Юный алхимик

Книжечка раскрылась, и мальчик выписал интересовавшую его фразу в блокнот. Потом он начал листать её в поисках других читаемых фраз, но внезапно остановился. «Сначала переведу эту», - подумал он, и прочитал выписанную фразу: «Sola Vera Laudat Philosophia Homines Veritatis Rectae». Взявшись за словарь, Нэйтан принялся искать перевод каждого слова. Наконец, после нескольких минут поиска и подбора наиболее подходящих значений для слов, он прочитал получившийся перевод. «Единственная истинна которую восхваляет философия, - это истина человеческой правдивости».

- И что это должно значить? - удивленно произнес вслух, появившийся в голове вопрос, мальчик.

«Оно ведь должно что-то значить?» - прозвучал в голове следующий вопрос.

- Ладно, - неуверенно сказал он, - пойдем дальше.

С этими словами он принялся искать другие читаемые фразы в записях. Через, еще почти час, были найдены все такие фразы. Их оказалось еще две. Каждая из них, казалось, начинала какой-то раздел. Первая из этих двух фраз, - «Fiet Inde Xenophontis Verum Mandatum», в переводе означала, - «Происходит от Ксенофонта истинное постановление». Что это значило мальчик пытался понять некоторое время, а потом забросил и принялся вспоминать, кто такой Ксенофонт? Но и это ни к чему не привело. Единственное что он сумел понять так это то, что ему следует сходить в библиотеку и посидеть там среди книг. Вторая фраза, - «Ergo Sic Tuos Sic Omnes Lege», означала, - «Следовательно, так ты нас и соберешь». После этого Нэйтан отложил в сторону все свои записи, словарь и записную книжку и встал из-за стола. Затем он просто взял с полки первую попавшуюся книгу, которой оказалось, удачно найденное его дедушкой среди кучи старых книг, первое издание «Властелина колец». Мальчик открыл первую попавшуюся главу и начал читать, просто чтобы забыть о постигшем его только что разочаровании. Через десять минут постоянно бросаемых в сторону лежавших на столе книг взглядов, он отложил «Властелин колец» и вновь уселся за стол.

«А если эти фразы вообще ничего не значат?» - возникла у него в голове достаточно простая мысль. «Но зачем тогда они написаны?» - в голове продолжали рождаться вопросы. Эти фразы точно имели какое-то значение, поскольку они оказались единственными написанными понятным, читаемым языком. «Точно!» - Нэйтана осенило. Если только эти фразы можно прочитать, то они должны как-то помочь прочитать и остальные записи. Возможно значение фраз не в их смысле, а в самом их наличии. С этой идеей мальчик тут же открыл книгу, которую одолжил у подруги и начал читать. Прошло около часа прежде чем он сообразил, с помощью вычитанного, каким образом могли быть зашифрованы записи. Всё оказалось достаточно просто, на первый взгляд.

Самым обычным типом шифров является тот, в котором одна буква меняется на другую. Эта замена осуществляется по определенному принципу. Одним из таких принципов может быть простая перемена места буквы в слове. Более сложным способом является замена букв с использованием шифра Цезаря. Хотя это не один шифр, их ровно столько сколько букв в алфавите того языка, на котором будет производиться шифрование. Но поскольку Нэйтан посчитал, что фразы должны иметь какое-то значение, то он пришел к выводу, что использовался шифр Виженера. В этом шифре тоже применяется шифр Цезаря, только каждая буква зашифровывается в соответствии с буквой в кодовом слове или фразе.

С этой идеей, мальчик выписал кодовую фразу, как он считал, - «Sola Vera Laudat Philosophia Homines Veritatis Rectae», и первое предложение на той же странице, - «Oxhaizk irnzp clthc dxmjpsm». После чего начал расшифровку. На это потребовалось немало времени, но его теория о том, что первая фраза является кодовой, оказалась верной в тот момент, когда у него получилось первое слово. Следом появились и остальные. В результате расшифрованное первое предложение выглядело таким образом: «Vivamus ignem creat rituale». Что больше походило на нечто связное, чем написанное в записной книжке. Взявшись за словарь, Нэйтан в мгновение ока, как ему показалось, перевел получившееся предложение.

