Страница 49 из 128
− Ты же не думала, что я оставлю свою жену ночевать в одиночестве? − Дэсмонд зашел в мой номер из своего и закрыл дверь, оставляя нас наедине в не слишком большом пространстве комнаты.
− А если бы я сейчас переодевалась? − я пыталась произнести это с возмущением, но у меня ничего не вышло.
− Я на это очень рассчитывал, − муж в несколько шагов пересек разделяющее нас расстояние, останавливаясь в полушаге от меня. Не дотрагиваясь до меня, он замер, ожидая моей реакции.
Возможно, мне следовало сделать строгий вид и хотя бы попытаться настоять на том, чтобы он вернулся в свой номер. Но я не стала этого делать. И дело было даже не в том, что я уже знала, что с Дэсмондом, который уже принял решение, спорить было бесполезно. Просто за этот длинный день я успела соскучиться по прикосновениям. По теплу его сильного тела. По его дыханию на моих волосах.
А потому я, не испытывая ни малейших угрызений совести, с удовольствием скользнула в его объятия. Да и почему я должна была испытывать их, если мужчина, находящийся сейчас в моей комнате, был моим мужем.
− И ты даже не будешь просить, чтобы я вернулся к себе? − Дэсмонд поднял мою голову и заглянул мне в глаза, не выпуская из объятий.
− Не дождешься, − фыркнула я, еще крепче прижимаясь к его горячей груди.
− Рад это слышать, − улыбнулся муж, увлекая меня в сторону постели.
− Что мы предпримем завтра? − спросила я чуть позже, уже почти засыпая, лежа на груди мужа и укутанная с ног до головы одеялом. «Во избежание», − как заметил мой супруг.
− Не хотел говорить тебе сегодня, но нам придется поехать в Фонтанаццу, в твое родовое поместье. Если бы я мог, то поехал бы один, но я не могу оставить тебя одну. Ни во Френце, ни, тем более здесь.
− Ничего страшного, − прошептала я. − Я и не думала просить тебя об этом.
− Хорошо. А сейчас спи, моя неугомонная жена. − Дэсмонд дотронулся губами до моего лба. И пусть тебе снятся только хорошие сны.
Я закрыла глаза и, слушая, как мерно стучит сердце в груди мужа, сама не заметила, как заснула.
Заснула, чтобы вновь оказалась там, в опустевшем пять лет назад поместье.
Я шла по узкой тропинке сада к дому, в котором меня ждали те, кого я любила. Вновь оказавшись в том времени, где все еще были живы. Еще не зная, как все совсем скоро изменится.
Стояло лето, и сад был полон цветов, которые так любила моя бабушка. Я шла и шла по нагретым каменным плиткам дорожки, петляющей вдоль клумб, но все никак не могла выйти к дому. Сад вдруг стал огромным, каким мне казался в детстве, когда я была совсем маленькой.
Ветра совсем не было, и воздух, казалось, обволакивающий меня, был прозрачен и спокоен. То тут, то там слышалось негромкое стрекотание стрекоз. Мир вокруг меня как будто замедлился, и мне захотелось остановиться вместе с ним. Зеленая трава так и манила прилечь на нее и немного отдохнуть.
Я уже хотела сойти с дорожки на траву, но в последний момент замерла на месте, не став этого делать. Мне вдруг показалось, что если я опущусь на эту лужайку, то останусь здесь навсегда. И минутный отдых превратится в вечный.
Я сделала еще несколько шагов вперед, оставляя зеленую поляну за собой и не позволяя себе оглядываться на нее. Как будто там, за моей спиной, могла разверзнуться черная пропасть. И я могла упасть в нее.
Вместо этого я, неожиданно для себя, оказалась внутри дома. Я прошла через несколько комнат, залитых солнечным светом. Они были пусты, но где-то совсем близко слышались голоса бабушки и дедушки, разговаривающих друг с другом. Я слышала их совсем рядом, в соседней комнате, но стоило мне только открыть дверь и войти в нее, как голоса стихали, как будто здесь только что никого не было.
Я поднялась по лестнице на второй этаж, желая зайти в свою комнату. Одна за другой, я открывала все двери, но ни за одной из них не было моей спальни. Как будто ее никогда здесь и не было. Как будто здесь никогда прежде не было меня.
Не успела я подумать об этом, как внезапно все переменилось.
Тишина ушла, и дом наполнился звуками.
По коридору совсем рядом со мной прошла наша экономка. Прошла, не замечая меня.
Еще мгновение, и теперь я смотрела на все откуда-то со стороны, будучи наблюдателем, а не участником событий.
Как будто все время до этого я шла по коридору времени, и, наконец, оказалась в том моменте, который должна была увидеть вновь.
− Бабушка, посмотри, что я нарисовала, − маленькая девочка, которой я когда-то была, вбежала в комнату.
− Очень красиво, моя дорогая, − статная и еще совсем не старая женщина поднялась из глубокого кресла и подошла ко мне, чтобы посмотреть на рисунок, который я сжимала в своей руке. На нем маленькая я нарисовала всю семью, стоящую рядом друг с другом. Я, мама и папа, бабушка и дедушка стояли в центре рисунка, державшись за руки.
− А мама и папа, они скоро вернутся? Я хочу поскорее показать рисунок им.
Бабушка нагнулась ко мне, так, чтобы я могла видеть ее лицо. Она обняла меня, но перед этим я успела заметить, что ее глаза были очень грустными, хотя губы улыбались.