Страница 15 из 20
Кир надеялся, что, пока он здесь, дома ничего не случится с системой жизнеобеспечения.
Хотелось спросить Марту, какие там показания, всё ли в порядке. Нейроинтерфейс молчал, и Командор задумался: когда её вернут, будет ли она прежней? Всё-таки Марта – программа, которая накапливает опыт при работе с носителем. Сохранятся ли в ней годы, которые они провели вместе, или с ним окажется пустая оболочка, которую придётся учить с нуля? Кирк и Ли могут сколько угодно завидовать её мощности, но без обучения любой ИИ – не более чем продвинутый калькулятор, который умеет выполнять только простейшие команды.
И открывать двери. Кир стоял перед центральным входом и пялился на бронированное стекло. Под обычным взглядом оно выглядело просто мутным и грязным, но улучшенная оптика показала бы и впаянные частицы, и энерголинии, защищающие от лазера. Мощные, надёжные. И совершенно неприступные для Командора.
– Эй! Вы отобрали у меня Марту, а теперь не пускаете даже внутрь? – крикнул он каменной фигуре филина над дверью, зная, что там спрятана камера наблюдения.
– Нет, просто ты в отпуске, – ответил усталый женский голос с дребезжащими металлическими окончаниями. – Отдыхать надо, а не перерабатывать.
– Мио? Ты что здесь делаешь? – Кир развернулся навстречу девушке, которая выходила из подземного перехода.
– Прерываю твои страдания, – вздохнула она и подошла к дверям. Перед девушкой они медленно открылись. – Пошли, зайдёшь куда хотел.
Они зашли внутрь, а Мио, поправляя чёлку, сказала:
– Не вижу радости на лице. От ареста освободили, отпуск дали. Ты в отпуске хоть раз был до этого?
– Никогда даже не думал. Столько всего надо сделать.
– Говорят, в отпуске хорошо, – протянула Мио.
– Кто говорит?
– Все. Да только я не видела ни одного нормального человека, который добровольно уходил бы в отпуск.
– Ничего удивительного, – сказал Кир, походя дотрагиваясь до торчащей из стены панели. На ней высветились новости погоды. – Мы занимаемся любимым делом. Зачем нам отпуск?
Мио посмотрела сквозь чёлку на Командора, блеснула зелёными искорками и, улыбнувшись, кивнула:
– Не поспоришь. Ещё и статистика считается, опыт капает – как от этого отказаться? Плюс мы сделали всё возможное, чтобы человечество было счастливо. – А затем её улыбка исчезла. – Тогда почему некоторые потребляют наркотики и становятся…
Она не смогла произнести «монстрами» или иначе обозначить существо, чьё тело лежало в подвале. Сейчас она выглядела как девочка-подросток, а не Наблюдатель без эмоций, принимающий решения взвешенно и просчитав все риски. Все переживания – страх одиночества, потерянность и непонимание, как быть дальше, – в Кире утихли. Он подошёл ближе и обнял её так, чтобы она не заметила, – своей левой рукой.
Девушка словно почувствовала это и выпрямила спину. Стук армейских ботинок выровнялся – хоть вместо камертона используй. Кир ухмыльнулся: успокоил психолога незаметно для психолога.
– Спасибо, – сказала Мио и ускорила шаг. – Давай быстрее закончим сегодняшний сеанс.
Командор на секунду сбился с ритма, поморгал глазами, которые уже начали привыкать к более тусклой реальности без ультрадиапазонов, и ускорился вслед за Мио.
Они шли за предохранителями.
По притихшим на ночь административным корпусам Базы гуляло только отдалённое эхо шагов, вздохов и дневной суеты. Эта пустынная сейчас часть отвечала за общение с обычными людьми. Люди приносили сюда свои проблемы, жалобы, резюме и пожелания. И «Группа» отвечала.
Если же пройти немного вперёд и свернуть на развилке влево, пройти через дежурный пост с бойцами в полном боевом облачении, можно попасть в другой мир.
Мир, где вселенной правят цифры, машины и Наблюдатели. Суперкомпьютеры разных видов и поколений стоят уходящими в темноту рядами. Шелестит система охлаждения, тускло светятся лампы, и считаются, считаются, считаются вероятности.
