Страница 110 из 135
— Перезаряди пистолеты! — в ярости прохрипел Хуго Хемниц, с трудом отражая опасные удары толедского клинка.
Вероятно, коадъютор нашёл бы в этом бройкеллере свою смерть, если бы не пулевое ранение его противника. Барон начал от него слабеть и на короткое время остановился, чтобы перевести дух. Хемниц немедленно воспользовался этим счастливым обстоятельством и стремглав бросился удирать на второй этаж к своему сообщнику. Не дожидаясь, пока барон придёт в себя и бросится их преследовать, они юркнули в ближайшую комнату, поспешно задвинули тяжёлый засов на двери и, не сговариваясь, дружно бросились к окну, благо до земли было не так далеко.
— Ничего, этот негодяй далеко не уйдёт. Граф Лауэнбург и Колченогий Фриц своё дело знают, — прошипел Хуго Хемниц перед прыжком в окно.
Брунгильда услышала выстрелы в бройкеллере, душераздирающие крики и крепкую солдатскую ругань, а затем звон клинков. Она тут же с удивительным для юной девушки хладнокровием взвела на пистолетах курки и, грубо выругавшись, резко толкнула дверцу кареты. Звон клинков её успокоил. «Значит, барон сражается!» — решила Брунгильда, глубоко уверенная в том, что её суженого никому не одолеть. Когда она оказалась у входа в бройкеллер, дверь пивного заведения распахнулась, и через неё протиснулся сам барон в окровавленной рубашке и со шпагой в левой руке. Качнувшись, он вышел наружу и остановился у двери, запястьем левой руки, в которой Рейнкрафт держал шпагу, он пытался зажать рану, из которой обильно сочилась кровь. Лицо его, потеряв обычный красноватый оттенок, побледнело. Заметив у кареты Брунгильду с пистолетом в руке, он улыбнулся и шагнул к ней. Внезапно неподвижно лежавший у входа в бройкеллер солдат с необыкновенной для мертвецки пьяного лёгкостью вскочил, выхватил из-за пояса кин жал и, прежде, чем Брунгильда успела что-то предпринять, всадил клинок в широкую спину Рейнкрафта. На лице барона отразилось удивление, он, резко выпрямившись, уронил шпагу и обернулся к своему убийце, который, вдруг сильно побледнев, в страхе отпрянул назад. Рейнкрафт, не сводя с него глаз, нагнулся за своей шпагой и тут же рухнул лицом вниз. Солдат, сильно хромая, шагнул к телу барона, вытер о его рубашку кинжал. Это вывело Брунгильду из оцепенения, и она навела на него пистолет. Тут солдат случайно поднял глаза и встретился с яростным взглядом дочери герцога. Он рванул из-за пояса пистолет, но взвести курок не успел. Брунгильда с каким-то противоестественным наслаждением всадила ему пулю между наглых глаз и, не мешкая, подбежала к Рейнкрафту. Когда она попыталась перевернуть могучее тело рыцаря, то он застонал и зашевелился. Кровь хлынула из раны на спине. Девушка в отчаянии разорвала свой кружевной платок и плотно заткнула небольшое узкое отверстие от подлого удара кинжалом, как-то именно так она остановила кровь своей лошади, напоровшейся боком на острый сук. Поэтому Брунгильда была уверена, что действует правильно, поскольку не видела особой разницы между людьми и лошадьми, которых она искренне считала лучшими и более благородными созданиями.
— Бог в помощь, ваше высочество! Может, и я могу чем-то помочь? Только сначала объясните мне, зачем вы убили бедного Колченогого фрица, который и так был обижен судьбой? — внезапно услышала девушка за спиной тихий вкрадчивый голос.
Брунгильда вздрогнула и резко обернулась. Перед ней в нескольких шагах стояла зловещая фигура в чёрном камзоле, длинном чёрном плаще и в широкополой шляпе, надвинутой на самые глаза. В руке незнакомца поблескивала обнажённая шпага. Он приблизился к ней ещё на один шаг и положил левую руку на рукоять пистолета, воткнутого за широкий пояс.
— Так зачем же вы убили моего бедного Фрица?
С досадой вспомнила Брунгильда, что заряженный пистолет сейчас лежит рядом с бездыханным телом её возлюбленного, и в душе выругала себя последними словами, но тут же нащупала оброненную бароном тяжёлую рейтарскую шпагу.
— Ого! Но не слишком ли тяжёл этот клинок для вашей изящной ручки? — со смехом заметил незнакомец, делая ещё один шаг вперёд.
Глаза у дочери герцога вдруг затуманились, она несколько раз качнулась и, как стояла на коленях рядом с телом Рейнкрафта, так и упала навзничь, застыв неподвижно в неловкой позе.
