В самое сердце

- Да, только начала. Должно быть, она скончалась недавно, – ответил Кестрель и добавил. – Я ничего не трогал в комнате. Здесь всё так же, как было, когда я нашёл её. Ведь вы мировой судья, я полагаю?

Лицо сэра Роберта будто застыло. Только глаза оставались живыми и не отрывались от девушки. Джулиану подумалось, что Фонтклер не слышал вопроса. Но он, наконец ответил, не поднимая глаз.

- Да.

- Стало быть, я могу считать, что сообщил о преступлении властям.

- Почему вы думаете, что это преступление? Мы не знаем, как эта девушка умерла.

- Взгляните, – Джулиан обогнул кровать и подошёл к умывальнику. Позолоченный кувшин, что обычно стоял на нижней полке, теперь валялся на полу. Он был почти пуст, но раковина оказалась полна. Вода в ней была красноватого оттенка, а белое полотенце, свисающее с вешалки – всё усеяно красно-коричневыми пятнами.

Сэр Роберт подошёл к кровати и откинул одеяло. Оба мужчины были готовы к жуткому зрелищу – но не увидели на теле жертвы никаких ран. Они долго смотрели на девушку в молчании. Оба была маленькой, худенькой и хрупкой. Волосы её были собраны в узел на затылке, но длинные пряди разметались по подушке – их золотисто-рыжий оттенок казался неестественно ярким. Руки жертвы были вытянуты вдоль тела, пальцы – расслаблены и чуть согнуты. Ноги лежали прямо, но ступни смотрели в разные стороны. Девушка была очень бледна. Голубые жилки виднелись сквозь кожу – в особенности на веках. На покойной было бледно-жёлтое муслиновое платье, простое и скромное, с буфами на рукавах и голубым пояском. Шею украшало янтарное ожерелье.

- Одна из серег пропала, – заметил Джулиан. Он указал на ту, что ещё оставалась в ухе – в виде золотой капли с аквамарином. Он провел рукой по голове жертвы, проверил под подушкой, но второй серьги не нашёл.

Кестрель сделал шаг назад. Его взгляд метнулся в изножье кровати, куда они отодвинули тяжёлое багровое покрывало и одеяло. Он осмотрел последнее более пристально и вдруг застыл. На белой ткани виднелось красно-коричневое пятно, формой похожее на розу. Он натянул одеяло девушке до шеи и это пятно оказалось чуть ниже её талии.

Мужчины мрачно переглянулись.

- Мы должны вызвать врача, – сказал Джулиан.

- Доктор МакГрегор сегодня приглашён на ужин, – сэр Роберт взглянул на часы. – Сейчас четверть седьмого. Должно быть, он уже в пути. Когда он прибудет, я попрошу его осмотреть девушку. А пока что… – он оглядел комнату. – Вы заметили ещё что-нибудь необычное, когда вошли?

- Я не приглядывался. Как только я понял, что она мертва, то лишь наскоро проверил, что в комнате никто не прячется – гардероб, уборная, посмотрел на портьерами, но там никого не было. Я нашёл вот это, но думаю это вещи убитой.

Он указал на сложенные на стуле предметы одежды. Это была бело-серо-голубая индийская шаль, соломенный капор с голубыми лентами и густой вуалью, голубой ридикюль из чистого шёлка и пара бледно-серых перчаток.

- Они так и лежали, когда я их нашёл, – добавил Джулиан. Он приподнял один конец шали. – С ней обращались довольно небрежно. Смотрите, она запачкана грязью, края обтрепались, торчит много нитей. Перчатки тоже в грязи. Интересно, где же она была сегодня?

Он вернулся к кровати. Наверное, стоит упорядочить свои наблюдения – будет это полезно или нет, это хороший способ занять голову.

- Её платье тоже в земле, а сзади повсюду пятна от травы. Подол слева вытянут и от него оторван кусочек.

Сэр Роберт резко его прервал.

- Когда вы в последний раз были в этой комнате до того, как обнаружили тут девушку?

Его жёсткий формальный тон обдал Джулиана холодом. Он понял, что они больше не говорят, как джентльмен с джентльменом. Теперь это допрос.

- Я заходил сюда надеть сапоги перед тем как отправиться с вашим сыном на верховую прогулку. Я думаю, вышел отсюда в полчетвертого.

