Разбитый сосуд

Глава 22. «Смит и Компания» днём

- Я больше не могу называть тебя Блеском, – сказала Салли, прижимаясь к плечу Джулиана.

- Значит я больше не такой блестящий? – спросил он с улыбкой.

- Да нет же, – она опёрлась на локоть, длинные каштановые волосы рассыпались по груди. – Но блеск легко пропадает. Стирается. А ты не такой, – она неспешно его поцеловала. Кестрель прижал её к себе, его руки блуждали по её спине и перебирали волосы. Салли замурлыкала как довольная кошка и снова прижалась к его плечу.

- Ты не жалеешь?

- А похоже, что я жалею?

- Нет. Но теперь ты можешь начать думать о Броке. Ты знаешь, ему необязательно об этом знать. Я могу притвориться, что спала в его постели, и он ничего не заподозрит.

- Я не хочу, чтобы ты врала ему.

- Это не враньё. Просто его это не касается, и мы не будем ему об этом говорить. Ему лучше не знать. Ты и Брок – самые дорогие мне люди во всем мире. Я не хочу рассорить вас.

- Очень хорошо. Всё равно сейчас я ни в чём не могут тебе отказать.

- Будь осторожен, вдруг я захочу бриллиантов.

- Тогда я попаду в суд по делам несостоятельных должников, но с улыбкой на лице.

- Ты сумасшедший! – засмеялась на.

- А кто в этом виноват?

Он перевернул её на спину и поцеловал сперва в губы, а потом – в шею. Салли обняла его, чувствуя руками мышцы его плеч и спины. Джулиан проводил по её телу длинными сильными и умелыми пальцами. Кажется, игра на фортепиано идёт мужчинам на пользу. Внезапно Кестрель сел.

- Знаешь, в чём наша проблема?

- Не знала, что она у нас есть, – прошептала она, покусывая его ухо.

- Серьёзно. Остановись на минутку. И не кусай меня! – он со смехом поймал её руку. – Послушай. Наша проблема в том, что мы знаем слишком много.

Она уставилась на него. Он что, собирался говорить об убийстве в такой момент?

Он определённого собирался.

- Когда мы начали разбираться с этими тремя, мы ожидали найти доказательства, что свяжут кого-то из них с убийством или хотя бы приютом. Вместо этого мы накопали целую гору улик и узнали много подозрительного. Фиск оказался теснее всего связан с приютом, и у него есть сын, обвиняемый в убийстве женщины. Отец Эвондейла покровительствует Харкурту, а сам Эвондейл не то похитил, не то просто потерял девушку по имени Розмари. Роудон ведёт какие-то очень тёмные дела, и нам нужно больше доказательств против него. Но письмо Мэри было только у одного из этой троицы. Пока мы не поймём, у кого, мы не узнаем, какие факты нам важнее. Мы так и будем вести три расследования вместо того, чтобы сосредоточиться на одном.

- Это правда, – Салли села в кровати, искренне заинтересованная его словами.

Джулиан укутал её покрывалом. В комнате похолодало за ночь, но ни Кестрель, ни Салли не хотели покидать своё гнёздышко, чтобы подбросить угля в очаг. Они даже не открыли полог кровати, хотя слабый свет, пробивающийся через неплотно задвинутые занавеси, говорил, что рассвет едва-едва начался.

Салли обхватила руками колени и задумалась.

- А что если мы напишем всем трём и скажем, что у нас есть письмо? Скажем, мол, приходи-ка туда-то и туда-то на встречу и может быть, получишь его обратно, если раскошелишься. А сами сможем увидеть, кто из трёх на это отзовётся.

- Я думаю, это может сработать. Кто бы его не потерял, он очень хочет вернуть его назад. Фиск, конечно говорил, что ничего не знает, но он бы ничего не выиграл, признавшись, ведь у тебя не было при себе этого письма. Если бы он увидел шанс вернуть его, то мог бы запеть по-другому. Конечно, если нам нужен Эвондейл или Роудон, они очень удивятся, когда получат такое послание от нас – удивятся тому, как ты узнала, кто они. Но всё же нужный нам человек, вероятно, не поймёт, что ты и сама не знаешь, у кого украла это письмо и решит, что он – единственный, кто получил предложение и не поймёт, какие сведения даёт нам в руки, признавая краденое послание своим.

