Страница 136 из 151
- Так это - наши последние дни? – тихо спросила Мира, глядя в теплые глаза Лоти.
- Для кого-то из нас. – кивнув, он сжал ее плечо и отошел, присоединившись к людям, окружившим Юну.
Похолодев, Мира еще раз обвела взглядом присутствующих и спустилась в каюту, в которой уже спала Корви, так и не выпустившая из рук неровно оторванный кусок сладкой булки, захваченный из Города Лун.
С наступлением ночи воины разошлись по каютам, на корабле стало тихо, только инженеры сновали туда-сюда, сверяя какие-то показатели. Проворочавшись в постели несколько часов, Мира все же смирилась с тем, что уснуть не удастся, и, накинув куртку, поднялась на палубу. Ночь была ясной, луны висели прямо над кораблем и были непривычно близко, казалось, протяни руку и сможешь их коснуться.
У борта стояла одинокая фигура, завернутая в темное одеяло. Подойдя ближе, Мира увидела длинные волосы, собранные в косу, и попыталась отступить, но не успела.
- Не спится? – спросила Юна, оборачиваясь.
В лунном свете она выглядела настолько красивой, что захватывало дух. Мягкий свет глаз Королевы манил и обезоруживал, Мира сама не заметила, как подошла ближе, только чтобы рассмотреть ее лучше.
- Нет. – через несколько минут смогла ответить она. – Не спится.
- Мне жаль твоего друга. Я должна была позволить ему остаться в городе. – тихо сказала Юна, не сводя глаз с Миры. – Грядущее страшит меня, я принимаю много необдуманных решений. Мне так жаль, что его жизнь оборвалась.
- Мне тоже. – обида сдавила горло. – Он прошел такой путь не для того, чтобы убить себя.
- Будущее пугало и его тоже. Только вот я не могу бросить моих людей и выйти из игры.
- По-твоему, он «вышел из игры»? – злиться на южную королеву не получалось, весь ее образ кричал о скорби и смирении. – Он выиграл для всех нас так много времени. Ты знала, что Ксандр украл все чертежи, над которыми работала Сторона Заката? Благодаря ему у вас есть эти корабли, а в городе строится завод, который согреет дома горожан. Ты знала об этом?
- Нет. – голос Юны стал похож на шелест. – Это правда?
- Да. – Мира силилась проглотить горький ком, но не могла.
- Мои извинения ничего не изменят, но я хочу, чтобы ты знала – нет ничего, о чем я скорблю больше, чем о потере моих детей. Каждая нелепая смерть отдается болью в моем сердце. Но быть королевой – это не только сидеть во дворце и выслушивать прошения по субботам. Быть королевой – это принимать решения, от которых часто зависят жизни десятков людей. Это не так легко, как может показаться. А еще, я прошу прощения за то утро. – Юна приблизилась к Мире и провела кончиками пальцев по ее щеке. – Я, правда, должна была узнать, на что стоит рассчитывать, если Ясу умрет.
- Узнала? – неожиданно хриплым голосом осведомилась Мира, пытаясь оторваться от света, исходящего из глаз Первой.
Подавшись вперед, Юна коснулась губами ее губ. Застыв, Мира смотрела на блаженно прикрытые глаза Королевы и не понимала, что ей делать. Отстранившись, женщина улыбнулась и, взяв ее за руку, повела за собой, вниз по лестнице, ведущей в жилой отсек.
Когда дверь каюты закрылась, Мира почувствовала, как волна жара прокатилась по позвоночнику. Застыв в замешательстве, она смотрела, как Юна снимает с себя одеяло, оставаясь в длинной ночной сорочке. Обернувшись, она вопросительно посмотрела на нее.
- Мы... я... - пробормотала Мира, сделав шаг назад.
- Что, если это наш последний день? – Юна медленно спустила лямки сорочки с плеч, и одеяние упало к ее ногам.
Глубоко вдохнув, Мира попыталась отвернуться, но не смогла. Сначала, тело Королевы показалось ей таким же совершенным, как и ее лицо, – округлые бедра, маленькая грудь, подтянутый годами тренировок живот, она выглядела как скульптура, любовно вылепленная руками мастера. Но, приглядевшись, она увидела тонкие шрамы, покрывающие кожу правительницы.
- Наша любовь и правда проклятие. – тихо сказала Юна, подходя к Мире вплотную. – Он не может не обжигать меня.
Взяв ее ладонь в свою, Королева провела ей по ожогам на груди, животе, ненадолго задержалась на уродливом шраме, перечеркивающем бедро. Поднеся руку Миры к губам, Юна коснулась ее пальцев, прикрыв глаза. Чувствуя, как сотрясается ее тело, Мира попыталась отстраниться, но не смогла, ощущая нечеловеческое влечение к этой женщине.
- Он выбрал тебя, потому что ты была похожа на меня. – шептала Королева, целуя каждый палец замершей Миры. – Огонь полюбил нас обеих.
- Не нужно, пожалуйста. – взмолилась она, когда поняла, что ноги совсем не слушаются.
- Я ощущаю его в тебе, каждой клеткой своего тела. Мы так давно не были вместе. – губы Юны оказались возле опаленного уха, а дыхание ее превратилось в огонь. – Разве ты не чувствуешь?
Она чувствовала. С самого первого дня, с самой первой встречи, она не могла выбросить из головы образ Королевы, встретившей их на тренировочной площадке. В тот день ей казалось, что она ревнует Лоти к Юне, но, все было наоборот. Она страстно хотела, чтобы объятия достались ей, чтобы Королева не видела никого, кроме нее. Этого хотел Ясу, изголодавшийся, одинокий, до умопомрачения влюбленный в свою сестру.
Голод, копившийся так долго, нашел выход и, отбросив все мысли о будущем, Мира запустила пальцы в волосы Юны и, прижавшись к ее губам, почувствовала, как внутри нее пробудился огонь. От близости этой женщины искры сами собой срывались с пальцев, дыхание прерывалось, но остановиться было уже невозможно.
Оказаться обнаженной перед Юной было совсем не стыдно, будто они уже видели друг друга, будто все это – всего лишь повторение привычного сценария, где их тела сплетаются в единое целое, превозмогая боль от ожогов, которые оставляют ее пальцы на загорелой коже Королевы.
Сидя на краю постели, Юна смотрела на Миру и глаза ее превратились в два сияющих лунных диска, из которых рвался бело-голубой свет. Глядя на королеву точно такими же глазами, Мира приблизилась к ней, встала на колени и, оказавшись между ее бедер, прошептала: