Страница 10 из 14
Вы наверняка знаете тот непередаваемый и ни с чем несравнимый запах совсем нового автомобиля. Вот чтоб совсем нового! Он пахнет кожей, пластиком, каким-то средством по уходу за обивкой сидений. Странное, казалось бы, сочетание, но этот запах удивительный и его ни с чем невозможно спутать, верно? Вот и от Степана Арнольдовича пахло мускусом, сандалом, чуть горьким лимоном и уверенным в себе мужчиной. От него пахло неограниченной властью, его запах накрыл меня с головой. Я готова была дышать только им.
Да что за ерунда? Я никогда ещё к своему, далеко уже не щенячьему возрасту, не испытывала такого наслаждения от запаха мужчины. Так. Стоп! Соберись, тряпка! Этот мужчина твой шеф! А зачем тебе усложнять свою жизнь ещё и влюбленностью в твоего шефа?
Я всё-таки чуть сдвинулась от его плеча, пользуясь моментом, когда извинялась перед Арчибальдом. Но кожей, в том месте, где ко мне прижималось плечо моего шефа, я до сих пор чувствовала жар его тела. А ведь прижимался он ко мне всего ничего, несколько секунд. Хотелось потереть это место ладонью. Не потому, что мне было неприятно, просто вот захотелось и всё. Да что за ерунда то?
В этот момент Степан Арнольдович повернулся ко мне и произнес низким, рокочущим и вибрирующим где-то внизу моего живота, голосом:
– Ну, давайте знакомиться, Кристина Игоревна! – и улыбнулся.
Он. Мне. Улыбнулся. Да божечки мои!!
И, кстати, у Арчибальда был такой же голос. Вот просто один в один! А мне теперь интересно, а Галина с кем из них говорила? От осознания того, что со Степаном Арнольдовичем, мне стало как-то прескверно на душе. Это было очень странно. Я вижу этого мужчину, прямо скажем, совсем не красавца, всего несколько минут, но уже пытаюсь предъявлять на него свои права?
Ау! Иванова, у тебя кукушка поехала?
– Очень приятно, Степан Арнольдович! – ответила, глядя в его удивительные глаза. Отвести от него взгляд у меня сил не было.
Мать моя женщина! Да что ж такое творится то со мной? А, может, я под гипнозом? Ну, как кролик, глядя в глаза удаву, знает, что на смерть, а все равно идет. Другого объяснения, кроме как гипноз, у меня не было. Как ещё объяснить то, что творилось сейчас со мной? Что там Котофей, тьфу, Арчибальд говорил про то, что меня и съесть могут? Да я готова сама на него залезть сейчас! Не надо меня есть. Я не вкусная! А вот против того, чтобы меня облизали, я ничего не имела! Вот хоть сейчас и здесь же! Интересно, а руки у него тоже волосатые? Да, скорей всего! О-го-го шеньки!! Как я работать то буду с ним?
– В соседних кабинетах, будем работать, Кристина Игоревна. И я не питаюсь красивыми молодыми женщинами. Если только котами и помощниками! – отвел он взгляд первым и глянул в сторону Арчибальда, от чего тот съежился, но промолчал.
На моё счастье, мы приехали. Что? Уже? Так быстро? Нет, я точно была под гипнозом!
Сказать, что я была впечатлена размерами и обстановкой своего кабинета? Или это и так понятно? Выразить свой восторг, увидев приемную, в которой мне и предстояло работать, я могла только восторженными междометиями. Вся мебель была из натурального дерева очень темного, почти черного цвета. Дорогие светлые ковры на полу. Картины, изображающие восхитительные восходы и закаты в горах и на море, и почему-то я была уверена в том, что это не на нашей планете, что, впрочем, не умаляло их красоты.
– Кристина Игоревна, Вы здесь располагайтесь. С компьютером и прочими гаджетами, я думаю, Вы разберетесь. А у нас онлайн совещание. Оно продлится ровно час. Через час я буду готов выпить кофе.
Всё это Степан Арнольдович пророкотал, пока Арчибальд сопровождал его в кабинет.
– Я поняла Вас! – кивнула и глянула на часы на стене.
– Отсчет пошел, – буркнула себе под нос, – странная, однако, особенность у шефа – всё делать минута в минуту!
И, оглядевшись, начала с компьютера и папок на полках:
– Вот ведь в век компьютеров живем, а от папок избавиться не можем!