И всё же, – предупредил Кестрель, – мы должны быть очень осторожны. Человек, у которого было письмо, может оказаться убийцей Мэри, а такой не моргнув глазом, убьёт снова.

- Если я правильно разыграю все карты, он и не подумает, что меня стоит убивать. Я же не дам ему понять, что знаю, кто написал это письмо, или о чём оно. Просто скажу, что оно подозрительное, но за квид или два я его отдам. Он, наверняка согласится и решит, что теперь в безопасности.

- Но так тебе придётся отдать письмо, а мы не можем с ним расставаться. И что ты имеешь в виду, когда говоришь «я»? Ты правда думаешь, что я позволю тебе встречаться с этим человеком одной?

- Почему нет?

- Если ты ещё раз скажешь, что можешь позаботиться о себе, я запру тебя в шкаф, и расследование закончится.

- Вот так всегда, – пожаловалась Салли. – Раздвинешь ноги, и мужчина сразу думает, что ты его с потрохами.

- Тут не о чем спорить. Ты не пойдёшь к этому человеку без меня. Точка, – он притянул её к себе. – Неужели ты думаешь, что я позволю чему-нибудь с тобой случиться после этой ночи?

Она смягчилась, но не могла отказать себе в маленькой мести.

- Господи, уже совсем светло. Пора вставать.

- Ещё нет.

- Брок может вернуться в любую минуту.

- Значит там лучше насладиться каждой минутой, что у нас есть.

Салли попыталась выскользнуть из кровати, но Кестрель удержал её. Недолгая борьба закончилась радостной капитуляцией.

Они встали с кровати только через полтора часа. Салли послужила Джулиану камердинером, убрав его кровать, приготовив ванну и разложив одежду. Она даже настояла, что побреет его. Джулиан подозрительно глядел на порхающую вокруг него девушку с бритвой.

- Ты точно знаешь, что делать?

- Конечно, знаю! Мой моряк научил меня, – она укоризненно поправила Джулиану волосы. – Ночью ты говорил, что мои руки вос-хи-ти-тель-но искусны.

- Я говорил не про бритьё.

- Прекрати болтать, а то останешься без носа.

Оказалось, что Салли очень ловко управляется с бритвой. Джулиан позволил себе получить удовольствие от бритья. Но когда девушка взялась помогать ему одеться, он прогнал её, сказав, что её присутствие не позволит ему одеться вовсе. Салли вышла в гостиную, где поставила кофе и насадила ломти хлеба на вилки для тостов. Заметив в окно разносчика яблок, она выбежала и купила полдюжины.

Как раз тогда вернулся Брокер, и они скромно позавтракали в гостиной. Камердинер отчитался о том, что они с Энни обнаружили у «Смита и Компании».

- Чайники и чайницы? – переспросил Джулиан. – Ты прав – это должен быть какой-то код.

- Но для чего? – спросила Салли.

- Того, что мы должны узнать, – Кестрель задумался. – «Смит и Компания» делают вид, что они предприниматели – не зря же у них есть вывеска «Посредники и поставщики». Я думаю, самое время пойти к мистеру Роудону за покупками.

Салли вытаращила глаза.

- Что, просто прийти и спросить чайницу?

- Это может быть очень просто.

- Но ведь ты даже не знаешь, что это значит.

- А Роудон не будет знать, что я не знаю. Он может решить, что раз я говорю этим кодом, то понимаю его. Если же он разозлиться или что-то заподозрит, то не сможет сделать ничего хуже, кроме как выставить меня за дверь.

- Это может сработать, сэр, – отметил Брокер, – но разве он не удивиться, что такой джент, как вы, спрашивает посуду?

- Раз мы не знаем, какой товар он предлагает, то не можем и предположить, каких покупателей ждёт. А поиски развлечений – хороший предлог для скучающего молодого хлыща. В худшем случае я могу сказать, что пришёл к нему, проиграв пари. Джентльмен может оправдать этим любую глупость.