Страница 25 из 79
Почему врагов? Невольно спросит кто-то. А ведь, по сути, не так давно, мы были единой страной. Но видя, что сейчас происходит, я бы так не сказала. Шло тотальное переписывание истории и всё связанное со времен колонизации Северной Америки и событий до войны Севера и Юга оперативно удаляется, как будто мы пытаемся откреститься от прокажённого собрата. Ну, это так, краткий экскурс в историю Эдема, ранее бывшее КША*.
Возвращаемся к реальности. Мы стояли перед входом в Псионикум. Уже издали размеры здания поражали и всё, что мы слышали, оказались правдой. И что-то мне подсказывает, здесь заблудиться легче лёгкого. Хм… Особенно для меня, да?
— Ну… Вот и новая пора, да, Анна? Готова бороться с преступностью?
— Верно. Новая пора.
— А тебя допустят с тростью в здание?
— Не знаю. Если отберут, то вместо неё будет пистолет. Интересно, какой модели? Ты себе какую хочешь? Гм… Что?
— Вряд ли здесь как в рынке, Анна.
— Да-да и это печально. Куда нам сказали подойти? — спросила я у Кэс, оценивая в мыслях время на поиск нужной двери в этом громадном лабиринте.
И знаете, с этим зданием что-то было не так. Я не могла чётко увидеть его. Казалось, что оно намного больше, чем есть на самом деле.
— Сторона С. Шестой этаж. Кабинет 606.
— Ну, пошли.
Машину Кэс не пустили на служебную стоянку. Поэтому пришлось искать парковку в соседнем месте. Но, как бы то ни было, мы попали — внутри здание не было забито огромным количеством людей и первый этаж ничем не показывал на особо охраняемый или секретный статус места. Один раз над нами раздался звук вертолёта. Их площадки расположены по всей крыше здания. И всё, больше никаких странностей.
— Чем могу вам помочь? — подошли мы к стойке сотрудников безопасности.
— Здравствуйте, нам сказали подойти в отдел паранормальных расследований. Кабинет 606.
— Ваши ИК, пожалуйста, — попросил нас сотрудник и после проверки, вернул их вместе с ещё одними карточками. — Да, вы отмечены. Ваши временные пропуски, не теряйте.
— Спасибо. А не подскажете, как туда попасть?
— Интерактивная карта укажет вам путь. Вы сейчас находитесь в стороне А. Сторона С находится в левой стороне после сканеров. Поднимитесь на лифте на шестой и дальше сверьтесь с картой.
Гм… Отлично объяснил.
Но так просто попасть внутрь — не получилось. Мы прошли через две проверки. В первой они проверяли мой пустой рюкзак и всё наше ручное барахло. А во второй ещё раз, но без участия самих блюстителей — через огромную бандуру при входе. Я почувствовала странный шум в ушах, когда проходили через этот сканер. Устройство издавало странное пищание, после которого нас всюду и везде сопровождали подозревающие всех и вся взгляды сотрудников службы безопасности Псионикума, СБП если быть вкратце.
— Как тут всё серьёзно, чисто и… гладко.
Я на минуту включила обычное зрение, чтобы оценить красоты интерьера: металлические стены, чёрный мраморный пол, который отражался словно зеркало и минимум декорации. Всё сурово и деловито. Проблуждав по коридору добрых пятнадцать минут мы, наконец, нашли лифт и уместились туда вместе с четырьмя людьми.
Мы с Кэс явно выбивались из общей канвы местных работников своими одеяниями. Все щеголяли в строгих костюмах и со специальными бейджиками на груди. Встречавшиеся на пути дамы ходили исключительно в светлой рубашке и пиджаке на верху, длинных юбках до колен и в чёрных туфлях внизу, а джентльмены все как один в смокинге, немногим отличавшимися друг от друга только фасоном и цветом.
Гм… Нас ведь не заставят ходить в таком? Призадумалась я и осмотрела свою одежду: чёрная ветровка, обычные джинсы такого же цвета и высокие кроссовки, ну хоть рубашку нашла. В конце концов, мы же будем оперативниками, а смокинг сразу выдаст нас, если пойдём на улицы. Хотя, я не была уверена в этом. И ещё мне не хотелось стать похожей на секретаршу. Секретарши и офис-леди попрошу без обид.
— Шестой этаж, мэм, — попросила у одной мадам перед нами.
