Страница 56 из 113
— И что это меняет?
Она утверждает, что он от вас.
С полминуты общественность переваривала эту весьма новую информацию, как, впрочем, и я, а затем на меня обрушился хор женских голосов разной степени возмущённости.
— Ты же говорил, что у тебя с ней не было?! — Все взгляды вновь сконцентрировались на мне, а я смог выдать только неопределённое «гм», сам находясь в некоторой растерянности.
— Так ты с ней на самом деле спал?!
— Как ты мог?!
Но тут сквозь поток обвинений, наконец, пробился голос разума.
— А может эта сука лжёт?
Я посмотрел на произнёсшую это Семёнову и чуть улыбнувшись, коротко ей кивнул. Резко поднялся под скрип отъехавшего назад стула, решительно произнёс, — Я сейчас схожу и во всём разберусь.
— Мы с тобой! — вдруг как-то очень слитно и дружно заявили все мои дамы, словно по команде, вставая следом.
— Ну если только молча и не вмешиваясь в разговор.
Запрещать им не стал. Тем более, что они, скорее всего, меня бы не послушались, а так, хоть видимость приличия получится соблюсти.
Дождался согласия с их стороны, недовольно поджимая губы, а затем проследовал за старшей фрейлиной наружу.
Было ещё светло, хотя солнце и клонилось давно к закату, и длинные тени от деревьев темными полосами прочертили парк, но взгляд как магнитом притягивала к себе одинокая фигурка с свертком в руках.
Парочка фрейлин метрах в пяти перед ней преграждали дорогу, положив ладони на кобуры с оружием. Впрочем, это было скорее предупреждение, чем угроза. Однако гостья была нежданная и даже наличие ребёнка ничуть не могло поколебать решительность охранниц.
Остановив семёрку грозных дам за моей спиной на пол дороги, дальше я прошел один в сопровождении старшей фрейлины. Остановился не доходя пару метров до замершей на подъездной дорожке девушки, внимательно оглядел.
Да, это была она, мажорка и стерва, наглая, беспринципная и самоуверенная тварь, что пыталась гнобить меня в академии, а затем, когда я, вдруг решил, что она самую чуточку не такая, чем кажется, вскрылось, что она, банально воспользовалась моим безвольным телом, для прикрытия своей подружки. А может не подружки, что у неё там были за взаимоотношения с Ариной, я не вникал, но факт был фактом, её она посчитала более достойной помощи, чем меня.
Вот только, после всего пережитого, шести месяцев комы растянувшихся на три года субъективного времени проведённого в странных галлюцинациях, а потом новостей, что я самый что ни на есть, отец герой, те, прошлые воспоминания и эмоции как-то поблекли, потёрлись, потеряли эмоциональность. Поэтому сейчас я никак не мог решить, как мне относиться к той, что сейчас пыталась убедить в том, что ребёнок на её руках от меня. Ещё один хитрый план? Возможно. Вот только зачем и для чего?
Отметив ни на йоту не изменившуюся фигуру в джинсах и плотно облегающей кофточке, произнёс, — Ну здравствуй, Ольга.
— Здравствуй, Пётр.
— Хорошо выглядишь. — Я не говорил ей комплимент, скорее констатировал это как некую данность.
— Такое скорее я должна говорить тебе, — ответила девушка, чуть помедлив.
Вновь наступила тягучая тишина. я почувствовал как сзади на меня начинает давить почти осязаемое недовольство остальных дам. Спросил, — Зачем ты здесь?
На что Еникеева чуть кривовато улыбнулась, — Слышала, великая княгиня пригласила всех своих внучек погостить. Поэтому как смогла, так сразу приехала.
Сзади что-то зашуршало и послышался чей-то тихий но вполне чёткий голос, произнёсший, — Лживая тварь!
— Ты утверждаешь, что этот ребёнок от меня? — кивнул я на свёрточек в руках.
— Да, — спокойно, но с каким-то чувствующимся в голосе превосходством ответила та.
— Ложь, — качнул я головой, — между нами ничего не было. Арина всё рассказала.
— А это было не в тот раз.
— И когда же? — дернул я бровью.
— Когда ты лежал в беспамятстве, после перегрузки на тренажёре.
Она говорила об этом так спокойно, словно проникать в больничную палату и пользоваться беспамятным больным было в порядке вещей. Признаюсь честно, ошарашило меня знатно. Да и не только меня.
— Сука! Сволочь! Вот же тварина! — вновь послышались выкрики за моей спиной, только теперь уже не шепотом.
— Опять врёшь? — я это произносил с неуверенностью. Верить ей не хотелось, но что-то, какой-то внутренний голос подсказывал мне, что она не лжет. И значит ребёнок мой.
— Нет, — ответила княжна.
— И зачем?
Мне действительно было интересно, зачем ей было всё это так необходимо, потому то самя ответа на этот вопрос никак не находил. Не брать же за основу совсем бредовые варианты. Но как оказалось, причина была как раз из их числа.
— Потому что я тебя люблю и ребёнка от тебя хотела.
— Хотела — получила. — Чуть грубовато ответил я, — Зачем сюда-то приехала.
— Потому что любить не перестала. — И вновь этот полный скрытого превосходства тон, словно она разговаривает не со взрослым человеком, а каким-то несмышлёнышем. — И да, я согласна мужиться вместе с ними на тебе, — она кивнула на женщин за моей спиной, чем вызвала новый вал оскорблений.
Ситуация была странной, непонятной, требующей вдумчивого изучения. Решение тяжким бременем ложилось на мои плечи. И посоветоваться было не с кем. Не с фрейлинами же, да и не с дружно объединившейся против нового врага группой за спиной.
Поэтому, так и не придя ни к чему конкретному, хмуро бросил старшей, — Проводите княжну с ребёнком в гостевые покои. Обеспечьте всем необходимым. А утром вызовете специалистку, которая сможет дать точный ответ, мой это ребёнок или нет.
Фрейлина кивнула, — Сделаем. — После чего отправила обеих охранниц с двинувшейся в дом Еникеевой, что только гордо задрала подбородок проходя мимо остальных дам.