Может?..

— Анна… Мне ехать?

Его казалось и не слышат. Она открыла дверь, выбралась из машины, задышала глубоко и часто, а потом вовсе рассмеялась. Оливер действительно испугался за неё, вышел следом, приблизился, опустил осторожно руку на поясницу.

— Хэй, Энни, — они все так её называли, когда волновались, — ты в порядке?

Та мотнула отрицательно головой, потом кивнула, запустила руку в волосы, растрепав собранный хвост, резко развернулась. Оливер неохотно отступил, пытаясь понять происходящее, хотел переспросить, но его определи.

— Довезёшь меня кое-куда? — в ответ только кивнули.

Они ехали слишком медленно. Оливер будто специально сбавил скорость до черепашьей. И Анну это раздражало. Хотя на деле причина этой злости крылась совершенно в другом. Значит на Никки у Брэда есть время, а на неё — нет? Анна прекрасно знала куда приведёт её дорога, знала, что не ошиблась. Даже если они потеряли Камаро из вида, ни на секунду не сомневалась. Когда въехали на тропу, Оливер подозрительно огляделся, но ничего не спросил, только подъехал молча к особняку, у которого припарковалась та самая машина.

— Подождёшь меня? — и это была не просьба. — Я быстро.

Может, это просто встреча друзей? Нет. Больше никаких «может». Анна выскочила из машины, бегом поднялась по ступеням, толкнула незапертую дверь, прошла в холл. На шум довольно быстро появилась и хозяйка особняка. Николетта, в одном лишь велюровом халате, молча посмотрела на неё, стоя на втором этаже, хмыкнула и, даже не поздоровавшись, скрылась за углом в коридоре. Анна не знала, нужно ли идти следом, стоит ли подняться? Решить она так и не успела, из-за того же угла показался Брэд. Полуголый Брэд, если быть точной. В одних джинсах, вытирая влажную голову полотенцем. Нахмурился, завидев Анну и спустился своим привычным резким шагом.

— Ты что здесь забыла? — а как же «привет»? А как же «очень»?

Брэд слегка наклонился вбок, замечая в окно чужую машину у входа, складка между бровей проступила сильнее.

— Анна, — прозвучало довольно требовательно, — что ты тут делаешь?

— К тебе тот же вопрос, — прошипела она. — Что ты тут делаешь?

В ответ — тишина. Брэд не собирался объясняться. Как там рассказывала Никки? Говорит мало, и ты веришь всему, что он скажет. Воспоминания подхлестнули новую волну злости.

— Какого чёрта, Брэд? Почему ты тут? В таком виде. С ней! — последнее получилось слишком громким, и она сама вздрогнула от своего голоса.

Но ответа всё не было. Хейл молча смотрел на неё с нечитаемым выражением, даже взгляд казался безразличным. Рука с полотенцем медленно опустилась вниз, сжала ладонь в кулак.

— Между вами что-то есть, да? — просто замолчи, что ты делаешь. — Почему бы сразу мне об этом не сказать, а не морочить голову? Я догадывалась, что ты не отличаешься верностью, но честным мог быть хотя бы со мной!

— Анна, — медленно выдохнул Брэд, а в голосе появились опасные нотки, — я не потерплю истерик.

То есть, что? Как? Анна неловко заморгала, отступила на полшага. Он это сейчас серьёзно? Его застали почти раздетого с другой женщиной, а он тут что-то про истерики заливает? «И как только ты ошибёшься»… Анна нервно сглотнула. «Как только ошибёшься — он разочаруется в тебе». Бред!

— Это не истерика, Брэд, — с трудом удалось овладеть собственным голосом. — К чёрту объяснения, мне они уже не нужны. Ты либо сейчас же…

— Будь осторожна в своих желаниях, — его тон не изменился, а вот взгляд.

В этот момент в глазах Брэда она прочла то самое, о чём предупреждали. Более того, в этих глазах впервые ясно можно было что-то прочесть. Уверенность в своих словах, решимость, горькое «выбор будет не в твою пользу». Анна осеклась, поджала губы. Это ведь не серьёзно, правда? Если она сейчас потребует, чтобы Брэд немедленно прекратил эту фигню и уехал с ней, поедет же? Нет, Анна, не поедет. Он не пожертвует тем, что имеет, ради тебя. Это видно по вмиг заострившимся после его слов скулам, по сжатым ладоням, по зажёгшемуся в глазах огню.

— Езжай домой, Анна, — он развернулся в сторону лестницы, сделал первый шаг и прямо на ходу добавил: — Всё будет хорошо.

Да, всё будет хорошо до тех пор, пока ты слушаешься его, пока не устраиваешь истерик, не ошибаешься, не разочаровываешь. Голову полностью заполнил туман. Жаркий, вязкий, такой же горячий, как сам Брэд. Помешал трезво мыслить, действовать, Анна даже и не поняла, как оказалась на улице, села в машину и сказала Оливеру трогать. Может, всё правда будет хорошо?

— Останови, — они только проехали тропинку и вырулили на трассу.

— Энни? — Оливер казался растерянным. — Объясни, что происходит?

— Останови.

Едва машина затормозила, она выбралась наружу, захлопнула дверцу и через приоткрытое окно заверила друга:

— Езжай, я кое-что забыла. Всё будет хорошо, Оли.

И бегом направилась обратно. Но чем ближе был особняк, тем меньше слушалось тело, шаги становились медленней, а голова кружилась. Анна знала к чему это всё, но сначала нужно проверить. Хорошо, говоришь? А может сделать всё ещё лучше? Она снова прошла внутрь, аккуратно прикрывая за собой дверь, чтобы не наделать шума, как во сне поднялась по ступенькам, замирая на каждой на пару секунд. Шаг, ещё один, какая же из этих чёртовых дверей? Откуда-то сбоку донёсся странный звук. Где-то на задворках сознания что-то кричало ей: «Нет, не иди туда!». Но ведь, если бояться, разве можно получить все ответы? Ответы, которые в общем-то, не нужны.