— Помнишь наш уговор?
— Будь спокойна, Кэс. Буду держать рот на замке.
— Ты уж постарайся. Было бы здорово… не вылететь в первый же день.
— Да ладно тебе. Здесь все серьёзные и деловые люди. Что им какая-то балаболка? Мэм, простите, — обратилась к женщине перед нами, на что получила толчок локтем от Кэс.
— Чем могу помочь? — вежливо ответила незнакомка.
— Как бы вы относились к иронии и сарказму у своих подопечных?
— Простите?
— И любви к метафорическим изречениям…
— Анна, — процедила сквозь зубы мисс Уильям и одарила меня прищуром. — Извините, мэм. Она просто волнуется. Я ведь, права, Анна?
— Да… Гм, а что-то долго лифт едет, а?
Минуту другую спустя раздался звуковой сигнал, и двери лифта плавно разошлись, пропуская внутрь прохладный воздух. Первой вышла незнакомая женщина, оставив в лифте приятный запах парфюма. Потом вышли мужчины, а затем и мы.
Указанный нам кабинет мы искали недолго. Интерактивная карта и указатели в точности привели куда надо. Здесь не надо было быть гением, чтобы разобраться. Постучавшись, мы вошли в небольшое помещение, где абсолютно никого не наблюдалось. Пять рабочих мест пустовали, хотя огромный стол посередине комнаты был завален кучей бумаг, а на доске над ним висели всякие флажки и фотографии. Пройдя через узкий коридор, добрались до единственной двери в конце.
— Спецагент Джефф Каллиган, — прочла надпись на табличке двери Кэс. — Пришли.
— Ну, готова?
— Как думаешь, каков он?
— Не знаю, Кэс, наверное, с ранней сединой, уставшими глазами, грузом в душе, тяжёлым характером и пагубными привычками, как у тебя.
— Чего?
— Сигареты.
— А-а… Мм, — протянула Кэссиди и постучавшись, открыла дверь.
В кабинете был всего один человек.
— Мисс Рейн, Мисс Уильям, проходите, — и его стальной голос не выдал в нём никаких эмоций.
Гм… Он точно не псионик. Образ спецагента Каллиган не горел ярко, но от него веяло внутренней силой, стойкостью и решительностью.
Я, как и обещала Кэс, решила отмалчиваться по мере сил. Потому что я, как выяснилось, не особо нравлюсь любому начальству из-за своего отношения ко всему.
Удобно откинувшись на спинку стула и закинув одну ногу на другую, скрепила руки в замок на груди. Зафиксировав себя в таком положении, я неотрывно следила за человеком напротив. Хотя стороннему наблюдателю показалось бы, что я просто таращусь в пустоту перед собой. Но благо за этими очками никто и не заподозрит меня в пристальном наблюдении за кем-либо. Да и из-за моей особенности зрения тоже. Гм… Получается, я — идеальный агент слежки! Хотя, пожалуй, это слишком громкое заявление.
После первого «прозрения» в последствии травмы я смогла приспособить зрение, а потом в последующие годы обучения «улучшила» его. Я смогла настроить зрение так, словно оно включается и выключается как в камере. При активации оно почти близко к нормальному, но не совсем и только на время, где требовалась немалая концентрация и определённые усилия в манипуляции псионикой. Пусть слепота никуда не делась, я теперь могла видеть своим разумом, как бы странно это не прозвучало. А решение было банальным, я подавала «ток» своим глазам, скажем так, когда это необходимо, и тогда они включались.
Но, есть ещё куда расти. Мимика и жесты виднелись немного кривовато, но достаточно, чтобы разобраться в них, а вот эмоции можно было заметить и ощутить по изменившейся цветовой палитре образа. Прочувствовать их, просканировать, как сказал бы профессор Краусс. И пока же образ Каллигана оставался металлически серым. Оно ничего кроме собранности и недоверия к нам мне не говорило.
— Не стану ходить вокруг да около, — начал он после минутного молчания. — К нам стремятся очень немногие, эта работа отнюдь не для всех.
— Мы ознакомлены со спецификой отдела, — сдержанно и спокойно отвечала Кэссиди. — И имеем представление.
— Что вы действительно имеете, — криво улыбнулся Каллиган, — так это высшие оценки и всё. Сколько раз вы работали на «поле» в институте?