Страница 145 из 181
Том быстро бросился к озеру, однако резко остановился, увидев, как по льду бежит — какого чёрта?! — Уизли!
Сукин сын! Как он здесь оказался?!
Казалось, для Тома один миг был длиной в вечность.
Он смотрел на раскрасневшееся от холода и бега лицо Рона, от которого ужасно тошнило до сильного сжатия челюсти и неприятного треска в ушах. Его рыжие волосы беспорядочно торчали из-под шапки, ударяя кончиками в лицо. Он слишком сильно торопился к месту, где скрылся под водой Поттер, потому поскользнулся, ударившись головой о лёд.
Он ненавидел его всеми силами души, вспоминая его наглость и заносчивость, вечно недовольное лицо, нежелание думать или что-то делать — а чем он помог им?!
Чувствуя сжигающую ненависть к этому парню, припоминая, как он не давал покоя Гермионе, пытаясь настроить против Поттера, а после решил, что она должна быть с ним и какого-то чёрта якобы выбрала Гарри, Том резко сорвался с места и побежал по льду, чтобы настигнуть этого утырка, отомстить ему за те три месяца, что он ныл и вечно портил всё, а потом за две недели после его ухода, из-за чего Гермиона сторонилась Тома.
Он так быстро преодолел половину озера и оказался возле Уизли, что тот его сразу не увидел, только что поднявшись со льда. Одна секунда, и Том с разбегу налетел на него, зарядив кулаком по плечу, повалил на лёд, оседлав сверху, и принялся наносить тяжёлые удары по лицу.
У того брызнула из носа кровь, а Том, как одержимый, продолжал наносить удары, истошно бранясь и чувствуя, как магия в нём слишком сильно задрожала, готовая извергнуться настоящим вулканом.
Рон, ничего не видя из-за крови, которой было залито всё лицо, глухо стонал и пытался выставить вперёд руки, чтобы отстраниться от ударов, но Том настолько сильно освирепел, что не мог себя остановить, избивая того, как бесполезный мешок. Отравленная ненавистью кровь кипела и прожигала внутри дыры, и в какой-то момент магия выскользнула из груди белоснежным шаром, и всё вокруг залило ярким нескончаемым светом, осветив полностью толщу льда, под которой находился Поттер.
Твою мать, Поттер!
Том, тяжело дыша, перестал наносить удары, сквозь меркнущий свет пытаясь разглядеть Уизли, который перестал издавать какие-то звуки, и когда ему удалось опознать искажённые черты лица, превратившиеся в кучу синяков и ссадин, он поднялся на ноги, сплюнул попавшую на него чужую кровь и закрыл на мгновение глаза, переводя дух.
Уизли был жив, но лежал с заплывшими глазами без сознания на льду.
Том дрожащими грязными руками достал палочку, левитировал его на берег, наложил заклятие, которое оборвало ему голосовые связки, чтобы, когда он очнется, не смог кричать, и быстро побежал к проруби, где по-прежнему не появялся Поттер. Он стянул с себя плащ и нырнул в ледяную воду, которая начала больно щипать и сводить конечности. Скрипнув зубами, Том нашёл Поттера на дне озера: он был с закрытыми глазами, а медальон, находящийся на его шее, снова прилип к телу, перекрывая возможность хоть как-то дышать. Том схватил его, пытаясь отцепить цепочку, после чего выдернул медальон, другой рукой схватил Поттера и устремился наверх, выискивая место, откуда он прыгнул в воду.
Секунды шли, а место он не мог найти, поэтому достал палочку и, бросив заклинание, разрушил корку льда, вылез из воды, с хрипом вдыхая морозный воздух, и принялся вытаскивать бездыханного Поттера, бросив медальон на поверхность льда. Вытащив того полностью, Том накинул на себя дезиллюминационные чары, навис над ним и принялся выбивать из Поттера воду ударами в грудь — тот оставался бездыханным.
— Гарри! Гарри! — где-то вдалеке закричала Гермиона.
Том хотел крикнуть в ответ, но связки сковал лютый холод, поэтому он только сипло прохрипел, тяжело дыша.
Наконец Гермиона появилась на берегу, и Том смог окликнуть её. Она подбежала к Поттеру, видя только его, и Том, не давая ей ничего сказать первой, где-то рядом произнёс:
— Он наглотался воды, помоги ему.
Том отвернулся, прошёл к другой проруби, где по-прежнему на дне виднелась рукоятка меча, и нырнул под крик Гермионы, которая не понимала, что вообще происходит.
