Страница 4 из 18
– Вывеска тут интересная, – зевнул Керф, – гляди-ка!
Действительно, напротив них, на мелкозвенчатых цепях висела вывеска, на которой изображался рыцарский доспех (без ног), два меча (без ножен), и кожаный мешочек с развязанной горловиной, в который с радующим глаз напором, падали мометки.
– Деньги, денежки, деньжулечки! – проворковал Рош, потирая пальцы на двух ладонях сразу.
– Вот и я думаю, чего стоим, кого ждем?
Всей компанией вваливаться не рискнули – переполошится еще хозяин, кликнет с перепугу городскую стражу, набежит целая рота мздоимцев… Пошли Керф с Лукасом и Рыжий – как человек северный, и к хитрому делу коммерции несколько причастный – ходил карго-мастером на хольке в далеком юношестве, пока не понял, что стрелять куда проще, чем считать.
Внутри лавки все было ровно так, как и ожидалось: столы, заваленные разнообразным ратным «железом», от наконечников копий, до связок перьев, манекены в разномастных бронях, кучи доспешных частей, бочка с песком для чистки кольчуг…
– Доброго дня! – поздоровался вежливый Лукас в пустоту – никого, кто мог бы сойти за хозяина, в зале не было.
– Здравствуйте, кто живой! – трубно поддержал Керф, вертя головой.
– Никого, – проговорил Рыжий. – Но стоит только положить в карман хоть колечко…
– На продажу что есть? – подтверждая слова арбалетчика, из-за манекена, обряженного в измятую кирасу и морион с полуотбитыми полями, к наемникам шагнул местный. Чуть старше Лукаса, пониже, и с брюшком. И с бородой в масле.
– Хозяин или приказчик? – ткнул его пальцем в грудь Рыжий.
– Тебе не насрать, кто заплатит? – дернул грязной бородой местный.
– И не поспоришь, – согласился Керф. – У нас на продажу где-то две бочки всякого разного доспеха, от лат, до кольчуг. И пара бочек пырялок и рубилок. Тесаки, мечи, пара шестоперов с клевцами.
– Ограбили арсенал? – прищурился оружейник.
– А тебе не насрать, за что платить?
– А вот тут можно и поспорить. Если арсенальные, то они в ржавчине. Если с трупов снятые, то в кишках с мозгами, – заулыбался грязнобородый, – а это не мелочи, это уже серьезные моменты. Товар где? Здесь?
– Нет, блядь, – окрысился Рыжий, – пришли за авансом, чтобы потом тебе под реализацию сдать. Здесь, конечно. На дворе стоит.
Бородач шагнул к двери, беспечно оставив наемников за спиной. Внимательно оглядел телегу, на которой сидела Судьба с Мину. Рядом с ними сидел Флер, качал головой, не открывая глаз. У задних колес, с задумчивым видом стоял Фазан, гоняя струей желтый листок клена в луже.
– Ваши?
– Наши животные, да, – признался Керф. – То, что ссыт, тоже наше.
– Загоняйте во двор, там, где зеленые ворота. Сейчас открою. И да, ссущее пусть не заходит, у нас и так мокро.
*****
Компания долго изучала деньги, полученные у скупщика. Вышло, как обычно, меньше, чем надеялись, но куда больше, чем рассчитывали. Бородач заплатил хорошим серебром. Но вот чеканка некоторых монет… Впрочем, серебро оно и есть серебро! Принимают, и ладно.
– Со всей округи сюда народ стекается, – успевая вертеть головой во все стороны, чтобы не упустить ни одной достопримечательности, Лукас успевал делился с компанией знаниями, когда обрадованная пополнением бюджета компания, продолжила путь. – Тут и плата работняя больше, и развлечения всякие. Театры там, бордели, бойцовская площадка есть…
– То-то, округа пустоватая, все хутора на семью-две, не больше…
– На лето работников нанимают, а чуть урожай собрали – расчет в зубы, если хоть монетку заработал, вон дверь, вон на хер! Они обратно в Грумант. Тут же всегда работа есть. Рыба, торговля, корабли. Зимовать, опять же, дешевле выходит. Забился в какой подвал, то тепло, что надышал, то твое. Если в лоб сапогом не стукнули.
– Суета! – помотал головой Керф. – Суетное мельтешение ради мельтешения.
