спасибо вам за помощь, за ласку, – сыто отдуваясь, произнёс наконец Емеля. – Пора мне, дела…
– Обращайтесь, всегда рады, – ответствовала неугомонная рыжая ведьма (про себя архимаг решил называть её именно так. А что? Подходит!). – Поможем, приласкаем…
Емеля глянул на неё испуганно (ага, мол, ты так приласкаешь, мало не покажется!), а Стас – укоризненно, так что Лея немного смутилась и даже предложила помыть посуду.
– Щука поможет, – рассеянно отмахнулся Емеля, пожал на прощание руку архимагу, поклонился Лее, и починенная чудо-печь отбыла в неизвестном направлении.
– Интересно, кого ещё по наши души из сказки вынесет? – задумчиво произнёс архимаг.
– И чего они все здесь крутятся? – было заметно, что Лея переживает, хоть и не признаётся: всё-таки все эти сказочные персонажи оказались в нашем мире не без её участия.
– Их портал притягивает, – пояснил Стас. – Они не понимают, что произошло, но подсознательно в родную сказку тянутся… Ничего, вот откроется – и всё на свои места вернётся.
– Скорей бы уж, – поёжилась Лея. – А то сиди и думай, с кем ещё встретиться доведётся. А вдруг с Бабой Ягой?!
Архимаг рассмеялся. Хорошо так, от души. Видно, вспомнил что-то приятное…
– А что – Баба Яга? – спросил он, подмигивая. – Мировая бабка. В музыке рубит не хуже меня…
Лея опешила. Вид у неё был такой потешный, что Стаса снова пробило на смех. Отсмеявшись, архимаг рассказал сгорающей от любопытства спутнице о своей первой встрече с Ягой.
…Год назад Стас случайно открыл портал. И не где-нибудь, а в родном институте, более того – в личном сейфе, в котором едва не захлопнулся, поскользнувшись на рухнувших с полки отчётах. Эк их накопилось-то, треклятых!!! Нет, открыть-то он его открыл, но, видимо, перестарался – дверца распахнулась прямо в сказочную реальность… Но каким бы он был архимагом, если б позволил себе растеряться, увидев сгорбленную старушенцию крайне зловещего вида? Поначалу, правда, Баба Яга попыталась было разнообразить им своё меню, но в ответ Стас задвинул ей такую лекцию о вреде употребления жареного мяса и вообще избытка холестерина в её возрасте, что Яга чуть не пополнила ряды убеждённых вегетарианцев. Впрочем, вскоре выяснилось, что бабка вообще человечину не потребляет, а попросту таким образом прикалывается от скуки. Стас проникся к ней сочувствием и развеселил бабульку, да так, что они расстались уже закадычными друзьями. Вернувшись, про портал докладывать на всякий случай не стал, рассказал только начальнику отдела, Козыреву, да и то по той лишь причине, что кабинет они занимали один на двоих. Так и шастал с тех пор хитрый архимаг через «чёрный ход» по своим архимажьим надобностям…