Страница 10 из 53
В мешок также пошли два галлонных бочонка с порохом и два мешочка с круглыми пулями, у пистолей и кентуккиек был одинаковый калибр. На всякий случай сразу зарядил и пистоли и винтовки. Надо будет сделать нормальные цилиндрические пули, как обстановка позволит. Из нарезного ствола стрелять круглыми это откровенный моветон. Руки выполнили знакомые операции на полном автомате, хорошо меня дядя Боб на своем ранчо на это натаскал. Последними в мешок пошли плоский полугаллонный бочонок с местным аналогом виски и набор посуды, тарелки, миски, чашки, вилки с ложками. Как оказалось, мешок с пространственным карманом отлично помещается в другом мешке с пространственным карманом. Честно говоря, я опасался каких-нибудь парадоксов, но все прошло без проблем, перстень тоже не волновался. В ходе этого откровенного грабежа совесть меня нисколько не беспокоила. Грабь награбленное, ага.
Подошел к выходу, выключил фонарь, несколько минут не двигался, пока глаза не привыкли к темноте, осторожно осмотрелся сквозь ветки маскировочного куста. Снял стопор с ловушки на входе (все-таки люди старались, ставили, вот пусть и стоит) и пошел обратно на гребень соседнего холма.
Возвращение в лагерь чуть затянулось, услышал журчание ручья внизу, спустился и наполнил прихваченные из схрона контрабандистов бурдюки водой. С полсотни литров получилось, можно жить. В лагере первым делом повесил торбы с овсом на морды лошадей, которые явно очень этому обрадовались. Овес после такого марша на одной траве им явно пришелся по вкусу. От воды лошадки тоже не отказывались.
Ночь близилась к рассвету, я решил лечь спать и посвятить наступающий день отдыху и построению планов.
Проснулся поздно, солнце уже успело подняться высоко, зато выспался. На всякий случай сходил к дороге проверить обстановку, никого не увидел и вернулся назад. Разложил на земле все свое имущество, как прихваченное из джипа, так и позаимствованное по дороге. Военную форму, оружие и снаряжение своего мира сложил в один мешок, не переставая удивляться, что даже тяжеленный пулемет с боекомплектом практически не сказывается на массе мешка, потом достал обратно так и не отстиранные до конца от крови пластины из бронежилета Берта и начал их прилаживать к своему новому кожаному жилету изнутри. В случае чего пластины и удар смягчат, да и пробить их местным оружием не так просто. С кевларовыми стрелковыми перчатками тоже пришлось расстаться, слишком они здесь чужеродно выглядят. Заменил их на местные из тонкой кожи с защитными накладками и крагами из жесткой кожи. В тот же мешок пошли две канистры с соляркой, что так и ехали вместе с нами.
По-хорошему, надо бы это оружие где-то спрятать на цивилизованной территории. Не надо его никому показывать, слишком большой соблазн для местных. Впрочем, до цивилизации еще добраться надо, так что Хеклер-Кох далеко не убираем, да и подсумки с магазинами цепляем на боевой пояс. Скину потом вместе с поясом, когда остальное вооружение убирать буду. Оно, конечно, соблазнительно сколотить банду отморозков и с парой автоматов и пулеметом отвоевать себе кусочек королевства, но подобное еще нигде и никогда ничем хорошим не кончалось, да и не мое это. Как бы там не было, я врач, а не бандит или еще какой грабитель, да и в командиры не лезу. Не надо мне ни над кем начальствовать, лучше людей лечить буду.
По окончании разбора имущества образовался один мешок с оружием и амуницией моего мира, куда также ссыпал часть денег и ценностей без магии, мешок с овсом, водой и всем для лошадей, мешок с оружием и одеждой этого мира, да еще небольшой обычный мешок с магической ювелиркой, которой я и решил заняться подробнее. Среди этих цацек были те, к которым очень не хотелось притрагиваться. И что с ними делать? «Закопать здесь» послышался совет перстня. Почему? «Запретная магия». Тогда так и сделаю, а то прихватят меня на запретном, пожалуйте на костер. Обойдусь без такого.
Я взял лопату, что прихватил с собой из джипа, аккуратно вывернул валун килограмм на сорок, выдолбил под ним яму, старательно оттаскивая землю подальше, завернул запретную ювелирку в полиэтиленовый пакет, прикопал в ямке, после чего вернул на место валун. Если место не знать, то и не заметишь. Огляделся по сторонам, запомнил ориентиры, если будет нужно, найду это место.
Остальные магические ювелирные изделия тщательно перебрал. По поводу некоторых перстень давал пояснения, вот этот медальон дает «скрыт», маскирует от взглядов, причем мощности хватит и на коня, если верхом. Вот этот перстень магическая зажигалка, удобно огонь разводить, вот тот браслет создает защитное поле, которое не пробивает арбалетный болт, правда, он сильно разряжен, хватит ненадолго. Вот амулеты для связи, местный аналог раций, четыре связанные друг с другом диска. Вот еще всякая бытовая всячина. Назначение половины амулетов осталось загадкой. Перстень ничего не подсказывал, скорее всего, там было что-то для меня слишком сложное и непонятное. Ну и ладно, не очень-то и хотелось.
