Страница 29 из 37
Судя по всему, мастер Астариен обмолвился своей любовнице о том, что будет проводить у некой академистки по имени Фиана Шиарис индивидуальные занятия. И любовнице это очень не понравилось.
Что ж… Ничего страшного!
Только грустно и очень обидно. Ведь я-то подобного отношения ничем не заслужила…
В таком состоянии я и оказалась в коридоре академии. Шла по нему в толпе академистов, не замечая дороги. Кажется, меня даже кто-то пытался окликнуть, да я не слышала. Ничего не слышала, пока буквально носом не уперлась в чью-то широкую и твердую, как камень, грудь.
В глазах немного щипало, и я не видела ничего вокруг. Однако стоило случиться этому неожиданному столкновению, а знакомому тонкому аромату – проникнуть в легкие, как все мысли вылетели из головы. В глазах мигом просохло, как и во рту. Меня мгновенно бросило в жар, и, еще не подняв головы, я уже знала, в чью мантию, расшитую красной вышивкой и украшенную золотыми пуговицами, я уперлась.
– Гематит Шиарис? – прозвучал над ухом мягкий, почти бархатный голос мастера ядов, и меня бросило в дрожь. Я зажмурилась, боясь поднять глаза. – Вы долго будете дышать мне в мантию?..
– А почему вы сами не отойдете на шаг назад? – ахнула я от такого вопроса, поднимая голову и тут же встречаясь с ослепительно-горящим алым взглядом.
В нем словно перетекало красное золото, горело яркое закатное солнце. И в этом огненном мареве можно было сгорать бесконечно.
Мастер Астариен все еще стоял на месте, как и я. Никто из нас так и не подумал отойти. Я даже заметила боковым зрением, как где-то в стороне мелькнула фигура Ханны, словно она меня наконец догнала, но благоразумно решила скрыться с глаз, увидев того, с кем я столкнулась.
Несколько жгуче-долгих секунд протекли в абсолютной тишине, наполненной лишь шумом крови в ушах, когда мы смотрели с мастером друг на друга и никто из нас не шевелился. Словно какая-то магия заставляла нас обоих находиться так близко друг к другу.
Магия… или ослиное упрямство.
– Почему это я должен делать шаг назад, если это вы врезались в меня? – изогнул бровь Астариен, а затем вдруг поднял руку и… коснулся моей щеки.
По спине прокатилась настолько горячая волна, что я едва удержалась на ногах.
К счастью, мастер быстро убрал руку и приподнял бровь, взглянув на большой палец, на котором оказалась мокрая капля.
– Вы рыдали? Наконец-то поняли, как тяжела программа Черного гематита, и захотелось домой?
От такого предположения меня настолько обуяло возмущение, что перед глазами потемнело. Я таки отошла на шаг назад, тем более на этом расстоянии мастера было гораздо лучше видно, чем когда я стояла от него в нескольких сантиметрах, задирая голову. А затем, стиснув ладони в кулаки, выдохнула:
– Рыдала? Я никогда не рыдаю! А если и расстроилась немного, то вовсе не из-за сложности программы!
– Да что вы? А из-за чего же? – изогнул бровь Астариен, сложив руки на груди так, что разрезы рукавов мантии распахнулись и из них показались мощные бицепсы.
У меня на миг перехватило дыхание. Так, как будто я никогда не видела красивого мужского тела.
А я видела. Воры, которых мне доводилось встречать в катакомбах Шейсары, как правило, были в прекрасной физической форме. Однако стоило признать, никто из них не был столь же хорош, как мастер Астариен.
Проклятый Багровый змей академии Самоцветов...
– Я расстроилась из-за того, что некоторые мастера здесь позволяют себе проявлять личное отношение к академистам, – сквозь зубы проговорила я, внимательно глядя на мирая. – Видимо, не всем преподавателям, как и вам, нравится идея дополнительных занятий.
С этими словами я развернулась, чтобы уйти прочь, представления не имея, что из сказанного мной Астариен Риш вообще понял. И если прежде я была просто расстроена, то сейчас я была еще и раздражена. Внутри все бурлило и клокотало оттого, что половину из испытываемых эмоций я не имела права проявлять.
Ни злость, застилающую взгляд.
Ни расстройство, тисками сжимающее сердце.
Ни отчаяние, свившееся холодными кольцами в мозгу.
Ни страсть, от которой было так горячо. До сумасшествия, до ногтей, вонзающихся в ладони. От которой в голове вспыхивали мечты о том, о чем мечтать стыдно…
Что-то я подхватила после укуса Багрового змея. И хотя яд уже давно выветрился из крови, сам мирай никак не покидал моей головы, напротив с каждым часом словно укореняясь там все сильнее.
Я постоянно думала о нем. Он проник в мою голову. Под кожу.
И воспоминание о том, что это не последняя наша встреча, только усугубляло ситуацию. Возможно, если бы я могла покинуть академию и забыть о случившемся как о страшном сне, все бы прошло. А теперь… я была вынуждена ждать того, что должно произойти в будущем. Совсем скоро.
Ждать.
Бояться.
Желать.
– Не так быстро, – резко сказал Астариан, почти приказал. И одновременно схватил меня за предплечье, разворачивая к себе буквально одним движением. – Я вас не отпускал, гематит…
Он снова не назвал меня по имени, но сейчас мне было не до этого. От его стального голоса мне вдруг резко захотелось молчать и стоять на месте, не двигаясь. Мастер Риш явно хорошо умел приказывать.
Затаив дыхание, я снова взглянула в его блестящие металлическо-алые глаза, ожидая, что будет дальше.
– Я как раз хотел поговорить с вами об этом, – сказал он жестко, глядя на меня без каких-либо эмоций.
– Об… “этом”? – переспросила я, чувствуя себя совершеннейшей дурой, потому что предыдущий разговор наполовину вылетел у меня из головы. Зато я прокручивала по десятому кругу собственные мысли, выбирая, какая из них могла бы стать “этой”:
“Злость. Расстройство. Отчаяние. Страсть…”
“Ждать. Бояться. Желать…”
– О дополнительных занятиях, – ответил он, сдвинув брови и глядя на меня так, словно я и впрямь туго соображаю.