— А ты, оказывается, — слабонервная дурочка! — со смехом промолвил граф Лауэнбург, ибо это был он, и подошёл почти вплотную к двум распластанным телам: мужскому и женскому. — Удивительно, как эта маленькая стерва ловко разделалась с беднягой Фрицем. Подумать только, свалить такого матерого ландскнехта, как барон фон Рейнкрафт и тут же получить пулю между глаз от какой-то глупой девчонки!
— А это на твою долю! — воскликнула Брунгильда, всаживая остриё шпаги графу Лауэнбургу в правую руку. Она целилась в брюхо, но с неудобного положения попала в руку своему врагу, как раз выше локтевого сустава. В следующее мгновенье она уже была на ногах и, не давая опомниться противнику, снова атаковала его с бешеной яростью.
Опешивший граф выронил из раненой руки шпагу и левой рванул из-за пояса пистолет, который тут же от страшного удара по левой руке отлетел в сторону. В следующее мгновенье граф получил колющий удар шпагой в левое бедро и, прихрамывая, бросился бежать, получив вдогонку чувствительный укол пониже спины. Его спасло то, что Брунгильда из-за своих пышных юбок не могла угнаться за ним и, кроме того, ей необходимо было заняться Рейнкрафтом. Подобрав потерянный Лауэнбергом пистолет, она вернулась к телу своего суженого.
В это время Рейнкрафт поднял голову и, опираясь на руки, рывком оторвал своё могучее тело от мостовой и сел, на его губах появилась кровь. Внезапно мертвенно бледное лицо барона исказилось от бессильной ярости, глаза уставились куда-то вперёд мимо лица Брунгильды, поддерживающей его за плечи. Он пошарил вокруг себя, пытаясь нащупать пистолет или шпагу, затем потянулся к голенищу за кинжалом.
Девушка, резко обернувшись, увидела, как из-за угла бройкеллера к ним медленно, с опаской приближаются две зловещие фигуры в монашеских рясах.
Брунгильда не растерялась: отпустив плечи возлюбленного, она подобрала пистолет графа Лауэнберга и свой второй заряженный пистолет и не спеша, с убийственным хладнокровием взвела курки. Рейнкрафт, превозмогая боль, одобрительно улыбнулся побелевшими губами, отобрал у девушки один пистолет и указал взглядом на труп хромого солдата. Брунгильда сразу всё поняла и тут же, не спуская глаз с приближающихся убийц, подобрала валявшееся рядом с хромым негодяем оружие, не забыв про пистолет у него за поясом. Сухо щёлкнули взведённые курки четырёх пистолетов. Для нападающих дело внезапно приняло весьма плохой оборот.
«Нужно было всё-таки перезарядить пистолеты, но кто мог предполагать, что эта проклятая девка так лихо разделается с этими двумя идиотами! — мелькнула запоздалая мысль в голове Хуго Хемница.
Иезуит резко остановился, потом попятился назад. Грохнул выстрел. Коадъютор, схватившись за шею, свалился замертво. Оставшись один, Пикколомини инстинктивно отскочил в сторону и, показав спину, петляя, как заяц, помчался по узкой улочке прочь.
Рейнкрафт выстрелил ему вслед, но промахнулся: слишком дрожала от слабости рука. Пикколомини прибавил прыти и быстрее заметался из стороны в сторону, что помешало Брунгильде тщательно прицелиться, но прежде чем граф успел юркнуть за угол бройкеллера, одна пуля всё-таки достигла своей цели, застряв в ягодице. Взвизгнув по-поросячьи, Пикколомини скрылся в ближайшем проулке, оставшись никем не узнанным.
В небольшом здании напротив хлопнули ставни и в оконном проёме появилась фигура в чёрном. Брунгильда, не долго думая, разрядила в неё последний заряженный пистолет. С незнакомца слетела широкополая кожаная шляпа с коническим верхом, ц он, ругаясь на неизвестном наречии, захлопнул ставни.
Несмотря на все усилия девушки помочь барону подняться на ноги, ему это не удалось. Брунгильда, беспомощно оглядевшись вокруг, вдруг заметила монастырского кучера, всё это время неподвижно сидящего на передке кареты, и крикнула ему, чтобы он помог ей. Кучер, словно очнувшись от столбняка, зашевелился, неуклюже сполз со своего места и, не выпуская кнута из рук, с опаской приблизился к раненому. Молодой, хорошо упитанный человечек с острым лисьим лицом, окинув жадными чёрными глазками побоище, он осклабился в хищной ухмылке, неожиданно что есть силы ударил барона кнутом по спине с красным пятном от раны.