И вот как раз те самые папки были в полном беспорядке, если смотреть по датам на их корешках. Да и в ящиках моего рабочего стола хранилось всё, кроме действительно необходимого, даже вот чья-то старая губная помада имелась в наличии. Вот уж она точно мне не понадобится.
– Эх, неплохо бы пакетом каким-нибудь разжиться, чтобы хлам весь этот сложить! А пока, папки, встаем по датам! – скомандовала я и махнула рукой. Убедившись, что работа закипела, я улыбнулась и стала открывать остальные шкафы, желая проверить, что же хранится за их дверками и за вон той дверью в углу. За дверками тоже стояли папки, только уже с названиями фирм на корешках и тоже даже не в алфавитном порядке.
– Так, а вам встать в алфавитном порядке! – скомандовала, открыв дверцы всех шкафов, а сама направилась к двери в углу. За ней оказалась кухня с шикарной кофемашиной.
– О! Так ты же мне и нужна, голубушка! – обрадовалась я кофемашине, как родной, и достала из сумочки принесенную с собой свою любимую кружку.
В моей новой квартире стоял точно такой же агрегат и этот момент меня несказанно порадовал. На пробу сварила сначала чашку себе. Ну, как чашку? Полную кружку.
– Ну, один жирный плюс на службе у обаятельного Чудовища точно есть, – усмехнулась я, сделав первый глоток кофе и зажмурившись от удовольствия, – это вот этот вот божественный напиток! Эх! К нему бы ещё шоколадку бы с орешками, ну или хоть печеньку какую!
Заглянула в холодильник, тот был девственно чистым и пустым.
– Жаль, конечно, но ладно! Надо будет купить.
И только потом, захлопнув холодильник, я сообразила, как именно я назвала Степана Арнольдовича. Мать моя женщина! Надеюсь, что он этого не слышал!
– Вот язык мой – враг мой! Хотя и мои мысли скакуны, тоже не лучше! Надо что-то срочно с этим делать. И не мешало бы мне ещё выяснить радиус улавливающего локатора в голове моего обаяшки! Да шапочку мне из фольги на всю мою бедовую голову! Степана Арнольдовича же, не обаяшки!! Кристина, приди в себя: он твой шеф! Соберись уже и привыкай называть его по имени и отчеству!
Я вышла в приемную и удовлетворенно кивнула, оглядев проделанную работу – папки на открытых полках стояли строго по датам на корешках, папки в шкафах – в алфавитном порядке. Открыв планшет, сверилась с тем, какой именно кофе любит мой шеф. Про его любимую чашку там не было ни слова.
– Ладно, будем действовать по собственному ощущению! Хотя, мне почему-то кажется, что у него нет любимой чашки. Вот я просто таки уверена, что ему в первую попавшуюся наливают. Не дело это. Будем исправлять!
У меня самой была любимая чашка. Она была у меня уже много лет. Когда-то, когда я ещё жила с бабушкой, у нас была очень похожая. Конечно, ту чашку мне забрать не дали. И не потому, что она представляла собой какую-то ценность, а просто из желания сделать мне гадость. Поэтому, когда я увидела в магазине очень похожую на ту, из детства, я купила её, не задумываясь. И теперь она со мной везде. Вот даже и на работу её сегодня привезла. Теперь она будет здесь дарить мне спокойствие, и поднимать градус моего удовольствия от кофе.
В шкафу с посудой стоял целый сервиз. Чашки были разными, но все были большими и с большими ручками. Обычно в кафе в таких ковшах подают капучино. Но Степан Арнольдович, – вооот, молодец, Иванова, можешь же, когда хочешь, – похвалила я сама себя за то, что назвала шефа, как и положено по этикету, так вот он предпочитал пить только черный кофе, но зато аж с пятью ложками сахара!
Я критично рассматривала кружки, стоящие в шкафу и вдруг, в самом дальнем углу увидела её. Нет, не так! Её – с большой буквы. Кружка была черной, глянцевой и с золотыми разводами и завитушками, причудливо сплетающимися между собой. Такой узор я уже видела на приветственной открытке с котиком.
Несмотря на свои размеры, кружка смотрелась очень изящно. Взяв её в руки, я поняла, что она будет моей фавориткой. А значит, и Степана Арнольдовича, начиная с сегодняшнего утра. Кружка была такой же большой, как и все остальные. Но это и не удивительно – я вспомнила крупные кисти своего шефа. В его руках обычная кофейная чашка будет смотреться как спичечный коробок.