Быстро оказавшись на дне и схватив меч, Том поплыл наверх и очень скоро снова вдохнул морозный воздух, чувствуя, как внутренности и связки словно покрываются тонкой корочкой льда.
— Том! — в панике кричала Гермиона.
Тот перевернулся на льду на спину, затем перекатился на живот, хрипло дыша, и почти неслышно отозвался:
— Я здесь. Меч… Возьми его.
Гермиона быстро подошла ближе, схватила меч и протянула ладонь к Тому, чтобы прикоснуться к нему. Её пальцы зацепились за мокрую рубашку на плече, и та нервно зашептала:
— Ты в порядке? Что случилось с вами?!
— Он нашёл меч и… чуть не утонул, — со сбивчивым дыханием отозвался тот и рухнул лицом на лёд.
Гермиона на секунду сжала его плечо, затем резко поднялась и вернулась к Поттеру, который начал что-то бормотать.
— Гарри, это я! Гарри, очнись!
Тот что-то бессвязно шептал, а после открыл глаза и тут же поднялся на локтях со словами:
— Гермиона? Меч! Я нашёл меч!..
— Знаю, вот он, — взволнованно произнесла та, указывая на меч Гриффиндора. — Ты в своём уме — броситься за мечом, не позвав меня?! Ты чуть не утонул, Гарри!
— Т-ты… ты спасла меня, д-да? — застучав зубами, спросил Гарри, пытаясь подняться.
— Быстро одевайся, не хватало, чтобы ты ещё заболел!..
— Этот медальон… Он п-постоянно тянул меня ко дну! А п-потом прилип к груди и не давал д-дышать!.. Чёрт, Гермиона, я видел лань! Она привела меня сюда!..
— Какая ещё лань?
— П-патронус, — съёжившись от холода, отозвался тот, натягивая на себя рубашку, а поверх неё — кофту.
— Здесь кто-то был? — настрожилась Гермиона, подняв со льда меч.
— Я н-не знаю, видел т-только лань, — выдохнул Гарри, накидывая свитер, а после схватил медальон и возбуждённо воскликнул: — Давай покончим с этим, Гермиона!
Когда Гарри и Гермиона сошли с озера, Том медленно повернулся на спину и хрипло выдохнул — ему казалось, что он весь превратился в глыбу льда. Онемевшие пальцы плохо двигались, но с силой зацепились за древко палочки, после чего Том использовал согревающие чары и, немного ожив, сел, глядя на берег, где Поттер положил медальон на какой-то камень, а Гермиона стояла с мечом, выжидая подходящий момент.
Том поднялся на ноги, дрожа от холода, и направился поближе к ребятам, чтобы своими глазами увидеть, как погибает крестраж.
В какой-то момент стояла тишина, а затем послышался шипящий звук, который Том хорошо разобрал:
— Откройся!
В ту же секунду выскочила тёмно-антрацитовая, как туча, дымка, своим огромным размером заполняя пространство. Гермиону и Гарри откинуло назад, а Том невольно дёрнулся, со странной смесью чувств наблюдая за клочком души, который… принял его облик?
Он увидел именно себя: самоуверенного и высокомерного, с блестящими глазами и загадочной улыбкой, переливающейся на тонких губах тенью тумана. Его образ был слишком реалистичным и с каждым мгновением уплотнялся, превращаясь в человеческий, только его всё равно выдавал переливающийся свет в плотной материи дымки, которая местами мерцала белоснежными разрядами тока. Фантом Риддла двинулся на Гермиону, которая едва успела подняться на ноги и замерла с широко раскрытыми глазами, взирая на дымку.
— Гермиона, бей!
Но та осталась неподвижной, не отводя взгляд от дымки.
— Знаешь, что он думает о тебе? — раздался насмешливый голос лже-Риддла.
Заворожённый зрелищем самого себя, Том тряхнул головой и осторожно начал подходить к Гермионе, испытывая странное ощущение какого-то страха, подступающего на задворках сознания.
— …что ты слабая и глупая волшебница, не способная понять таких очевидных вещей, как… обман, например? Думаешь, он тебе не лжёт?
Тонкие губы ярче показали насмешливую улыбку, а после прозвучал переливчатый смех, который даже Тому показался очаровательно волшебным, отчего он замер, так и не дойдя до Гермионы, и, нахмурившись, уставился на свой фантом.