Страница 3 из 17
Медики прошли в гостиную, перешагивая через коробки, но диагностировать отравление не спешили. Девочке резко стало лучше, температура была в норме, давление тоже.
Врачи поманили маму выйти в кухню, и Галка навострила уши. До нее донеслись только обрывки разговора, но суть она уловила: медики затирали про манипуляции и психосоматику. Типа Галка, конечно, не специально, но вот так она протестует против переезда и требует внимания и возвращения в Саратов. Девочку это страшно возмутило, но вроде же как она не должна была это все слышать, поэтому она молча надулась, обнимая пластиковое ведро.
Как только «Скорая» укатила, пришел папа.
Море отменялось.
Перед этим ужасом померкло все.
– Ну пап, – увещевала девочка, – мне уже лучше! Давайте поедем! Если что, я просто в самолете в туалете посижу! Да там все равно и так пакетики раздают, хоть использую наконец!
– Солнышко, ну ты чего, – мама погладила ее по голове, – здоровье дороже.
– Мы же уже не сможем сдать билеты! – сердилась Галка. – И отель оплачен! И питание! Чего деньги выбрасывать? Я хочу на море! До школы совсем мало осталось! Мне там точно-преточно лучше будет, чем тут! И вам тоже туда точно-преточно надо. Мы все злые как собаки с этим переездом стали. Ну мам!
Время до самолета неумолимо летело, а бой уже был проигран. Скрюченная Галка сидела, укутанная в свитера и одеяла, и ее колотило. Холод расползался от костей, замораживая кровь. Надо было что-то решать.
Победило благородство.
– Пап… а если вы с мамой без меня полетите?
Папино лицо на миг озарилось надеждой, но он тут же покачал головой.
– Исключено. Как ты представляешь, мы тебя одну оставим?
– Ну почему одну сразу? Пусть бабушка приедет. Мы с ней тут побудем. Ночь на поезде – и она в Москве. Пап, езжайте. Хотя бы вы.
Слова дались непросто, но Галка обожала родителей, как и они ее. И если у нее не будет моря, это не повод лишать его и их тоже.
Сразу стало легче. Холод отпустил, и стало проще дышать.
Родители неуверенно переглянулась, и Галка добила:
– Вы же говорили, что я взрослая и ответственная. Так что это еще я за бабушкой присматривать буду. А вы езжайте. А потом сводите меня в аквапарк. Если что, я сама «Скорую» вызову. Да ничего не будет! Хотите, поклянусь из квартиры не выходить?
– Ну, уж не настолько, – хмыкнул папа. – Но не дальше двора. И с…
– И с незнакомыми дядьками не разговаривать, и с тетками тоже. Дверь никому не открывать. Да бабушка мне и не даст! Правда, пап, мам?
– Я не знаю, – с сомнением протянула мама, но уже копаясь в телефонной книге. – Ладно, уговорила. Но потом обязательно сводим тебя в аквапарк.
– Уж я не забуду, не сомневайтесь, – кивнула дочь, прислушиваясь к доносящимся из трубки гудкам.
Глава 3
Планы изменились
Вечер в пустой квартире наводил уныние. Провожая родителей, Галка бодрилась, без умолку трещала и сияла улыбкой, но едва за ними закрылась дверь и такси укатилось за многоэтажки, одиночество накинулось голодным волком.
Больше не тошнило, но разбивала противная слабость. Во дворе под фонарями гомонили компании, около детской площадки мамочки катали коляски с детьми. Из-за гаражей поднимался светлый дымок: кто-то жарил шашлыки. Ответив всем друзьям в ВК и созвонившись с бабушкой, оставалось только предаться окончательному отчаянию и углубиться в чтение списка литературы за восьмой класс.
Проигнорировав то, что точно не будут проходить, Галка взялась за лермонтовского «Мцыри». Читать мешало навязчивое тиканье часов, но девочка упорно не вставала с дивана, пока не добила последние строчки. Старалась она напрасно: что хотел сказать автор и что там вообще произошло, осталось непонятным. Наверняка в учебнике было умное пояснение, и в интернете тоже, но потратить хотя бы немного времени еще и на эту ерунду было выше Галкиных сил. Надо будет расспросить Лешку, что им на эту тему говорили в школе, и подрезать у него сочинение. Пятерками он не хвастался, но записного отличника опытный глаз троечника всегда видит сразу. А взамен можно предложить ему пользоваться принтером, когда папа его подключит.
