Страница 100 из 141
Вообще, если вдуматься, фраза «его нужно принять в компанию» – из уст Березовского звучит как минимум кощунственно.
Какой-то полукриминальный коммерсант предлагает взять в долю – а читается это именно так – ни много ни мало президента страны.
И ведь будущий глава президентской администрации даже и не думает возмутиться подобной наглости; он еще и поддакивает вдобавок, делая затем все возможное, чтобы циничный этот план осуществился.
Важнейшим звеном доктрины Березовского стало его сближение – опять же усилиями Юмашева – с младшей дочерью президента.
Главный секрет Березовского заключался в том, что с нужными людьми он говорил на их языке. Это профессиональное коммивояжерское качество очень помогло понять ему мятежную душу Татьяны Борисовны.
Президентская дочь давно уже тяготилась должностью просто дочери . Дьяченко тоже хотелось играть во взрослые игры, но никто всерьез ее не принимал, в первую очередь – Коржаков.
Березовский с ходу уловил эту ключевую струнку. Дьяченко бы-ла очень похожа на своего папу. Она тоже отличалась неимоверным честолюбием и упрямством. Просто нужно было, чтобы кто-то придал ее действиям импульс; помог сломать привычные стереотипы.
Этим добрым и мудрым советчиком и стал для нее Березовский…
Но, заполучив в свой актив президентскую дочь, Борис Абрамович обрел головную боль в лице Коржакова, который к семье своего патрона относился как к своей собственной, а Дьяченко воспринимал на правах… ну, если не отца, так уж точно – старшего брата.
Конечно, тогда еще тягаться с Коржаковым было ему совсем не по зубам. Но Березовский и не собирался вступать в открытую схватку. Его тактика была совсем иной.
Исподволь, тихой сапой, вбивает он в голову неискушенной в политике барышне, что именно Коржаков – и есть главное зло. Он рассказывает ей душераздирающие истории про многомиллионные взятки, убийства и прочие пакости.
Специально для Дьяченко в своем доме приемов он устраивает красочный спектакль – антрепризу президента Национального фонда спорта Федорова, который рисует перед обомлевшей дочерью жуткие картины генеральских злодеяний. Коржаков, Барсуков и Тарпищев, уверяет Федоров, хотят его убить, вымогают миллионы долларов. Все они связаны с бандитами и уголовниками.[38]
Женская психика таких ужасов не в силах выдержать. Да и с Коржаковым отношения у нее ухудшаются с каждым днем.
Дьяченко ревнует его к отцу, а начальнику охраны совсем не по душе, что президентскую дочь ввели в предвыборный штаб и выделили даже отдельный кабинет в Кремле. Он прекрасно понимает, что через нее олигархи рассчитывают влиять на отца.
Так оно, собственно, и вышло…
19 июня коржаковская «прослушка», установленная в кабинете «казначея» ельцинского штаба Кузнецова, наконец зафиксировала появление долгожданных ходоков.
Ими оказались активисты ельцинского штаба: заместитель гендиректора ОРТ Аркадий Евстафьев (бывший пресс-секретарь Чубайса) и гендиректор «ОРТ-реклама» Сергей Лисовский.
В 17 часов 20 минут при попытке выноса полумиллиона долларов в коробке из-под «ксероксной» бумаги они были задержаны, прямо на проходной Белого дома.
Еще 38 тысяч 850 долларов сотрудники СБП изъяли у сотрудника Национального резервного банка Бориса Лаврова, который остался сидеть в кузнецовском кабинете. Он сразу же честно признался, что деньги получил по указанию Кузнецова, после чего передал их Лисовскому под расписку.
И сама расписка, и объяснения задержанных, и аудиозаписи их переговоров – мгновенно легли в основу уголовного дела, которое ФСБ возбудило через пару часов.
Ни Коржаков, ни Барсуков не собирались раздувать из этой истории шума. Все, чего хотели они, – лишь положить президенту на стол конкретные доказательства масштабного воровства его окружения.
В противном случае на проходной Белого дома Евстафьева с Лисовским поджидали бы не люди в штатском, а съемочные группы, и уже через час-полтора в ОРТ, «Президент-отеле» (штаб располагался там) и других известных местах полным ходом велись обыски.
