Страница 5 из 85
Ренси заранее отказался от суицидальных порывов, диктующих невыполнимое задание – вырваться из пут и прыгнуть за борт. Невозможно. Со связанными за спиной руками он не выплывет на поверхность. Даже если сможет грести ногами, то вряд ли доплывет до ближайшего островка. Об этом позаботятся ублюдки с желтыми зубами или же акулы – с острыми. Не лучшая перспектива.
– Послушайте меня, – забыв о том, что больше не находится в королевских палатах, Ланнистер машинально перешел на приказной тон, что не понравилось грубоватому на вид мужчине, претендующему на звание вожака шайки. – Мой брат – король Беленора. Он заплатит за меня большие деньги, если вы пошлете ему письмо.
На мгновение воцарилась полнейшая тишина, нарушаемая шумом волн. Спасение? В проникновенных зеленых глазах блеснул лучик надежды, но исказившиеся от смеха лицо работорговца окончательно уничтожило последнюю цепь упования на лучшее. Вся команда хором поддержала своего бесноватого лидера, принявшегося колотить себя по грудной клетке с непередаваемой яростью. Казалось, внутриутробное рычание и дьявольский гогот смешались воедино, создавая неприятное эхо. Поскрипывающая мачта вторила безумной вакханалии, творившейся на палубе.
– Написать письмо, говоришь? Самому правителю Беленора? А ты продиктуешь? – белокожий шакал с отвратительным акцентом наклонился к стоявшему на коленях узнику. – Так ты у нас важная особа? Не так ли?
– Да, – без колебаний ответил рыцарь, вызывающе глядя на мучителя. Остервенев, уязвленный пират поначалу раскрыл рот от удивления, а затем, опомнившись, поднял налитые кровью глаза на дерзкого юнца.
– Что же, раз так, Ваша милость, то вас мы продадим особому хозяину. Он у нас любит укрощать строптивых. Ты ему понравишься, – ухмыльнувшись себе в бороду, торговец облизнулся и, поднявшись с коленей, с презрением оглядел других членов экипажа. – Но вы, несомненно, можете сойти с корабля. При первом же нашем заходе в порт.
Схватив несчастных, изнывающих от боли матросов за кафтаны, грабители морей перетащили добычу на соседнее судно. С ними обращались, как с животными. Сразу же отобрали одежду, предоставив взамен грязные, изорванные лохмотья. Поместили ни в чем неповинных людей в провонявшей мочой трюм, вместе со свиньями и лошадьми. Периодически поганые мерзавцы высаживались на берегах самого крайнего южного региона – Дорна, и ловили необузданных мустангов, дабы выгодно продать.
Облокотившись на солому, Ренси вытянул затекшие ноги вперед. Разговаривать, тем самым ухудшая всеобщее положение, не хотелось. Затянувшееся молчание – верный признак безысходности. Моряки даже не подозревали, что имеют дело с принцем, но теперь все всплыло наружу. Искать поддержку среди обыкновенной черни не имело смысла. Забавно, ведь он никогда не отличался высокомерием. Скорее в нем проснулась любовь к жизни.
Видя перед собой смирившихся призраков, Ланнистер инстинктивно начинал противиться. Если бы Майкл увидел его в таком состоянии, то, без сомнения, лишь посмеялся бы. На протяжении нескольких дней, принц сидел в беспроглядной тьме и считал количество исчезающих и прибывающих ящиков с неизвестным содержимым. Изредка удавалось понять, что внутри звенят наполненные вином бутылки. Иногда разум погружался в забытье, являя прекрасные, чудесные образы родного дома. Там не было страданий и невыносимой головной боли.
Однако иллюзия развеивались, словно прах на ветру, стоило очередному любителю сквернословия ворваться в импровизированную тюрьму и облить пленников водой в качестве развлечения. Хотя сверху постоянно доносился нестерпимый вой и хохот, внизу по-прежнему было тихо. До безумия тихо. Капли, стекающие по отсыревшей деревянной обшивки корабля, падали на пол со странным интервалом. Со временем эхо начало отдаваться в ушах, окончательно разрушая связь с прошлым. Ренси едва сдерживал рвотные позывы при виде жирных мерзких крыс, подбирающихся все ближе и ближе.
В конце концов они доберутся до оголенных ног и примутся жевать плоть, невзирая на душераздирающие крики беспомощных пленников. Если уже не подобрались. До угасающего сознания доносились воображаемые запахи гниения, перед затянутыми дымкой глазами происходили нереальные картины, возникали образы погибших на войне товарищей и родственников. Отворачиваясь от навязчивых призраков, юноша то отчаянно протягивал руки в полумрак, то смеялся, раздражая соседей, то плакал, не в силах контролировать рвущиеся наружу эмоции.
