Страница 62 из 85
– Ты же убьешь его, ублюдок! – вцепившись в окровавленный плащ лидера, Веларион поднял его на ноги и помог удержаться. – Ты в порядке, сынок? – громкий свист заставил их обернуться и вздрогнуть от увиденного: тридцать вооруженных копьями стражников во главе с разъяренным королем спешно заполнили возвышенность над пирсом. – Алсид, предлагаю решить все поединком.
– Мы с тобой уже дрались, Морро, – выплюнул волантиец, мысленно представляя украшающий грудь продолговатый шрам. – На этот раз все закончится. Благодарю вас за помощь, милорд. Могу прислать вашему брату голову этого еретика в качестве подарка. – придерживая пошатывающегося мальчика, подоспевший на помощь Харви достал топор и выпрямился во весь невысокий рост, вызывая кривую усмешку первого правителя. – Лучше уходите, Ваша светлость. Мы постараемся не задерживать вашу миссию дольше необходимого. И, разумеется, вернем украденный артефакт.
– Не стоит. Это ведь сделает вас вором, – констатировал сын Майкла, стряхивая пылинки с бордового камзола. – Ведь он принадлежит законному наследнику лорда Свифта, который стоит перед вами. И я не позволю заколоть его на какой-то улице, как свинью.
Скривившись от отвращения, Алсид выдохнул и, сжав рукоять булавы, указал ею на четверых человек в центре своеобразной площади. Солдаты ринулись исполнять приказ к атаке, не обращая внимания на то, что половина их противников почти безоружны. Оттолкнув юношу, Веларион отразил пять или шесть ударов нелепо длинных копий, при этом ранив как минимум двоих. Харви, пусть и глотнувший лишнего, ловко парировал неумелые выпады королевской гвардии, так и не обученной нормальным воином. По сравнению с беленорскими рыцарями, представители воинского сословия Волантиса не могли даже считаться бойцами. Проигрывая по всем параметрам, особенно в скорости, они валились на пол и отползали в дальний угол с мелкими порезами. Возможно, их боевой дух пошатнула секира прославленного Грейджоя, нагнавшего союзников и напавшего сзади, прорываясь через кольцо. Как и ожидалось, его сопровождал бывший чемпион бойцовых ям Ренси, пронзивший шпагой шестерых.
– Отойди! – игнорируя стоны защитников, Валеска-старший пробирался сквозь гущу тел, намереваясь прикончить свою главную проблему. Отпихнув от себя приготовившегося к битве Элайджу, правитель Волантиса схватил рыжеволосого убийцу за рукав и, подтащив к краю пирса, занес булаву для удара. Тем не менее, обхватившие его торс руки помешали исполнить задуманное. Издав рычание, Алсид с невиданной для себя силой махнул локтем, угодив Льву по кирасе и поморщившись от боли. – Твою мать. Я тебя прикончу. – Джеремая, не найдя опоры, свалился в воду. – Беленор уже объявил войну? – насмешливо вопрошал волантиец, угрожая утяжеленному железом деснице шипастой булавой. Тот неизменно отскакивал при каждом рывке. – Ты последуешь за ним. – схватив врага за локоть, король планировал столкнуть его в море, но был вынужден отказаться от первоначально плана – на вершине появился человек в маске, орудующий ножами. – Брат мой.
– За пару часов ты едва не развязал войну с дружественным государством. Думаю, это повод лишить тебя титула, – выкинув маску, Саид принял боевую стойку с двумя клинками. – Твои люди не протянут так долго. Лучше сдайся сейчас и я сохраню тебе жизнь. – вместо ответа-первый бросок. Наскочив с разбегу на бдительного родственника, Алсид поднял оружие над головой, но промахнулся – второй правитель обошел его с другой стороны и оцарапал лезвием. – Хватит. Остановись. – он не послушал. Он никогда не слушал. Следующий порез пришелся на лицо, чуть выше скулы. – Сдайся.
– Ты же помнишь, Саид. Отец всегда возлагал на меня большие надежды. И считал сильнейшим, – не совсем так. Он просто не знал, какого монстра взращивал под боком. Мстительного и жестокого. Не таким должен быть венценосец. Едва не поскользнувшись на мокром булыжнике, Валеска-младший замешкался и попал в ловушку. Цепкая хватка брата на шее чуть не повредила кость раньше времени. – Он приказал нам зарезать петуха, помнишь? Ты не справился. Зато я смог. И сейчас я поступлю так еще раз.