(Прокурорский важняк Георгий Чуглазов, который вел впоследствии дело о «коробке», даже возмущался такой нерасторопностью коржаковцев:
«Спецслужбы проводили слуховой контроль не для последующего привлечения к уголовной ответственности лиц, которых держали под “колпаком”, а для того, чтобы собрать компромат на неугодных членов Совета предвыборной кампании и предоставить его руководству страны… Для них было главным – задержать курьеров, доложить выше».)
Информация об аресте активистов утекла из дома правительства совершенно случайно. Охрана Лисовского, оставшаяся за воротами, увидела какое-то копошение у подъезда. Прошел час, другой, но патрон их так и не выходил.
Встревоженные охранники позвонили члену штаба телемагнату Михаилу Лесину (вскоре семья назначит его министром печати). Тот – другому «подберезовику», Игорю Шабдурасулову, будущему гендиректору ОРТ…
В своих мемуарах Ельцин пишет, что его дочь узнала об аресте от Юмашева.
Это не так.
Первым сообщил ей об аресте именно Березовский.
Известие о задержании соратников застало Березовского в своем доме приемов на Новокузнецкой улице – эпицентре тогдашней политической жизни. Не мешкая, олигарх принялся обзванивать единомышленников. На всех парах в клуб примчались Чубайс, Гусинский, гендиректор НТВ Малашенко, телеведущий Киселев, тот же Шабдурасулов.
Звонит он и Татьяне Борисовне. Факт этот – абсолютно медицинский , ибо еще с 1995 года все помещения в доме приемов были оборудованы подслушивающей аппаратурой.
Березовский, как и положено политическому авантюристу, собирал компромат на всех и вся – просто так, на будущее – авось при-годится. Занимался этим богоугодным делом его домашний ЧОП «Атолл».
«К Березовскому ежедневно приходила масса людей, весь цвет, начиная от Черномырдина и Татьяны Борисовны и заканчивая половиной Думы, – признавался мне через много лет создатель и руководитель “Атолла” Сергей Соколов. – Мобильных почти ни у кого еще не было. Все они звонили из клуба по разным делам, и Борис приказал поставить телефоны на контроль».
Так вот. В архивах «Атолла», которые попали не так давно в мое распоряжение, сохранились и записи большинства телефонных разговоров, которые велись из дома приемов вечером 19 июня.
Есть там и беседы Татьяны Борисовны, главного действующего лица той ночи.
Б. Березовский – Т. Дьяченко
Б. Березовский: Танечка, добрый вечер.
Т. Дьяченко: Да, здрасти.
Б. Березовский: Тань, у нас такая информация есть… мы тут сидим: Володя Гусинский, Чубайс, Малашенко… Что Лисовского арестовали.
Т. Дьяченко(испуганно): Да вы что!
Б. Березовский: Тань, дело принимает совсем другой оборот. Мы сейчас подтягиваем сюда камеры НТВ. Сюда едет тоже Бадри( Б. Патарцикашвили, компаньон Березовского.–Авт. ). Мы сейчас подтягиваем камеры на всякий случай. Чтобы было понятно, что будет происходить.
Т. Дьяченко: Где? Куда подтягиваете?
Б. Березовский: Ну, сюда, где мы сейчас находимся. В клубе.
Т. Дьяченко (умоляюще): Борис Абрамович, ну, это точно?
Б. Березовский: Давай сделаем так. Если это точно, я постараюсь, если будет работать еще связь, тебе позвонить.
Т. Дьяченко: А вы где, вообще, находитесь?
Б. Березовский: В клубе! В клубе!
Т. Дьяченко: Мне это все очень сильно не нравится. А это не провоцирует кто-то?
Б. Березовский (раздраженно): Подождите. Еще раз! Позвонил Игорь Шабдурасулов и дал эту информацию.
Т. Дьяченко: А не провоцирует кто-нибудь вас?
Б. Березовский: Провоцировать могут только Александр Васильевич и Михаил Иванович (Коржаков и Барсуков.– Авт. ), больше никто. Других мы не знаем.