Он уже раньше слышал про работорговцев и их жертв, похищенных в весьма раннем возрасте и имеющих шанс вернуться домой, будучи дряблыми, иссохшими старцами. Если вообще возвращались. Проклиная собственную самонадеянность, глупец извинялся за все свои прегрешения. На его руках кровь сестры. Ежели пираты будут милостивы и разумны, то убьют никчемного мальчишку раньше, чем пристанут к берегам других стран. Ему хотелось побыстрее предстать пред Творцом и, упав на колени, вымолить прощение за содеянное. Какая нелепица. Бога нет. Или же он попросту оставил всех смертников на этом проклятом судне без опознавательных знаков.
Прошло не менее нескольких суток, возможно, меньше недели. Все та же невкусная еда, явно оставшаяся после знатного пира. Объедки для собак, коими считали почти всех рабов. Раб? Верно, следовало привыкнуть к новому наименованию. Так его будут называть до скончания дней. Изредка моряки перешептывались, сетую на судьба, но при этом обсуждая будущих хозяев. Хозяев? Омерзительное слово. Хозяева бывают у собак, лошадей, но не у людей. И уже тем более не у самого принца, наследника всего Западного региона.
Брат чертового короля не может зависеть от непреклонных бородатых ублюдков. К тому же, главарь разбойников получил несказанное удовольствие от реплик юного и импульсивного Льва. Оказывается, на борту пошарпанного корабля находится особа, приближенная к высокопоставленным министрам. Конечно, он не поверил, но цену может заломить высокую, ссылаясь на опрятную одежду плененного незнакомца, умением читать, писать и изысканно выражаться. В таком случае ему представиться шанс развлекать богатого чернокожего аристократа.
Или же умереть на плантации с израненной от нескончаемых ударов плетью спиной. А может – все вместе взятое. Коснувшись пальцами разросшейся щетины, Ланнистер прерывисто задышал. Он мысленно представил, чем будет заниматься в свободное время и тут же рассмеялся над своей шуткой. Бывшая судовая команда давно сочла его за сумасшедшего и предпочитала не отвлекать от бессмысленных ночных стонов и бормотаний. Хоть где-то он может побыть наедине со своим вскипающим рассудком.
Впоследствии он выяснил, что пробыл в темнице ровно девять дней и ночей. Кто-то удосужился упомянуть об этом, прежде чем отдать приказ немедленно зайти в порт. Точнее – мизерную, укрытую скалами бухточку с прозаическим названием на другом языке. Просидеть столько ночей без движений – мука, но еще сложнее подняться на подкашивающихся ногах и выйти на свежий воздух, впервые ощути порывы ветра на обветренной коже. Кого-то вырвало. Скорчив гримасу, так называемый капитан, с умышленной непринужденностью подошел к ценному заложнику и поклонился, как бы отдавая дань уважения представителю королевского рода.
– Прошу прощения за задержку, Ваше величество, – режущий по ушам акцента выдал в нем жителя Беленора, но отчетливое заглатывание гласных появилось благодаря влиянию заморских краев. По всей видимости, какой-то дезертировавший после гибели Таргариенов моряк провозгласил себя местным царьком и, договорившись с близлежащими клочками земли, вызвался поставлять им живой товар. – Попрошу на берег.
– Я – всего лишь брат короля, – проскрежетал Ренси с достоинством, выпрямившись и чувствуя, как захрустели кости. – Вашей милости будет вполне достаточно.
– А ты крепкий, несмотря на телосложение, – мучитель захохотал, кладя массивную ладонь на дрогнувшее плечо юнца. – Думаю, Кристофер собьет с тебя спесь и научит манерам. Таких салаг он укрощается быстро.
На долю секунды плотно сжатая линия губ упрямого лорда растянулась в улыбки. За такой короткий промежуток времени, проведенный в плену, он успел множество раз утратить всякую надежду и, наоборот, обрести заново. Услышав несвойственное для чужеземцев имя, сын Лорана вздохнул свободнее. Не все потеряно. Он найдет способ договориться с соотечественником. Или, по крайней мере, будет понимать его речь и с легкостью исполнять любые приказы. Всяко лучше, чем прислуживать облаченной в пестрые тряпки обезьяне с кольцами во всех частях тела.