Страница 31 из 129
Лина с трудом открыла отяжелевшие веки, сколько она пробыла без сознания или во сне - она не знала. Но лишь дневной свет коснулся ее лица, как боль взорвалась во всем теле, вызывая волну отчаянья. Каждый удар сердца причинял невыносимые страдания. Голова тяжелая, свинцовая, с трудом удается повернуть ее в сторону. Видимо, ее накачали сильными успокоительными. Провал в памяти начинался с той минуты, как она увидела Самуила и Николаса. Девушка с трудом встала с дивана, осмотрелась… она в квартире Ника. Да, какая разница где, ей теперь все равно. Нет Влада - нет смысла в жизни. Все из-за нее, ее эгоистичного желания быть с ним, упиваться его любовью. Ведь Влад предупреждал, что теперь Лина стала его слабостью, его ахиллесовой пятой. А ей было плевать на все. Эгоистка, жалкая самолюбивая дура. Как же она себя ненавидела, презирала. Его НЕТ. Слово НИКОГДА теперь ее вечный спутник, а будущее кажется черной бездной без конца и края. Все стало бессмысленным без него, пусто на душе, метель бушует за окнами и заметает все счастливые мечты и воспоминания, оставляя лишь жестокую реальность, голую и острую, как лезвие бритвы, правду. Влада не стало. Это она во всем виновата. Она никогда не простит себя.
Девушка набросила на плечи куртку Николаса и вышла на улицу, холодный ветер метнул колючий снег в лицо. Лина медленно пошла по тротуару. Мимо проходили люди, проезжали машины, кто-то толкал ее, спеша на работу. Водители сердито сигналили, когда она переходила дорогу, не оглядываясь по сторонам. Ноги сами шли в никуда, в неизвестность, такую черную и беспросветную, как и ее жизнь теперь.
Сама того не заметив, она пришла в парк, где Влад впервые ее поцеловал… Воспоминания резали больнее битого стекла, закрыла глаза увидела его лицо. Как будто он рядом, стоит протянуть руку, и она его коснется. Жестокая память запечатлела каждую черточку, изгиб губ, искры в черных глазах… даже голос. Тот день она запомнит навсегда. Именно тогда Лина переступила за грань, где больше не осталось ничего привычного, нормального, и встала на зыбкую дорожку из кровавого песка. Но Лина ни о чем не жалела, эти три месяца стали для нее длиннее целой жизни. Как прожить без него, день, час, минуту… Зачем вообще жить?! Все, кого она любила, покинули ее, может быть там, высоко в небе они ждут? Возможно, настал ее черед идти за ними?.. Девушка тоскливо посмотрела наверх, хоровод снежинок кружил в воздухе, призывая, маня к себе. Лина села на скамейку и почувствовала, как ледяной холод сковывает все тело, поднимаясь от пальцев ног к сердцу. Засунула замерзшие руки в карманы, и пальцы нащупали что-то острое. Достала, посмотрела затуманенным взглядом – кинжал, старинный, усыпанный рубинами. Может, это знак свыше. Пришел ее час добровольно отправиться за теми, кто взывал к ней из глубин небытия.
«Лина, нет! Нет!» - голос отца взорвался в сознании, но она гневно ответила вслух:
- Ты покинул меня, ты лгал мне всю жизнь, как ты можешь что-то запрещать мне теперь?
«Ангел. Не надо. У тебя вся жизнь впереди,» - тихий шепот Влада, ласковый, нежный.
- Зачем мне все это без тебя? Весь мир опустел… Каждая секунда - невыносимая пытка, – со слезами ответила она, сильнее сжав кинжал. Осмотрелась по сторонам. Никого нет, в парке ни души. В такую вьюгу даже плохой хозяин собаку не выгонит. В кронах деревьев зловеще завывает ветер, но ее больше ничего не пугает. На лице, залитом слезами, застыла счастливая улыбка. Она знала, что делает. Она идет к ним…
Рука с кинжалом взлетела, резким движением опустилась, рассекая нежную кожу на запястье, и алые капли крови упали на снег….
- Фэй, милая, напрягись, умоляю, куда она могла пойти, постарайся.
Они искали Лину уже больше часа, объезжая все парки, кафе и даже остановки, но все тщетно. Словно в воду канула. Ник ужасно нервничал, он смотрел на Фэй безумными глазами, постоянно торопил ее, и они переезжали с места на место. Он посылал проклятия своей небрежности, доверчивости. Какого черта он не взял ее с собой? Хотел, как лучше, привезти Фэй к себе домой, помочь Лине справиться с трагедией. Вместо этого они зашли в пустую квартиру, девушки там не оказалось. Колдунья, что есть силы, напрягалась, стараясь увидеть беглянку, почувствовать, но все напрасно. Ее магическая энергия иссякла и теперь восстанавливалась очень медленно. Николас злился, просил пытаться еще и еще, наконец-то Фэй удалось что-то увидеть…
- Есть! – крикнула она. – Очень смутно, но хотя бы это. Я вижу ее силуэт на лавке в парке. Но хоть убей, не могу рассмотреть, где именно…
- Что там еще рядом?! Что есть в этом проклятом парке?
- Не кричи, я стараюсь, я очень стараюсь. Вижу скамью. Позади вид на город… Она одна, что-то держит в руках. Нет! Ник! Быстрее думай! У нее в руках - нож или кинжал! Не могу мысленно с ней связаться, мне не хватает энергии.
- Дьявол… возможно, я знаю… Поехали… это место, он любил там гулять один. Скорей всего Лина пошла туда. Доверься мне, моя маленькая тетушка и ничего не бойся.
Николас подхватил Фэй на руки и вихрем взлетел, преодолевая расстояние с бешеной скоростью. Совершенно невидимый для человеческого глаза. Девушка с силой вцепилась ему в шею и спрятала лицо у него на груди.
Наконец-то он замедлил движение, коснулся ногами земли, по-прежнему передвигаясь невероятно быстро, он бросился вглубь парка. Вскоре они заметили одинокую фигурку, обнесенную тонким слоем снега, словно статую скорби и страдания. Мокрые волосы упали девушке на лицо, голова склонилась на грудь, руки безвольно висели вдоль тела. Николас закричал, быстро поставил Фэй на снег и подлетел к Лине. Возле скамьи по снегу растеклось огромное пятно крови, которая капала из-под рукавов куртки.