Т. Дьяченко: Ну, они.
Б. Березовский: Они? А что мы должны ждать, пока всех, что ли, арестуют? Как вы считаете, Тань?.. Сейчас я Володе (Гусинскому. – Авт. ) передам трубку, одну секундочку.
В. Гусинский: Танечка, вы не расстраивайтесь. Пока ситуация очень напряженная. Пришла информация, что как бы задержали Лисовского.
Т. Дьяченко: А вы уверены, что это правда?
В. Гусинский: Сейчас будем выяснять. Здесь, вообще, море левых машин стоит снаружи, поэтому все достаточно нервничают… Танюш, я даю Боре…
Т. Дьяченко: Борис Абрамович, может быть, напрасна эта информация по поводу там выборов про Федорова (Б. Федоров, президент НФС.– Авт. )…
Б. Березовский: Не понял? Какая информация?
Т. Дьяченко: Что он отказался финансировать там кого-то.
Б. Березовский: Кто-кто-кто?
Т. Дьяченко: Федоров.
Б. Березовский: Одну секундочку. А где был комментарий?
Т. Дьяченко: Вот сейчас было в 10 часов на НТВ.
Б. Березовский: Ну, извините, Тань, я этим процессом абсолютно не управляю. Просто не управляю… одну секунду, я Игоря (И. Малашенко, гендиректор НТВ. –Авт. ) дам.
Т. Дьяченко: Игорь, добрый вечер.
И. Малашенко: Добрый.
Т. Дьяченко: Может быть, это все провокация?
И. Малашенко: А что происходит? Что провокация?
Т. Дьяченко: Ну, я не знаю. Как-то толкают на такое обострение.
И. Малашенко(издевательски): Обострение где, в Чечне?
Т. Дьяченко: В какой Чечне! Здесь, в Москве. Сейчас по НТВ сказали, что Федоров отказался финансировать предвыборную кампанию…
И. Малашенко: Тань, ну вам же Борис Абрамович как раз говорит, что довольно серьезная ситуация.
Т. Дьяченко (виновато): Я понимаю.
И. Малашенко: Ну. Так в чем вопрос?
Т. Дьяченко (ученически): Что вот специально толкают на такие действия.
И. Малашенко: Тань, ну, наверное, толкают… Вот арестован Лисовский. Чего мы еще должны дождаться?
Т. Дьяченко: Может, это еще неправда?
И. Малашенко: Ну, может быть, конечно… (Березовскому): На, поговори, я уже не могу.
(Трубку берет Березовский.)
Б. Березовский: Танюш, я думаю, что подъезжать… Я не знаю, нужно или нет. Давайте мы все-таки выясним до конца все это. Пока я просто сообщаю ту информацию, которой владеем мы. Это первое. Ну, и на всякий случай мы подтягиваем сюда СМИ, чтобы, если что-то будет происходить, это уже было все как у взрослых. Но, конечно, никакой истерики, ничего не будет, если будет опровергнут слух, что Лисовский арестован. Ну, если они действительно его арестовали, больше ждать совершенно нечего.
Т. Дьяченко: А вы узнать это можете?
Б. Березовский: Мы сейчас и пытаемся узнать. Сейчас Игорь Шабдурасулов подъедет сюда.
Т. Дьяченко: Борис Абрамович, вы можете мне позвонить?
Б. Березовский: Тань, давай будем все время на связи. Ты по мобильному или дома тоже?
Т. Дьяченко: Я в «Президент-отеле».
Б. Березовский: Отлично! Прежде чем будешь уезжать, позвони сюда… Мы в клубе.
Т. Дьяченко: Борис Абрамович, ну, я вас умоляю.
Б. Березовский: Тань, ты не волнуйся, никаких действий опрометчивых не будет.
38
Эту встречу Дьяченко и Юмашева с Федоровым Березовский, по обыкновению, тайно записал. Но буквально через день сам прибежал к Барсукову и трясущимися руками отдал ему пленку. Борис Абрамович клялся, что идея всей комбинации принадлежала Юмашеву, а он – лишь жертва чужих интриг.