Огромная система просчитывает варианты будущего и настоящего, позволяя человечеству сделать верный выбор.
Лет сто пятьдесят назад мир катился к чертям. Экономика, политика, экология решили вместе провести дезинфекцию и устроили человечеству кровавую пляску. Любой шаг любого человека вдруг становился причиной для сотен и тысяч проблем, и казалось, что выхода, кроме как сдаться и сдохнуть, нет.
На помощь пришли расчёты. Не просто искусственные модели, которыми развлекали себя математики на протяжении столетий, а полноценные цифровые копии реальности. Каждый шаг, каждое решение загружались в компьютеры, становясь частичкой уравнения. И компьютеры стали подсказывать, что делать и как уменьшить риск.
А потом удалось создать «Глубину» – симулятор реальности, где воссоздана каждая сторона бытия. Она позволила построить альтернативную вселенную напрямую в мозгу. Полное погружение ускорило обучение, а постоянная обратная связь и изменение параметров позволили определить, в чём лучше всего себя проявит конкретный человек.
Человечество придумало способ найти призвание для каждого.
В итоге каждый занят своим делом. Уровень счастья, эффективности, стабильности вырос. Человечество выжило. И двинулось дальше.
Движение вперёд и поддержку системы обеспечивают Наблюдатели. Они же следят за выполнением подсказок машин, за появляющимися рисками. И если что-то идёт не так, передают дело в руки Исполнителей. А те, в свою очередь, готовы и трубу прочистить, и вирус уничтожить, и оружие против немногих оставшихся врагов применить.
Крыло Исполнителей, докуда наконец дошли Кир и Мио, всегда жужжит, трещит и пахнет. Слышен звук сварки, и выползает из щелей немного приторный и горьковатый запах. Доносится стук молотков о металл и кулаков – о набитые песком груши. Рычат движки транспортных «сосисок», байков «Хайвеев», бронированных «Лонов» и прочего автопарка.
И, разумеется, куда же без него: запах наваристого кофе вперемешку с запахом машинного масла, которое потребляют наравне как люди, так и машины. Если вовремя не смазать протез, то его обязательно заклинит в критической ситуации. Неудивительно, что даже Мио, как Наблюдатель, пахла маслом – ей приходится смазывать свои когти, чтобы они переходили в боевое состояние моментально. А кофе помогает поддержать в таком же боевом состоянии психику и обычное тело.
Они не зашли в основной ангар, а сразу отправились в отсек команды Кира. Бывшей команды, поправил себя Кир. Команды, у которой один боец погиб, двоих отправляют на лечение, а командира – в бессрочный отпуск в связи с расследованием. И это всё чуть более чем за сутки.
Если вчера здесь гудел холодильник, то сейчас гудел Ли, чьи возмущения было слышно даже в коридоре за закрытой дверью.
– Наши повреждения не такие страшные! Какого эрху3 нас выводят в запас? Делов-то: вправить тебе ногу, обновить мне руку, дать три дня на тренировку – и в бой. Командор бы такого не допустил!
В этот момент Кир вместе с Мио зашли в отсек.
– Приятно слышать, что ты такого мнения обо мне, Ли. Даже после того, как ушёл из моей команды.
– Командор? – Ли сначала побледнел, а затем кинулся к нему и обнял. – Командор, ты можешь вернуть нас в строй? Не давай нас списать! Что мы будем делать больше месяца в санатории? Это же настоящий ад!
– Не суетись, Ли, – отодвинул его Кир. – Если ты слышал решение Наблюдателей полностью, то я сейчас в отпуске. Бессрочном. Верно, Мио?
Девушка, которая осталась стоять в дверях, кивнула.
– Командор, но почему? Ты же ничего не делал? Я сам видел, как в тебя стреляли, ты действовал по обстановке. Откуда появилась та картинка, непонятно. Но как быть? Посмотри, Кирк вообще впал в ступор!
Командор не стал отвечать, что Ли и Кирк подали прошение об уходе из-за того, что погиб Антон, пусть они и знали, что в их работе потери неизбежны. И как-то он не заметил их сопротивления во время просмотра в зале памяти. Но вот когда он посмотрел на Кирка, все его мысли и ехидные замечания испарились.
3
Эрху – китайское ругательство.