В связи с резким сокращением объема поклажи, столько лошадей мне уже не нужно, придется с частью расстаться, хоть и жаба душит, понравились они мне. Впрочем, как вспомню про регулярное обихаживание всего этого табуна, жаба сразу затыкается. Вынул из остатков армейского рациона жестянку с малосъедобными леденцами и пошел порадовать лошадок. Как мне рассказывали ландмахтовцы, банка с этими леденцами по калибру почти совпадала со снарядом танка Леопард-2, вот солдатики и сообразили стрелять леденцами из пушки по мишеням, есть-то их все равно невозможно. А еще из них научились гнать самогон. Удивительно, но лошадкам, совершенно внезапно, эта сладкая дрянь понравилось. Пообщался с каждой, скормив при этом по пригоршне леденцов, заодно решил кого оставлю, а кого отпущу. Но это завтра. Если пойду дальше направо, через 2 лиги по карте будет выход на плато, где имеется небольшое озеро, и животные не помрут с голоду, там и расстанемся. Тем временем солнце перевалило за зенит, жара начала давить. Плюнул на все, лег в тени за кустами под пинией и заснул. Сиеста у меня.
Если ночью и утром спалось без сновидений, сейчас опять снилась какая-то полная ахинея из серии «бардак в магической академии», правда, кроме голых спецэффектов сейчас мне снилось, как я сам творю заклинания. Вот над моей ладонью закручиваются в шарообразное плетение разноцветные линии чего-то, что иначе как магией и не назовешь, вот я вливаю в них энергию, и в руке вспыхивает шаровая молния, я ее кидаю в мишень, которая тут же вспыхивает и разлетается на куски. Вот из таких же разноцветных линий я творю круглый щит, в него летит такая же шаровая молния, но щит ее легко отбивает в сторону. Вот еще какое-то плетение, смысла и назначения которого не понимаю, оно тут же сменяется еще одним, затем еще одним… В общем, толком не выспался от такой чехарды в голове. По свежим воспоминаниям попробовал сплести ту самую шаровую молнию, удивительно, но получилось, над рукой повис плетеный призрачный шар. Попробовал наполнить его энергией, почувствовал, как что-то потекло из моей ладони в плетение, шар бледно засветился. Кинул получившуюся шаровую молнию в камень на противоположном холме, камень разлетелся с грохотом в яркой вспышке. Однако! Правда, сразу же после этого почувствовал усталость, непросто далось это магиченье, так что оставим его пока, да и хорошо бы понимать, как оно работает, прежде чем использовать. А пока еще посижу над картой, да прикину, что из магического барахла мне может помочь. Пожалуй, кроме медальона со скрытом, ничего больше полезного здесь и сейчас нет. На всякий случай, я перечистил и смазал все оружие. Климат тут, вроде, сухой, песка тоже нет, да только если не позаботишься об оружии, оно потом не позаботится о тебе.
Проснулся я от пения птиц до рассвета, небо только начинало светать на востоке. Разжег таблетку сухого спирта, вскипятил кружку воды и выпил ту гадостную бурду, что в армейском рационе именовалась «кофе». Умылся, привел себя в порядок, оседлал двух лошадей, погрузил на них сильно сократившийся багаж и повел свой караван обратно на дорогу. Шли не торопясь, было еще достаточно темно. Когда первые лучи солнца осветили вершины холмов слева от нас, дорога как раз начала полого подниматься на плато. Еще через полчаса мы расположились в небольшой рощице, я заехал сюда, чтобы оглядеться по сторонам и проститься с лошадьми, которых решил отпустить. Залез на пинию, взялся за бинокль. Плато было достаточно плоским, утренний воздух был чист и прозрачен, видно было километров на восемь вперед. Слева километрах в семи виднелся тот самый человеческий форпост, выглядевший как средневековый городок на холме за высокой стеной. Мне туда, пожалуй, не надо, стороной обойду. Почва каменистая, никаких дорог или троп не видно, значит, заметных издалека следов мы тоже не оставим. Прикинул дальнейший маршрут так, чтобы идти от рощи к роще, так мы будем менее заметны, после чего слез с дерева и пошел прощаться с лошадями. Понравились они мне, спокойные, веселые, в меру шкодливые, не хочется расставаться, но с двумя лошадьми я буду куда менее заметным, чем с шестью. Скормил им еще одну банку непригодных для человеческого пищеварения леденцов из сухпайка, повесил торбы с овсом на деревьях так, чтобы конягам было чем заняться ближайшие часа два, простился с ними, взобрался в седло и направил свой сильно сократившийся караван по маршруту.