«Ритуал по созданию живого огня», - таким образом выглядел перевод. Радость от триумфа, что он сумел расшифровать и перевести эту запись, тут же сменилась непониманием. Что еще за живой огонь? И что это за ритуал, с помощью которого его можно создать? Мальчик откинулся на стуле и задумался. Это какая-то магия или что? Его взгляд упал на висевшие на стене часы. Они показывали почти одиннадцать. А он обещал дедушке, что будет ложиться спать не позже одиннадцати. Пришлось быстро бежать чистить зубы. Дедушка приходил проверять, спит ли внук, прежде чем и самому лечь спать. Через пять минут так и случилось.

Нэйтан лежал в кровати и читал «Властелина колец», который продолжал всё это время там лежать. Следов того, чем мальчик занимался до этого, больше не осталось. Он всё спрятал, чтобы не привлекать внимание дедушки. Тот тихонько приоткрыл дверь и посмотрел на читавшего внука.

- Не читай слишком долго, - негромко сказал он и прикрыв дверь, ушел.

Мальчик выдохнул. Только что он очень быстро всё убирал и поэтому немного запыхался. Притворятся спящим в таком состоянии ему показалось слишком не простой задачей. Поэтому он взял удачно лежавшую на кровати книгу и стал читать. Теперь же он отложил её и достал всё что написал, пока расшифровывал записи из книжки. Перевод, который у него получился, мог быть и неправильным, мальчик не настолько хорошо знал латынь. Да и иногда одно слово может иметь различные смыслы и значения. Чтобы понять о чём же именно написано в этой записной книжке, ему придется перевести гораздо больше. Он посмотрел на часы. Еще не было и четверти двенадцатого. «До двенадцати буду расшифровывать, а завтра переводить», - решил он и взялся за дело. Но беря во внимание то, что его дедушка мог еще раз зайти и проверить спит ли внук, ему пришлось найти фонарик и постоянно прислушиваясь, сидя полностью накрытым одеялом, заниматься расшифровкой записей. По этой причине мальчик и не заметил, в каком часу лёг спать. А случилось это около трёх часов ночи, когда он дошел до следующей кодовой фразы, расшифровав с десяток страниц. Уснул он довольный собой, а проснулся совершенно разбитым. Из-за короткого сна у Нэйтана весь день болела голова и тряслись руки.

- Ты в порядке? - спросила Наоми, когда они возвращались домой. До этого ей никак не удавалось задать этот вопрос. Точнее говоря, с утра её друг больше походил на зомби, чем на человека и почти не отвечал. Днём же, он каждую перемену дремал за партой.

- ООАААтлично, - зевнув ответил Нэйтан. - Даже больше, - улыбаясь добавил он. Видимо дневной сон за партой позволил ему немного передохнуть и теперь мальчик чувствовал себя полным сил. И эти силы ему понадобятся. Когда он вышел из школы, то сразу же решил, чем займется сегодня вечером. Весь вечер он собирался переводить, благо сегодня пятница и на завтра не нужно делать никаких домашних заданий.

- В каком смысле? - удивленно спросила его подруга.

- Книга, которую ты мне дала, оказалась очень полезной и очень мне помогла.

- Это связано с той записной книжкой, о которой ты вчера говорил? - поинтересовалась Наоми.

- Ага, - ответил мальчик и воодушевленно начал рассказывать. - Я вчера нашел шифр, с помощью которого писавший зашифровал записи. Оказалось не так уж сложно, но очень долго. Я даже не знаю во сколько лег спать.

- И что же там написано? - продолжила расспрашивать девочка.

- Не знаю, - по-прежнему улыбаясь ответил её друг. Увидев вопросительный взгляд своей подруги, он объяснил. - Все написано на латыни и у меня просто не осталось сил перевести это. Сегодня я собираюсь это сделать.

У мальчика горели глаза или просто казалось, что они горели из-за солнечного света и его очков. Наоми грустно вздохнула, но тут же улыбнулась. Она была расстроена, но не хотела чтобы это заметили. Чуть раньше она думала предложить погулять сегодня в парке, но видимо её друг опять откажется. Эта книжка уже начинала не нравиться девочке. В тот момент они уже подходили к перекрестку, который утром являлся местом встречи, а вечером, - местом расставания. Друзья попрощались и пошли каждый своей дорогой. Девочка возвращалась домой грустная, мальчик наоборот. Ему не терпелось заняться делом.