Не успев договорить, Алсид резко согнулся пополам, выпустив жертву, и взвыл от боли. Изумленные взгляды проследили за кровавым следом, растекающимся под ногой государя. За ним, высунувшись из воды, виднелся Джеремая, зажавший в руке острый нож, которым до того перерезал мышцы где-то в области лодыжки. Постанывая от боли, Валеска припал на плечо и выругался, не в силах сдержать криков. Все еще шокированный Саид пришел в себя и, наклонившись, подал мальчику руку, вытянув на ровную поверхность. Остальные разбирались с остатками гвардейцев, дрогнувших после ранения командира и бежавших прочь. Неоспоримая победа второго короля.
– Ты в порядке? – выблевав соленую воду, Свифт кивнул и поплотнее закутался в плащ, снятый с плеч островитянина. Устало откинув темные пряди назад, Саид взглянул на корчившегося рядом брата, не считавшего себя ни виноватым, ни проигравшим. – Поднимите его. – Волмарк и Веларион поспешили исполнить приказ, подхватывая притеснителя под локти. – Я лишаю тебя королевского титула. Чтобы приговорить к смерти за многочисленные преступления.
– Ты не можешь казнить меня без согласия соправителя. Без моего согласия!
– Оно мне не нужно. Не тогда, когда ты лишен привилегий, – выплюнул Саид, поворачиваясь к тяжело дышавшему Джеремайи и протягивая тому клинок. – Сделай это.
– О, значит, ты доверишь все жалкому бастарду. Правильно. Ты и тогда не захотел марать руки. Тебе было жалко птицу. Что уж говорить о родном брате, – перейдя на общий язык, затараторил Алсид с отчетливым акцентом. – Ну давай, мальчишка, покажи всем, кто ты на самом деле. Убийца родителей – и ничего более. – Джеремая хранил гнетущее молчание, по-прежнему неуверенно стоя на ногах. – Убил отца, убил мать. Может, подонок и заслужил, но вот она…
– Ее никогда не было рядом! – душераздирающий вопль, вырвавшийся из груди Свифта, прокатился по пирсу громовыми раскатами. Большинство слушателей вздрогнули и потупились. – Ее не было. Ни разу она не попыталась мне помочь. Мне было девять. – полушепотом изрек мальчик, вспоминая ту мучительную боль одиночества. – Девять. И я ухаживал за ней. За всеми ними. – сорвавшись на крик, он указал на стоявших рядом лордов, которым помогал выживать в незнакомом городе. И теперь они заботились о нем. – Она не любила меня. – подавив рвущийся наружу всхлип, Джеремая заметил на искаженном гневом лице короля слезы, скопившиеся в уголках покрасневших глаз. Неужели и он что-то чувствовал в прошлой жизни? – Она не любила тебя.
– Прошу тебя, – не выдержал Алсид, западая на руки мучителей. Правда ужасала, причинял боль во сто раз хуже открытой раны.
– Ей было плевать на всех, кроме себя самой. Я рад, что она умерла. Больше она никому не сможет навредить. Как и ты, – с этими словами он воткнул продолговатый кинжал в живот ненавистного дяди и, задержав лезвие на мгновение, потянул вниз, чтобы оставить фирменную метку. Алсид не кричал – возможно, он прокусил собственный язык. Когда лезвие ушло влево, довершая букву, Валеска сразу же вытащил оружие, после чего достал второй нож из прикрепленных к груди ремешков и вонзил их в ротовую полость волантийца, прорывая остриями кожу от губ до уха. Кровавая улыбка. Именно из-за нее мать умоляла убить себя. Начиная задыхаться от обилия крови в горле, Алсид попытался вырваться, но последний удар в сердце прекратил страдания измученной души. – Прощай. – отпустив хрипящего смертника, лорды отступили назад, позволяя лидеру столкнуть бывшего короля с пирса и похоронить в глубоких синих водах. – Ты не виноват в том, что она с тобой сделала.
Джеремая оказался прав. С наступлением утра Волантис действительно возродился из пепла. Никто этого не заметил, кроме группы людей, причастных к его перерождению. Прежних порядков не будет – все погибло вместе с неудавшимся королем, пытавшимся построить дивный новый мир. Но личная злоба и ненависть затуманивали его разум сильнее, чем желание править во благо верноподданных. Скорее всего, он бы закончил свои дни в бренном одиночестве, запершись в тронном зале вместе с портретом своей рыжеволосой возлюбленной. Которая поглумилась над его светлыми чувствами, не пожелав ответить взаимностью. Несчастье породило несчастье. Ее сын, прекрасный мальчик с диким взглядом, стал бичом города и одновременно его спасителем. Под протекцией демона со странным именем он вытворял зверства, дабы заглушить голоса в голове, нашептывающие о том, какой он на самом деле никчемный. Хотя он отличался от всех, кто когда-то влиял на его решения и жизнь.