- С вами кто-нибудь был?

- Мой слуга. Он помогал мне надевать сапоги.

- Он остался здесь после того, как вы ушли?

- Думаю, да, но не знаю, надолго ли.

- Его расспросят об этом. Когда вы вернулись с прогулки?

- За несколько минут до шести. Я сразу пошёл сюда, и нашёл тут её. И ещё одна странность – дверь была заперта. Ключ лежал снаружи, на столике. Человек, что последним выходил отсюда запер комнату снаружи. Почему? Если девушка была уже мертва?

- Возможно, ещё не была.

- Вы думаете, кто-то хотел запереть её там?

- Я не знаю, – сказал сэр Роберт, – но запирать дверь снаружи можно лишь для того, чтобы не дать тому, что находится внутри, выйти, не иначе.

- Но если она была жива, когда он – кто бы это не был – запирал дверь, отчего она умерла потом?

Он склонился над покойной, вгляделся в её лицо, осмотрел волосы и приподнял веки. Голубые глаза были замутнены, а зрачки – ненормально расширены. Кестрель получше присмотрелся к рукам, по очереди положив каждую на свою ладонь и осмотрел маленькие, детские пальчики. Взгляд Джулиана прошёл по её рукам, задержался на животе и бедрах. Несмотря на зловещее пятно на простыне, на платье не было ни крови, ни разрывов, что могли бы говорить об изнасиловании.

- С вашего позволения, сэр Роберт? – Фонтклер кивнул. Джулиан бережно перевернул девушку на бок.

Мужчины резко выдохнули, пальцы Джулиана невольно впились в тело жертвы. На платье был небольшой разрыв на спине, чуть слева. Нижняя шёлковая сорочка тоже была порвана, а ткань вокруг дыры – липкой от крови. Джулиан осторожно раздвинул разрыв пальцами. В спине у девушки оказалась рана около дюйма длиной, сужавшаяся к обоим концам. Простыня, на которой она лежала, была пропитана кровью на том месте, где к ней прижималась рана.

Он осторожно уложил покойную обратно.

- Думаю, теперь дело за доктором, – сэр Роберт на мгновение поднёс руку ко лбу и закрыл глаза. Когда он отвёл руку, его лицо вновь было совершенно спокойно.

- Нужно многое сделать. С этим делом нужно разобраться. Сообщить всем домашним и расспросить слуг. В доме может найтись кто-нибудь, кто знал эту девушку и то, откуда она здесь. Если, конечно, этого не знаете вы.

- Нет. Совершенно ничего.

Глаза сэра Роберта на миг сузились.

- Я думаю, вам сейчас лучше пойти со мной, мистер Кестрель. Вы можете мне понадобиться.

Джулиан ясно видел, что сэр Роберт ему не доверяет. Впрочем, это неудивительно – девушку нашли в комнате Кестреля, более того – в его кровати. Но в душе у Кестреля всё восставало против того, что его подозревают в жестоком нападении на женщину.

«Успокойся, Бога ради, – увещевал себя Джулиан. – Не пытайся защищаться, пока тебя не обвинят».

Они вышли из комнаты, и Джулиан запер дверь за собой. Обернувшись, он увидел, что сэр Роберт протягивает руку.

- Вам лучше отдать ключ мне, – Кестрель почему-то не хотел этого делать. Но сэр Роберт – судья и хозяин этого дома. Получив требуемое, он спрятал ключ в карман жилета. – Идёмте, – сказал он. – Ко мне в кабинет.

Кабинет сэра Роберта располагался на верхнем этаже в крыле прислуги. Вместе с Джулианом хозяин прошёл через служебный коридор и людскую. Некоторые слуги сидели там за общим столом, болтали и смеялись после ужина. Среди них был и Брокер, любезничавший с хорошенькой служанкой в домашнем чепчике (и, как показалось Джулиану, вполне преуспевавший в этом). Из-за соседней двери было слышно, как повариха с помощницами готовят ужин для Фонтклеров и гостей. Слуги встали, когда вошли сэр Роберт и Джулиан. Хозяин велел лакею позвать дворецкого к нему в кабинет и вышел, провожаемый любопытными взглядами.

Пока они ждали Трэвиса, Джулиан спросил:

- Вам всегда приходится идти через служебный коридор и людскую, когда идёте в кабинет?