Страница 17 из 54
ВНИМАНИЕ!
Всем путникам, желающим
попасть на тот свет,
запрещено беспокоить Ягу ночью,
а также в обеденное время.
Если вам точно туда нужно,
обращайтесь к помощнику (Василию)
и указывайте цель перехода.
(объявление на дверях избушки, которое
большая часть «путников» не смогла прочитать
по причине безграмотности)
Я взяла в руки телефон.
- Мам, привет. А у меня новости. Знаешь, я стала Бабой-Ягой.
- Дорогая, привет. Это прекрасно! Ты теперь живешь в избушке и летаешь на ступе? Пойду расскажу отцу.
- Мама, не надо… Мам, стой!... Не рассказывай никому!...
Мой голос дробился и трескался. Мир начал осыпаться вокруг, как песок. В темноту стекали мельчайшие частицы логики, ускользали змейки смысловых цепочек. Через мгновение я проснулась и попыталась ухватить сон за хвост – поздно, опять не запомнила, никогда не запоминала. Мама говорила, я слишком крепко сплю… чего же снилось-то?
- Наконец проснулась! – произнес надо мной мужской голос. - Вставай, есть будем.
- Есть? Кого есть?
- Давай-давай, пора вставать. У нас тут так долго не спят. - Новый мир с трудом выстраивался вокруг.
Мужик какой-то! – Это же Василий.
Лес за окном? – Ну да, точно!
Запах яичницы… – Пора вставать.
Я разлепила глаза и огляделась. Выходит, помощник уложил меня вчера прямо в зале, на одном из диванов, и заботливо укрыл пледом. Спала опять в одежде – ужас…
- А сколько времени?
- Обед уже почти, вставай. Вчера мы полную смену отработали, как на заводе, да еще и ночную, можем претендовать на переносное красное знамя.
- На чего?
- Не обращай внимания. Ты вчера переутомилась.
- И что, гостей всегда так много будет? – спросила я. Вчерашние события, немного потолкавшись, все-таки выстроились в голове.
- Нет, не всегда. Эти за несколько дней скопились, да и весна сейчас, - кто зимовал на Светлой Стороне, просыпаются… Тебе помидорку или огурчик?
- Помидорку. И огурчик. А ты еще и готовить умеешь?
- Я многое умею, успел научиться, – загадочно пояснил мой домашний кот-оборотень.
- Слушай, а сколько тебе лет вообще? – осторожно попыталась я спросить. Вопрос давно уже волновал меня.
Василий задумался, потом ответил неохотно:
- Сколько ни есть – все мои, давненько не считал. Как перечту – скажу.
- Ты сейчас вроде моложе выглядишь, чем вчера, - заметила я.
В утреннем свете моему помощнику можно было дать от силы тридцатник, а раньше казалось, что не меньше сорока.
- Выспался, вот и выгляжу моложе.
- Ясно. Не хочешь, значит, говорить. Не переживай, ты еще вроде не старый. И вообще, возраст – это не количество прожитых лет!
- Какая свежая мысль! – съязвил Василий. – Ты доела? Помнишь, я обещал подарок? Могу отдать прямо сейчас.
- Не хочешь обсуждать свой возраст? У тебя, может, кризис средних лет?
- А подарок интересный!
- Ладно, давай его сюда немедленно! – протянула я капризно.
Странный нянька-секретарь сорвался с места, будто его шилом под столом пырнули, а через секунду уже возник рядом с увесистой стопкой старых тетрадок и листиков в руках.
- Это чего такое? - удивилась я.
- Книга. Лучший подарок, как известно. – Василий выглядел раздосадованным. – Эти записи создавали твои предшественницы.
- А их разве много было, предшественниц?
- Знаешь, наш мир существует довольно давно, а Яга, как ее ни называй, – один из важных элементов миропорядка. Так что, извини, ты не первая.
- Нда, я догадывалась… Слушай, а как насчет котов? Ты тоже не первый? Бабу Ягу всегда с котом изображают.
- Вот прочитай, и узнаешь!
Василий улыбнулся, будто перехитрил дитя неразумное. Тоже мне, психолог.
- Если ты думаешь, что я только видосики в телефоне смотреть способна, то очень ошибаешься!
- О, здорово! Ты еще телевизор умеешь смотреть?
Исхитрившись, я выхватила из его рук верхнюю тетрадку, она выглядела не такой дряхлой как остальные, и заехала по черноволосой башке.
- Ладно-ладно, сдаюсь. Вот, держи. Владей, изучай! – с таким напутствием Василий грохнул на стол стопку разнородных рукописей, из нее вылетело облако пыли и несколько одиноких листочков.
- Спасибо большое, почитаю… перед сном, – протянула я.
- Лучше побыстрее, здесь может найтись много полезного.
- А чего там вообще?
- Многие из твоих предшественниц делали эти записи. Кто-то вел подробный дневник, а некоторые просто оставляли заметки о самом важном. Получается, писали они специально для тебя.
Конечно, было понятно, что Василий имел в виду не конкретную меня, а просто ту, которая придет после, но на сердце стало очень тепло.
Я приподняла обложку верхнего фолианта и опасливо заглянула внутрь. Ученическая тетрадь в линейку, исписанная настоящими чернилами, а на первой странице дата: 20 сентября 1935 года. Вот это я попала, действительно интересно! Только как в такой мешанине разобраться?
Одни записи были сделаны в старинных альбомах, другие – на листиках, скрепленных давно выцветшими ленточками или веревочками. Многие страницы просто рассыпались и давно забыли, откуда выпали. Захотелось навести порядок в этом бардаке и разложить его по годам, но задачка выглядела нерешаемой – даты проставлены не везде, и половина записей сделана невероятно витиеватыми почерками, со всякими закорючками. Боюсь, я их вообще не разберу. Вот так подарок!