Осторожно прислушавшись к себе, девочка отправилась на кухню. В шкафу в больших количествах лежали сухарики, чипсы, конфеты, заварная лапша и прочее, чего очень хотелось, но было нельзя, поэтому Галка нашла пачку сухого киселя, прочитала инструкцию, налила в кастрюлю воды из бутылки, поставила на плиту и задумалась.
Ела она только утром с соседом и потом с родителями. Но с мамой и папой все было в порядке. Следовательно, надо кое у кого кое-что уточнить!
Девочка вышла на лестничную площадку и, мрачно встав перед соседней дверью, собиралась уже было постучать, но опустила руку. А если дома психованный дед? Но вроде тихо. А если Лешка сам отравился? Но к нему «Скорая» вроде не приезжала.
Мигнула лампочка.
Ой, да ну его! Малолетний вредитель-отравитель.
Завтра приедет бабушка, и они вместе заглянут к соседям.
За дверью послышался шорох, а потом звук, как будто упало что-то тяжелое.
Обивка внизу вдруг потемнела, проступили капли.
Как завороженная, Галка протянула руку и потрогала одну. Капли были красные и густые.
Как кровь.
Тихо-тихо девочка отошла от двери, спустилась на две площадки вниз, а потом позвонила соседям.
Истошно заорал младенец. Только этого не хватало! Галка, готовая получить по шее, сжалась в предчувствии неизбежного, но не убежала – кровь была важнее.
Дверь распахнулась, и выглянула молодая девушка с усталым лицом.
– Там у соседей кровь на двери, – прошептала девочка. – Надо полицию вызвать.
– Кровь? – не сразу сообразила девушка.
Галка кивнула и протянула руку… рука была чистой.
– Пойдемте, покажу, – заторопилась она.
– Подожди. – Девушка обернулась в глубь квартиры: – Валера! Сходи с девочкой.
– Куда? – В коридоре появился высокий парень в трусах с ребенком на руках.
– Проверь, что там. Анечку я подержу.
– Дайте хоть штаны надеть, – кивнул Валера и скрылся.
– Пойдемте, – заторопилась Галка, еле дождавшись, когда он вновь появится на пороге в серых спортивных штанах. – Там кровь!
Они поспешили на шестой этаж. Дверь в двадцать третью квартиру все так же была распахнута, а на двери двадцать четвертой расплывалось пятно.
Галкин спутник потрогал застывшие капли, ковырнул одну ногтем и показал девочке:
– Так это не кровь, это смола какая-то.
Вроде он не сердился, но Галка почувствовала себя ужасно глупо.
– Простите, – только и промямлила она.
– Иди домой, – велел Валера. – Это вы вчера переезжали и вещи перетаскивали?
– Ну да. Сильно шумели?
– Не бери в голову. Сюда переехали, что ли? – Парень глянул на приоткрытую дверь. – Ого.
– А что?
– Да нет, ничего. Кстати, а где твои родители?
– В магазин пошли, – соврала Галка, которая прекрасно знала, чем могут обернуться проблемы с опекой. Мама ее подруги там работала и то и дело за чаем делилась историями одна сногсшибательнее другой. – А я услышала шум. Вышла, а тут кровь. Ну, то есть мне показалось, что кровь.
– И часто ты так… на шум выходишь? – посуровел Валера.
– Нет! – еще больше задергалась Галка. – Просто.
– В следующий раз дверь не открывай, – предостерег парень. – Сиди дома, жди родителей. А то мало ли что.
– Хорошо, – промямлила девочка, всей душой желая, чтобы он поскорее ушел, и чувствуя себя полной дурой.
Людей всполошила, ребенка разбудила. Небось еще и пока они по лестнице с вещами вчера туда-сюда таскались, тоже спать маленькой не давали. Лифт поломали.
Валера заставил ее записать его номер «на всякий случай» и ушел спать, бдительно проверив, чтобы Галка закрыла дверь на замок.
Но как же все-таки Лешка?
Хотя если она сама в порядке, то и он должен быть тоже.
А если это и не отравление вовсе, а действительно нервное? Перепсиховала, вот организм и среагировал.