– В суете потеряться легче, – подмигнул Рыжий. – Ходишь такой по рынку местному, ходишь… Ца-ца, и в карман! Хрен кто увидит и поймает!
– Особенно тебя! – зашлись в хохоте братья, слаженно ткнув в арбалетчика пальцами. Тот невозмутимо почесал огромное брюхо сквозь прорехи в кольчуге.
– Хорошего человека должно быть много, господа разведчики! Вам, худосочным тростникам, не рискущим пойти войной на глистов, не понять!
– Рыжий нарочно так отожрался, – свистящим шепотом, слышным на квартал, разъяснил Пух Рошу, склонившись из седла к уху стражника, – его ни одна ветка не выдержит, если повесить решат! Треснет с грохотом! А Рыжий тут же сбежит подальше! Аж до ближайшей харчевни!
– Не сдавай моих тайн, негодник! – засмеялся арбалетчик, потрясая кулачищами в притворном гневе.
– А то поймают и повесят на арке ворот? – заржал бывший стражник. – С тебя пиво, при случае, друг Рыжий, иначе всем растреплю!
– Кстати, о пиве… – Рыжий снова почесал пузо, плотоядно оглядываясь в поисках, чего бы сожрать. Оказавшиеся в поле зрения местные, почему-то ринулись бежать. Один не устоял на ногах, упал, проскользил по грязи, и с нехорошим хрустом врезался головой в гранитную плиту, отделяющую проезжую часть от пешеходных отмосток. Потекла кровь, мешаясь с дождевой водой.
– Похоже, друг Рыжий, ты остался без пива! – хихикнул Рош, – единственный доброхот, который мог показать дорогу, и тот убился!
– Грустить не буду, зуб даю. Но вот пивка я бы, все равно испил…
Желание арбалетчика, разделяемое и прочими наемниками, исполнилось буквально за углом. Свернув за очередной скособоченный домик, который выглядел так, будто уже прицелился рухнуть, но нежелая расстраивать старую маму, все никак не мог решиться на последний шаг, компания оказалась на небольшой площади. Тут сходилось сразу пять узких улочек, становящихся одной, но широкой.
– Площадь Мертвой Руки, – тут же подсказал Лукас.
– Тут кому-то руку отрубили, что ли?
– Или мертвецы встали из могил и гонялись за людьми? Кого поймали, тот тоже мертвец? – предположил жизнерадостный Рош.
– Не, тут смешнее!
– Жги, студент! – подбодрил Керф.
– Лет сто – сто пятьдесят назад казнили тут убийцу какого-то. Как голову отрубили, местные кинулись резать ему кисти. На удачу в картах, легкое похмелье и прочее колдовство.
– Ага, знаю такое, – кивнул Флер, ради интересного рассказа, подъехавший поближе, чуть ли не вплотную, – там еще свечку надо хитрую, из человечьего жира! И сажу из волос туда вмешивать…
Студент хмыкнул, запоминая слова мастера гиен, и делая пометку в памяти, что было бы неплохо распросить Флера подробнее. Ни про какую сажу слышать ему не доводилось.
– В итоге, пока дрались, пару человек затоптали насмерть. Ну и еще двоих-троих зарезали в процессе. А потом, набежавшая стража похватала, кому не повезло, да еще полдюжины повесила, за нарушение общественного порядка, убийства и так, на всякий случай.
– Рук на всех хватило, – подытожил Керф.
– Даже с избытком!
– Мы делили мертвеца – много наших полегло, – на мотив детской песенки прогнусавил Рош.
Преодолев площадь, ставшую роковой для множества столь достойных мужей, компания оказалась у кабака, что стоял меж двух улиц. Неведомый архитектор воспользовался каждым дюймом свободной земли, и соорудил этакую гробину, торчащую острым углом. Его, словно утес, обтекали человеческие волны. И, будто пену с гребней, кое-то кого закидывало и внутрь.
Тут же, у левого бока «утеса» располагалась обширная коновязь под мощным навесом, что мог удержать не только дождь, но и падение какого-нибудь Рыжего с крыши. Ну или залп из камнемета-катапульты.
– Внутрь? – махнул Лукас в сторону вывески. На это раз обошлись без рыб и прочего непотребства – два кувшина пива, да мощная кружка. Никакой выдумки, зато понятно, чего ждать.
– Нет! Будет тут стоять и ждать, пока поднесут! – заржал Керф. – Рыжий, ты только не пугай никого!